Заклинатель четырёх стихий (СИ) - Шатров Дмитрий - Страница 50

— Тихо! — гаркнула Нилда, уперев мощные длани в не менее мощные бока.

И что удивительно, стало действительно тихо. Боевую бабищу, сделавшую за два дня карьеру от троепольской вдовушки до кастеляна Альдеррийского замка, никто ослушаться не решился. Она и без того была достаточно заметной персоной в общественной жизни посёлка, а сейчас её авторитет и вовсе взлетел до небес.

— Так, Идоя и ты, Амэда, собирайтесь, — Нилда назвала имена двух женщин, потерявших мужчин в ночь защиты деревни.

Крестьянки тут же побежали домой, благодаря вполголоса судьбу и Нилду, за то, что выбор остановился на них. Оставшиеся вновь разволновались. Ведь, сколько человек будут набирать — неясно, а два места уже занято.

— Лурд, мальчик мой, я что-то мамку твою не вижу, — кастелянша нашла в толпе белобрысого подростка в залатанной рубахе, — найди-ка её и позови ко мне.

— Бегу, тётя Нилда, — мальчишка шмыгнул носом и зашлёпал голыми пятками по дороге.

— Нерия, — Нилда дождалась, пока та откликнулась, и продолжила, — бери своего малахольного и тоже готовьтесь переезжать.

— Чего сразу малахольного? — голос невзрачного мужичонки с головой выдал закоренелого подкаблучника.

— Иди уже, нетопырь, — тут же подтвердили эту версию слова его супруги — женщины, не уступающей статями самой Нилде.

— Меня, меня возьми, — выскочила вперёд молодая баба, не очень опрятного вида.

— Ты, Палома, в своём доме сначала порядок наведи, а потом уже в хозяйский замок просись, — не очень вежливо отрезала Нилда, — не возьму, и не думай.

Собственно, необходимость личного присутствия на деревенском собрании отпала, и Эдик потихоньку отошёл в сторону. По пути подхватив под локоть абсолютно потерянного старосту. Дробыш переживал за пошатнувшийся авторитет, как головы Троеполья. Особенно в глазах нового владетеля Альдерри. Ну ещё бы! И односельчан взбаламутил и с порученным заданием не справился. А тут ещё Нилда эта… Того и гляди, другого человека на его должность назначат. Было из-за чего волноваться.

Впрочем, нервничал он совершенно зря. Эдик про это вообще не думал. Ему в голову пришла неожиданная мысль, как решить проблему с замковой стражей. Решение, правда, было авральным, но на какое-то время вопрос закроет. По крайней мере отворять — затворять ворота и осуществлять наблюдение со стен будет кому. И мысль эта была — вахтовый метод!

— Какой метод? — вытаращился на парня Дробыш, услышав незнакомое слово.

— Вахтовый, — повторил Эдик, но увидев, что понимания в глазах собеседника больше не стало, принялся разъяснять.

Неожиданно возникшая идея обходила практически все камни преткновения. И мужиков от семей и хозяйства отрывать надолго не надо, и окрестности замка без присмотра не останутся. Да и дополнительный заработок крестьянским семействам лишним не будет. Найти десяток-другой человек, на пару недель необременительной службы, труда не составит. Тем более за деньги. Пришлось, правда, потратить изрядное количество времени и слов, чтобы объяснить старосте суть этой формы осуществления рабочего процесса. Но в конце концов Дробыш понял, что от него требуется и даже просветлел лицом от собственной сообразительности.

— Молодец, всё правильно, — парень похвалил крестьянина, поощрительно хлопнув его по плечу, — а теперь иди помоги Нилде организовать переезд.

А что касается переживаний Дробыша, то это пустое. Эдик уже составил для себя его характеристику, и его пока всё устраивало. Несмотря на все недостатки действующего старосты. Вроде и жадноват крестьянин, и трусоват, и завистлив немного, а вот место своё занимает с полным на то основанием. Не только лишь одна корысть его двигает. За людей тоже радеет. Поэтому пусть будет, пока серьёзно не накосячит.

Площадь потихоньку пустела. Нилда уже успела с избытком перекрыть все вакансии замковой обслуги, поэтому остальным ловить было нечего. Народ, получив очередную порцию нервной встряски, возвращался к своим делам. Дробыш стоял в окружении мужиков у таверны, размахивал руками, что-то им объясняя.

Эдик погрузился в размышления и принялся мерить шагами дорогу. Его планы сдвинулись с мёртвой точки и начали понемногу осуществляться. А сколько ещё предстоит сделать! Даже страшно становилось от этой мысли. И немного точил червь сомнений. Может, зря он позарился на Альдеррийский замок? Может, сверкание найденных в подземелье драгоценных камней затмило разум? Откуда взялись барские амбиции? Понятно, что покривит душой тот, кто скажет, что не хочет быть богатым. И Эдик хотел, это очевидно. Просто насколько разнится понимание богатой жизни здесь и в покинутом мире.

Можно привести научное определение денег как таковых, но, по сути, они являются мерилом свободы. То есть, чем больше у тебя презренного металла, тем больше ты независим от жизненных неурядиц и больше можешь себе позволить. Как в материальном плане, так и в духовном. Не нужно переживать за завтрашний день, зависеть от настроения начальства, терять время и нервы на постоянные попытки заработать побольше этих самых денег. Ведь в результате человека затягивает в порочный круг, из которого невозможно вырваться. В современном представлении богатство — это кредитная карта, подкреплённая солидным счётом в банке. Остальное можно купить, причём достаточно просто и не сильно трудозатратно.

Вот тут-то и кроется подвох, на который парень сразу не обратил внимания. Здесь всё гораздо сложнее. Особенно для человека из другого мира и другой эпохи. Ведь что толку, что у тебя полные карманы серебра и драгоценностей? Есть их не станешь и на себя не оденешь. Из них даже костёр не развести, чтобы защититься от холода. Так и отнять же могут, вдобавок ко всему. Вместе с жизнью.

Эдик тряхнул головой, отгоняя прочь слабодушные сомнения. Он всё решит. Пока не знает, каким образом, но то, что решит — это точно. Да и некуда заднюю давать. Домой не сбежишь. Как бы этого ни хотелось. Всё, стоп. Спишем душевные метания на минуту слабости. Со всеми бывает. От раздумий парня отвлекли скрип тележных колёс и фырканье лошадей.

— Ни хрена себе, десять человек набрали, — Эдик не смог удержать удивлённый возглас, — исход евреев из Египта.

Но это он слегка преувеличил. Но как бы там не было, на площади начал формироваться целый обоз с отъезжающими. Пока всего две телеги, но, похоже, всё только начиналось. И совершенно зря крестьяне здесь считаются беднейшим слоем населения. По крайней мере, если судить по количеству добра в повозках. Всевозможных тюков, мешков, сундуков не пересчитать. Орали куры в плетёных клетках, торчали гусиные шеи из объёмистых корзин. Кто-то умудрился даже несколько свиней с собой прихватить. И к одной телеге корову привязали с телёнком.

Решив положиться на интуицию, Эдик вмешиваться не стал. Несмотря на то, что масштабы переезда его несколько шокировали. Нилда уже показала свою хватку, вот пусть и занимается. Кстати, вот и она. Кастелянша, на чём свет стоит, костерила мужика, ведущего в поводу лошадь, запряжённую в третью телегу. Кричать не хотелось, а поговорить с ней не помешало бы. Эдик махнул рукой в призывающем жесте.

Вот же глазастая баба. Вроде и не смотрела по сторонам, а заметила тут же. Бросила распекать провинившегося чем-то крестьянина и поспешила на призыв, подхватив юбки. Лишь смачного леща отвесила бедолаге напоследок. Словно ниоткуда появился и Дробыш. Он теперь долго с Нилдой будет соревноваться. Натура у него такая. Ревнивая. А впрочем, и событие не из заурядных. Присутствие поселкового головы вполне обосновано.

— Я же тебе не нужен? — обратился к кастелянше Эдик.

— Нет, ваша светлость, сама справлюсь — правильно поняла вопрос Нилда, — отправляйтесь в замок спокойно, а уж я проконтролирую. Глядишь, к вечеру и доберёмся.

И, испросив разрешения, женщина удалилась. Не женщина — чудо. Понимает с полуслова и не говорит лишнего. А самое главное — делает много. Живое подтверждение слов советского вождя и отца народов. Кадры решают всё. Точнее и сказать невозможно.