Пара для Гриффина (ЛП) - Хартнеди Шарлин - Страница 39

— Не прикасайся ко мне, — выдохнула она. — Я буду кричать. Я расскажу остальным, — её губы прилипли к зубам.

— Кричи сколько хочешь, принцесса, — он склонил голову набок, нависая над ней. — Не стесняйся, расскажи остальным. И Честер получит полную свободу действий. Ты действительно хочешь, чтобы этот старый хрен оказался на тебе? Льюис тоже был бы счастлив. Молодой прыщавый мудак, вероятно, никогда не имел женщины. Сомневаюсь, что Сэма это заинтересует, но кто знает. Нам четверым нечем заняться до тех пор, пока тебя завтра не заберут. Никто не знает, что мы здесь. Никто не придёт спасать твою хорошенькую маленькую попку, — он задумчиво поднял брови. — Скажи остальным, что я прикасался к тебе, и твоя киска будет хорошо использована к тому времени, как мы тебя сбагрим. Это будет выглядеть так, будто половина ковена трахнула тебя, прежде чем убить.

— Пожалуйста, не делай этого, — она с ужасом смотрела, как он снимает брюки, аккуратно складывает их и кладет на стул. — А как насчёт ДНК? Я слышала, ты сказал, что не можешь оставить никаких улик, — её голос был хриплым, а губы сухими. Она изо всех сил старалась не паниковать. — Ты сказал, что если на мне обнаружат человеческую ДНК, то это будет означать, что…

— О да… спасибо за напоминание, — он достал из кармана брюк бумажник и вытащил пакетик из серебристой фольги. — И чтобы ты знала, у меня в машине есть целая коробка для остальных, если ты не будешь хорошо себя вести и делать то, что я скажу.

Этот кусок дерьма планировал изнасиловать её с презервативом. Она покачала головой.

— Я человек. У меня есть чувства. Меня зовут Сара. Я преподаватель начальной школы. У меня…

— Мне плевать, кто ты такая, Сара. Тебе следовало подумать обо всём этом, прежде чем превращать себя в вампирскую шлюху, — он оторвал конец упаковки из фольги и вытащил свой член. Рубашка всё ещё была на нём.

— Разве у тебя нет сестры? Дочери? Я знаю, что у тебя есть мать. Я — чья-то дочь. Чья-то…

— Заткнись на хрен, или я снова вставлю кляп. Моя сестра никогда бы не трахнулась с вампиром. Никогда. Я не хочу, чтобы ты сравнивала себя с ней.

— Ты собираешься меня изнасиловать. Как бы ты себя чувствовал, если бы…

Он отвесил ей пощечину. В ушах у неё звенело, щёку жгло.

— Не говори так. Я делаю тебе одолжение, сука. Ты не умрешь вампирской шлюхой. Шлюхой — да, но вампирской… нет!

Он схватил её и грубо дёрнул за лифчик.

— Мне нужно постараться стать для тебя твёрдым. Это нелегко, учитывая, для кого ты раздвигала ноги. Я не грёбаный извращенец, как Честер. Я делаю это не для себя, я делаю это, чтобы помочь тебе, — он ненормальный. Помощь? Неужели?

— Нет, пожалуйста. Ты не обязан мне помогать. Ты не должен этого делать. У меня не было секса ни с одним вампиром. Я ушла, потому что не была счастлива. Я не шлюха, — она крепко зажмурилась. Гриффин простит ей эту ложь. Эти слова были неприятны на вкус. — Я не хотела иметь с ними ничего общего, — по её щеке скатилась слеза.

— О, и посмотри на это, — он посмотрел вниз на свой теперь твёрдый член, — в конце концов, я сделал это для тебя, — он перевернул её на живот, его руки были грубыми. Что-то твёрдое и тяжёлое упёрлось ей в спину, удерживая её на месте. Это было его колено. Было больно. Всё её тело было вдавлено в матрац.

Она повернулась так, чтобы видеть его. Этот мудак натягивал на себя презерватив. Похоже, он всё ещё собирался изнасиловать её, несмотря ни на что. Такие психи были самыми худшими, самыми развратными ублюдками общества. Её не должно удивлять, что они были не только похитителями, но и насильниками. Этот мудак убедил себя, что это не изнасилование. Что он делает ей одолжение или что-то в этом роде, и неважно, что она говорит. Он всё равно это сделает. Он убедил себя, что всё в порядке.

— Я не полный ублюдок, — хихикнул он. — Я позабочусь, чтобы ты кончила, поскольку это твой последний раз. Если ты никому не расскажешь, я буду держать остальных подальше от тебя, — он подмигнул ей.

— Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, — он поднял её и начал стягивать нижнее бельё. Но Сара старалась держать ноги вместе.

— Дай мне их снять, или я их порву на хрен. Будет труднее остановить других, если твоя киска будет всем видна, — она издала сдавленный звук, рождённый гневом и разочарованием, но не шевельнулась, пока он спускал её трусики вниз, к коленям.

Он выругался.

— У нас не так уж много времени, но я хочу, чтобы ты раскрылась для меня.

— Нет. Пожалуйста, — выдохнула Сара. Она держалась за свой последний кусочек здравого смысла. Её ноги всё ещё были свободно связаны в лодыжках, и Эрл занялся узлами. Руки же были крепко связаны за спиной, а голова вдавлена в матрас. — Умоляю тебя, не делай этого. Пожалуйста, Эрл.

Она попыталась встать, но он схватил её за шею и крепко сжал.

— Я могу причинить тебе сильную боль, не оставив ни единого следа. Как всё произойдёт — решать тебе. Мы можем повеселиться или всё может сложиться не очень хорошо, Сара. Подумай хорошенько, что бы ты предпочла, — его голос был холоден и безразличен — он говорил серьёзно.

Затем он стянул с неё нижнее бельё до конца, и Сара рефлекторно отшатнулась. Может быть, ей удастся ударить его по голове и вырубить. Её пятка наткнулась на что-то мясистое, но он даже не застонал, а схватил её за лодыжку и вывернул. Сара вскрикнула — казалось, ей ломают кости. Он дёрнул её за ногу и просунул колено между её бёдер. Сара почувствовала, как её ноги раздвинулись, а его колено было между ними, так что она не могла сомкнуть их снова. Она попыталась вырваться из его хватки… Удушливая, ошеломляющая паника охватила её.

Она закричала.

Глава 14

— До сих пор кровоточит, чёрт возьми, — пробормотал мужчина. — Странные существа. Мертвый и истекает кровью. В этом нет никакого грёбаного смысла.

Голова Гриффина ударилась о камень. Земля была влажной.

— Тяжелый ублюдок, — пожилой мужчина что-то проворчал, набирая полную грудь воздуха. Он кряхтел и стонал, продолжая тащить Гриффина по неровной местности.

У Гриффина началось обильное кровотечение, когда его сердце снова начало биться. Он почувствовал, как кровь вытекает из него. Сначала была паника, потому что если его рана не заживет в ближайшее время, он опять умрет, и на этот раз пути назад уже не будет. Его до чертиков потрясло то, что он вообще ожил.

На этот раз, когда боль опалила его, она была желанной. Каждый раз, когда старый хрен отворачивался, чтобы отдышаться, Гриффин шевелился. Пальцем или рукой. Всего лишь подергивание мускула. Сара была в центре его мыслей, и это помогало ему справляться с ослепляющей болью.

Гриффин чувствовал себя опустошенным. Бесполезным, чёрт возьми. Даже малейшие движения давались с трудом. Он был уверен, что если поддастся зовущему сну, то никогда не проснется. Этого не должно произойти: его женщина нуждалась в нём.