Стальной блеск мечты (СИ) - Аларина Евгения - Страница 32

Всадники поднялись на небольшую возвышенность, впереди замаячила не слишком высокая изгородь от скота — её не было видно с дороги, и девушка совсем забыла о том, что эта территория огорожена. Однако пасовать перед препятствием Соланж отнюдь не собиралась — Птаха, оправдывая своё имя, послушно взлетела над изгородью и благополучно приземлилась на противоположной стороне. Рядом бросил своего коня на преодоление препятствия Честон Пиллар. Его друг, напротив, осадил своего скакуна и, проводив взглядом ускакавшую вперёд парочку, неспешно поехал вдоль изгороди к тому месту, где в ней имелись ворота. Майор был счастливо женат и придерживался мнения, что для него время неистовых скачек вслед юным прелестницам осталось позади.

Между тем Соланж, преследуемая по пятам молодым графом, приближалась к мельнице. Птаху не нужно было понукать — довольная новой возможностью показать свою прыть лошадь летела как на крыльях. Однако, незадолго до цели, всадница незаметным движением придержала свою кобылку. Женская мудрость подсказывала Соланж, что в некоторых случаях можно получить больше, если дать мужчине выиграть. Гнедой полковника сперва поравнялся с ней, а затем отчаянным усилием вырвался вперёд.

— Признаю, вы победили, граф! — воскликнула Соланж, осаживая лошадь перед самым ветряком.

Все были довольны. Соланж смеялась от удовольствия, доставленного ей скачкой, разгорячённый Честон на все лады превозносил умение девушки ездить верхом, и только Птаха обиженно смотрела на свою наездницу, будто спрашивая, почему та помешала ей утереть нос задаваке гнедому.

Дождавшись отставшего майора, они продолжили путь и вскоре могли видеть впереди увитые плющом стены Берлоги. Как и предсказывала Соланж, появление её в сопровождении спутников привело поместье Мервалей в невыразимое смятение. С особым удовольствием девушка отметила бешенство Эльмин: та как раз выискивала в саду подходящий цветок для своей будущей причёски, в настоящий момент имея на голове нечто весьма далёкое от совершенства. Соланж не смогла удержаться от того, чтобы проехать рядом с растрёпанной кузиной и украдкой показать ей язык.

Эта выходка, как и сам факт, что Соланж привела гостей без предупреждения, не осталась незамеченной. Когда суматоха немного улеглась, первое знакомство благополучно состоялось, а гостей удалось подобающим образом разместить, Соланж подверглась атаке недовольной матери.

— Ты совсем потеряла разум, дитя моё? — вопрошала та, — как тебе только пришло в голову привести господина графа к нам, не предупредив заранее. Неужели ты не могла найти способ потянуть время и прислать кого-нибудь оповестить нас о скором прибытии гостей?

— Но матушка, — принялась оправдываться Соланж, — граф и его спутник не спали всю ночь и очень устали, с моей стороны было бы невежливо мучить их бессмысленными отсрочками. И потом, я опасалась, что вот-вот пойдёт дождь, и мы все вымокнем до нитки.

— Какой дождь, скажи на милость, с чего ты только это взяла! — вскричала разгневанная женщина. — На небе весь день не было ни облачка. Нет, ты наверняка устроила весь этот кошмар назло всем нам.

— А вот и нет, я видела, как сгущались тучи, — заупрямилась Соланж. — В это время года дождь может хлынуть в любой момент.

— Подожди же у меня, негодница, — пригрозила ей мать.

Но её недовольство и угрозы не произвели ни малейшего впечатления на девушку. Раз уж с ней так несправедливо обходятся в этом доме, разве можно упрекать её в том, что она позволила себе устроить маленькую месть?

***

Между тем, в доме только и разговоров было, что о высокородном госте. Стоило графу Пиллару с другом отправиться на охоту или прогулку, в общем, так или иначе покинуть Берлогу, как все беседы в гостиной немедленно сводились к обсуждению его замечательной личности:

— О боги, он такой видный мужчина, настоящий красавец!

— Такой высокий и бравый! Просто глаз не отвести!

— А какая выправка!

— Ах, у полковника такой нарядный мундир! Алый цвет так ему к лицу!

— А вы заметили, сколько у него орденов?!

— Ну разумеется, ведь граф Честон — истинный герой и к тому же храбрец, каких мало.

— А его манеры! Вы когда-нибудь видели, чтобы у военного были настолько изысканные манеры? Вот, что значит традиционное воспитание владетельных дворян.

— Вы только посмотрите на его орлиный нос. Сразу видна порода. Я всегда говорила — благородного человека можно с уверенностью узнать по его носу.

— Говорят, в его замке хранятся сокровища едва ли не времён Высадки. Я слышала, Пиллары сказочно богаты, просто воспитание не позволяет им демонстрировать нарочитую роскошь. Настоящий дворянин должен познаваться в делах, а не в деньгах, так они считают.

— Ну, это уж полная чушь! Напротив — богатому человеку следует быть щедрым и жить на широкую ногу.

— Сколько ему лет? Ах, что вы говорите, двадцать семь? Прекрасно, просто прекрасно. Право слово, для мужчины это самый лучший возраст.

И так далее и тому подобное до бесконечности. Казалось, во всём мире не нашлось бы человека прекраснее и добродетельнее, чем Честон Пиллар.

***

Если прибытие владетельного графа в поместье Мервалей ознаменовалось некоторым хаосом, то дальнейшее его пребывание в Берлоге шло в соответствии с планами. Старшие родственницы, как и предполагала Соланж, пошли на всевозможные ухищрения, ради того, чтобы продемонстрировать Эльмин в самом выгодном свете. Впрочем, остальным девицам также не возбранялось бороться за внимание вельможного гостя. Разумеется, за ужином в честь вновь прибывших привилегия сидеть рядом с бравым полковником досталась всё той же Эльмин, но последующие, обыкновенные в таких случаях развлечения: танцы, фанты и карточные игры уже никак не предполагали эксклюзивного права лишь одной девушки. Соланж была на седьмом небе от счастья, когда Честон Пиллар пригласил её на танец в один из первых кругов. «Не стоит обольщаться, граф всего лишь поступил так, как положено вежливому человеку, ведь, благодаря утренней встрече, меня он знает лучше, чем остальных присутствующих», — думала девушка, но всё равно её сердце радостно билось при мысли, что её выделяют среди прочих. Итак, первый вечер удался на славу и оставил Соланж определённую надежду.

Наутро девушка проснулась непривычно рано и, лёжа в кровати, поймала себя на довольно-таки странной мысли. Ведь она вчера сказала молодым людям, будто бы имеет привычку в одиночестве прогуливаться вокруг поместья. Что если графу захочется как-нибудь поговорить с ней одной, приватно. В доме, где столько народу следит за каждым его шагом, это будет не так-то легко сделать, в то время как прогулка представляла бы замечательную возможность для такого разговора. «Итак, не будем же лишать графа удобного случая», — подумала Соланж. Потихоньку, стараясь не разбудить кузин, она выскользнула из постели, надела простое, удобное для ходьбы платье и, сопровождаемая удивлёнными взглядами прислуги, вышла в сад. Откровенно говоря, прогулка не доставила ей особого удовольствия: в такую рань воздух был ещё слишком холодный, наслаждаться красотой природы не удавалось из-за сгустившегося тумана, а дорожка оказалась грязной и мокрой, из-за чего одеждамоментально испачкалась и вскоре являла собой весьма жалкое зрелище. А самое главное — все страдания пришлось претерпеть абсолютно напрасно, поскольку на пути девушки не обнаружилось никаких следов присутствия молодого графа. Тем не менее, Соланж упрямо прошла весь маршрут и даже вернулась как раз вовремя, чтобы успеть до завтрака переодеться в сухое платье. Впрочем, её прогулка не осталась незамеченной и вызвала некоторое количество язвительных вопросов со стороны родни, на которые девушка предпочла не обращать внимания. И в последующие дни она, порой сама себе удивляясь, с отчаянным упрямством продолжала нелепую традицию. На третий день прогулок ей и в самом деле удалось увидеть Честона Пиллара. Впрочем, встреча никак не располагала к большему, нежели простой обмен приветствиями, поскольку полковник вместе со своим другом и парой представителей семейства Мервалей, направлялся на рыбалку. Он вежливо раскланялся с Соланж и проследовал со своими удочками дальше в сторону ручья.