Путеводная звезда (СИ) - Орлова Тата - Страница 60

      Друзья?

      Память оказалась услужливой, напомнив, как внимательна была Алина, пока я восстанавливалась после рождения Аленки. И о покровительстве Георгия, оберегавшего ее сына. И о просьбе, с которой магиана пришла ко мне, его жене….

      И о преследовании барона Метельского…. И о выданном предписании на арест Горской…. И о Трофиме Сорове, маге-дознавателе Канцелярии розыскных дел, влюбленного в Алину….

      - Мне надо принять ванну, - оставила я вопрос Амиры без ответа. – А еще… - моя улыбка была слабой, - кажется, я хочу есть.

      - Кажется, она хочет есть, - шутливо передразнила меня Амира. – Еще бы не хотела, когда уже утро следующего дня!

      - Утро? – не поверила я, поднимаясь. Подошла к окну, с огромный удовольствием вдохнув запах, в котором так много было сладких, цветочных ноток. – Тогда тем более, - повернулась я к Амире.

      - Будет тебе ванна, - ласково глядя на меня, отозвалась она. Взяв со столика колокольчик, позвонила.

      Мелодичный звук заполнил комнату, разлился, возвращая что-то такое родное, привычное…. На миг защемило сердце... тоской по тем, кто был далеко!

      - Да, госпожа, - в комнату торопливо, но не суетливо вошла молодая девушка. В руках глиняная крынка и накрытая полотенцем тарелка. – Рада видеть вас в добром здравии, госпожа, - обратилась уже ко мне. Чуть присела: – Я – Лия, ваша служанка.

      - Госпожу надо сделать самой прекрасной женщиной в этом доме, - опередила меня Амира. – А я пока приготовлю платье.

      - А платье уже готово, - лукаво улыбнулась Лия, ставя свою ношу на стол. – Княжич Махмет приказал. Сказал, что хочет сделать приятный сюрприз для госпожи.

      - Сюрприз? – слегка нахмурилась я. Звучало весьма неоднозначно.

      - Приятный сюрприз, - поправила меня Лия. – Но сначала, - она вновь взяла в руки кувшин, - немного молока и лепешка.

      Я все-таки разрыдалась.

      Стоило опуститься в горячую воду, вдохнуть аромат драгоценных масел, как навалилось….. Прошлое, настоящее… непонятное будущее. Оно душило безнадежностью, затмевало взгляд потерями, билось в груди тоской разлуки.

      Лия не утешала, просто делала вид, что не замечает, как падают слезы в воздушную пену, как вздрагивают мои плечи. Обмывала тело мягкой тряпицей, растирала разбитым в пыль песком, от чего кожа становилась гладкой и нежной. Вновь смягчала пеной и терла, терла, сдирая вместе с грязью накопившиеся усталость и отчаяние.

      А я все плакала и плакала… то ли… оплакивая, то ли… смиряясь.

      Успокоилась не сразу. Лия уже помогла выбраться из ванны, закутала в мягкую ткань и усадила перед столиком, чтобы привести в порядок волосы, а я все всхлипывала, радуясь, что никто, кроме служанки, не увидел моей слабости.

      Ей бы тоже не стоило, но… сдержаться на этот раз у меня не получилось.

      - Мне удалось смыть краску, - заметила Лия, все с той же невозмутимостью подав мне маленькие подушечки, смоченные темной жидкостью, которую налила в небольшую чашку. – Приложите к глазкам, - улыбнулась она, бросив взгляд на мое отражение в зеркале, - и они снова станут веселыми и сияющими.

      Говорила она с едва слышимым акцентом, словно довольно урчала, произнося слова.

      - А мне даже понравилось быть темненькой, - судорожно вздохнув, ответила я.

      Сказала, лишь бы не молчать. В душе было пусто, слезы смыли все, оставив лишь одиночество и тоску.

      - Да как же так, госпожа?! – вскинулась Лия, посмотрев на меня едва ли не с ужасом. – Вы такая красивая….

      Она провела ладонями над головой. Подсушенные магией волосы, легли мягкой волной, окружив лицо отливающим золотом ореолом….

      Солнышко! Как называли меня мама Лиза и… Георгий….

      - Красивая… - чуть слышно повторила я, чувствуя, как внутри вновь все обрывается. Яростью! Жалостью к самой себе….

      Аленка, Ленушка, Ленок… моя звездочка, мой огонек

      Я на миг закрыла глаза, что бы тут же их открыть. Смотрела на отражение твердо и… решительно, не позволяя себе вновь скатиться в истерику, заставляя вырваться из порочного круга, в который меня затягивали расшалившиеся эмоции.

      Этот мой вдох нельзя было назвать легким, но в нем больше не было того отчаяния, что травило меня своим ядом.

      Гневить Заступницу….

      Она выполнила все, о чем я просила. Она привела к мужу… к живому мужу!

      Для меня это было и оставалось главным!

Глава 17

      - Почему ты спросила об Алине? – поинтересовалась я, поправив головной убор, который состоял из вышитого серебром бархатного ободка и прозрачной вуали, спадавшей до плеч.

      Повернулась перед большим зеркалом, не узнавая себя в подаренном Махметом наряде. Традиционное платье горянки сделало меня другой. Более сильной, независимой.

      Украшенный речным жемчугом лиф белого платья плотно обнимал плечи, красиво обрисовывал грудь. Широкая юбка скользила по бедрам, падала на пол, полностью скрывая стопы. Вышитый серебром кушак подчеркивал тонкую талию. Небольшой кинжал в ножнах, закрепленный на поясе, добавлял уверенности.

      - Она осматривала тебя, - загадочно улыбнулась Амира, отметив, с каким изумлением я изучаю свое отражение. – Алина была тяжело ранена, - неожиданно, уже серьезным тоном добавила она. – Ее отбил отряд Махмета.

      - Ранена? – оторвалась я от созерцания незнакомки в зеркале. – Когда?! Как?!

      - Насколько я поняла, она скрывалась у кого-то из местных, - отведя взгляд, ровно и как-то холодно начала Амира. - Ее выследили, захватив детей женщины, которая ее прятала, заставили сдаться. А потом….

      Она замолчала, а я, прижав ладонь ко рту, молила Заступницу, чтобы ошиблась в своих подозрениях.

      Все, как я и предполагала когда-то. Алина была готовым к схваткам воинам, но чужую жизнь, тем более жизнь ребенка, ценила больше, чем свою.

      Тот, кто отправил шавок по ее следу, об этом хорошо знал.

      Барон Метельский….

      Я медленно выдохнула в ожидании продолжения и мысленно поблагодарила Заступницу, что она не дала произнести слов, за которые мне теперь было бы стыдно.

      - Малышню она спасала, - Амира вновь посмотрела на меня. Теперь с грустью, - но сама истекала кровью. Махмет сказал, что ее даже умирающую насиловали. Живой она им была не нужна.

      Я сглотнула, чувствуя, как на глазах вновь выступают слезы.

      Вот через них я и «увидела» длинный шрам на руке, который заметила, когда Алина снимала перчатки….

      - Она же себя не пожалела! – воскликнула я, связав слова Амиры с тем, чему была свидетелем.

      Не нежность – бережность, с которой коснулся Григорий руки магианы.

      Решительность, с которой Алина направилась к нуждающемуся в ее помощи Андрею.

      Холодная отстраненность, с которой муж смотрел ей вслед.

      Бледность, на ее лице….

      - Она удивительная женщина, - Амира подошла ко мне, взяла за руки. – И ты – тоже.

      Я невольно нахмурилась, не связывая одно и другое. А в голове билось: какая же я дура! Да как же могла?!

      - Я иду к ней, - вырвала я ладонь.

      Амира легко перехватила запястье, заставив остановиться:

      - Сашко рассказал о ваших приключениях. Если к кому тебе и надо идти, так к мужу. Он всю ночь просидел с тобой рядом. Извелся….

      Ее голос казался спокойным, но я чувствовала все, что пряталось за произнесенными словами. Ее беспокойство, забота, сожаление….

      - Я – глупая? – через силу улыбнулась я, боясь даже представить, что пережил Георгий, увидев меня. Грязную, с темными, коротко обстриженными волосами.

      А еще Сашко и… едва живой князь.

      - Ты просто еще очень молода, - засмеявшись, прижала она меня к себе. – А еще ты – мужественная, - шепнула она. – И я даже знаю, в кого!