Небесный Трон 5 (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 50

— Вы отключили физический подавитель? — уточнил Маркс, так как обычно от ошейников исходили пространственные колебания, поскольку именно этот элемент использовался для ограничения силы тела. Чаще всего физический подавитель у рабов отключали на время работы, или, например, для боёв в ошейниках, таких как Кулачный Мордобой.

— Да. Имею право.

— Конечно, — усмехнулся эльф. — Теперь я должен нанести метку на вашего раба. Хотя в базе он не числится как преступник, но сделать это я обязан.

Глефус ничего не ответил, после чего Элементалист начал действовать. Он надел на лоб человек специальный артефакт в виде обруча, который плотно сжался вокруг головы парня. Следом эльф приложил ладонь к крупной красной полусфере, прикреплённой к артефакту, вслед за чем та засветилась.

Артефакт активировался.

В тот же миг Кай ощутил, как чужая энергия и законы проникают ему в голову: прямо в мозг. Там эта сила быстро сформировала крайне сложный многоуровневый узор, превратившись в полноценную технику. Единственное, чем она отличалась от обычных способностей воина, так это тем, что не имела хозяина. Маркс убрал свою волю из техники (она же не бесконечная, чтобы на рабов её тратить), оставив её нейтральной. Из-за этого метка должна была в три раза быстрее развеяться, однако учитывая плотность и качество силы Элементалиста, то пропадёт она всё равно как минимум через тысячелетие. А столько ни один Заклинатель не проживёт (максимальная ступень для раба). Ведь даже на пиковой стадии они живут до семисот лет, и лишь некоторые крайне могущественные личности способны дожить до восьмисот.

Метка, которую Маркс поставил на Кая, на самом деле являлась особой версией отслеживающей техники. Она активировалась лишь в том случае, если раб оказывался без ошейника, и затем постоянно посылала особый сигнал во все стороны, который могли уловить специальные артефакты, имеющиеся у стражи во всех городах королевства Таэль, царства гномов и Сильфгарда (страны Сильфов).

Ну а если хозяин сам захочет освободить раба, то ему придётся посетить специального государственного сотрудника, который и удалит метку.

Сделано же это всё для того, чтобы предупредить возвращение в королевство проданных в рабство преступников. Ведь если их поймали и не казнили, а, например, отправили на продажу в Удийн, то там их могли выкупить их подельники, а затем вернуть в Таэль, где выпустили бы их на свободу.

В таком случае можно было бы подумать о разрушении метки, вот только сделать это было не так просто, если вообще возможно. Эта техника имела пиковое качество Королевского ранга, а, значит, для её разрушения требовалась сила аналогичного уровня. Вот только метка находилась в голове раба, поэтому и атаковать требовалось именно её.

Конечно, существовали различные мастера, обладающие очень аккуратными, но при этом мощными способами воздействия на другие техники. Такие способности обычно использовались для взлома пространственных колец, разрушения защитных или сигнальных массивов и прочего. Однако в случае с меткой раба применить это было невозможно, так как любое, даже крошечное, воздействие на технику Маркса привело бы к её самоуничтожению. Проще говоря, произошёл бы мощный взрыв.

Вот почему даже попытка взломать метку грозила смертью.

Ещё рабы могли попытаться подчинить себе энергию в этой технике, раз в ней не было ничьей воли. Однако, чтобы сделать это, требовалось сначала притянуть эту технику к источнику, а затем поглотить, после чего энергия станет принадлежать рабу. Вот только при любом сдвиге техники она тут же взорвётся, что делало и этот вариант невозможным.

Таким образом, единственным действительно действенным способом стереть метку было обратиться к специальным мастерам, знающим ключ, который деактивировал технику. Естественно, если раб не являлся преступником, которых нельзя было освобождать в принципе. Однако даже такие мастера были скованы множеством клятв и духовных контрактов, которые запрещали им разглашать тайну ключа.

Ну а что касалось того факта, что рабы-преступники могли быть выкупленными своими же товарищами и освободиться, но не возвращаться в Таэль, то королевству было плевать. Во-первых, они продавали далеко не всех. А во-вторых, освободившимся преступникам с метками оставалось лишь жить в Удийне, либо же отправиться вглубь пустыни, где находились города Великого Картеля. Ибо все три окружающих их государства (Таэль, Сильфгард, и гномье царство Дард) имели общую систему и делились информацией о преступниках.

В конечном счёте всё это делало систему меток практически идеальной. Почему практически? А потому что в ней не учитывался тот факт, что раб мог обладать способностью управлять любой энергией, не имеющей хозяина. И ему при этом не требовалось сначала поглощать её.

А именно этим умением и обладал Кай, из-за чего и решил притвориться рабом Глефуса. Всё-таки парень заранее всё разузнал, поэтому метка не была для него сюрпризом.

— На этом всё, — эльф снял с Кая обруч, взглянув на Глефуса. — Вы теперь официально можете пройти на территорию королевства. Конечно, когда оплатите налог и все расходы. И помните, моё предложение всё ещё в силе. Я здесь буду ещё месяц, а затем вернусь в столицу. Там в любой момент можете обратиться в департамент расследований, и попросить найти меня.

— Я запомню, — оборачиваясь к двери, кинул напоследок великан.

После этого Глефус и Кай вышли из кабинета. Их провели в казначейство, где первый за всё рассчитался, вслед за чем оба воина наконец покинули гарнизон, оказавшись на стороне королевства Таэль.

Спустя минуту после того, как Глефус и его раб покинули кабинет эльфа, мужчина встал, закончив заполнять отчёт о проверке и пропуске.

— Все вышли, — скомандовал он стражникам. — Ко мне пока никого не вести.

Заклинатели поклонились, а затем по очереди покинули кабинет. Через несколько секунд, перестав пялится в дверь, Маркс призвал из кольца крайне яркий Лазурный Кристалл, содержащий энергию десяти, который сразу же проглотил.

— Минимум пятьдесят проверок в день, да капитан? — ухмыльнувшись, посмотрел он в потолок, вспомнив своего начальника.

Мало кто знал (включая даже командующего гарнизоном), но сюда Маркс Сайрон, королевский следователь высочайшего ранга, прибыл не ради какого-нибудь расследования или поиска преступника. Нет. На самом деле его сюда послали в качестве наказания за крупный провал в его предыдущем деле, на которое эльф потратил почти два десятилетия.

Поэтому на три месяца ему приказали стать обычным офицером гарнизона в этой далёкой глуши, и заниматься проверкой проходящих через границу. В действительности Марксу даже запретили использовать свой жетон следователя, однако уведомить об этом запрете ещё хоть кого-то, кроме самого Элементалиста, забыли, чем эльф и воспользовался. Благо здесь, с его статусом следователя седьмого ранга и члена одной из аристократических семей, никто не мог приказывать Марксу, так что он полностью использовал своё высокое положение.

Впрочем, обязательное задание в пятьдесят проверок каждый день мужчине всё-таки пришлось делать, так как в дальнейшем невыполнение этого было легко проверить. А понижения, чем ему грозил провал последнего задания, но в итоге всё обошлось лишь наказанием, Маркс никак не хотел.

Вот почему эльфу после нанесения каждой четвёртой метки на рабов приходилось поглощать Лазурный Кристалл. Всё-таки любая техника пикового качества Королевского ранга, даже если для её создания использовался артефакт, требовала немалого количества энергии.

Сняв на всякий случай жетон, Маркс воспользовался артефактом связи, встроенным в его именное кольцо следователя.

— Нотрикс, зайди ко мне. Сейчас же, — приказал он.

Спустя две минуты в кабинет Маркса вошёл молодой коротковолосый и улыбчивый эльф с веснушками на лице.

— Вызывали, босс? — отдав честь, спросил парень, который лишь недавно стал Элементалистом, и пока находился только на начальной стадии.