Заклинатель четырёх стихий (СИ) - Шатров Дмитрий - Страница 43

В сдвоенный круг мерцающего пламени костров вырвались четыре всадника, пришпоривающие вороных коней. Гладкие пластины брони бликовали отражённым светом. Опущенные забрала украшенных перьями шлемов. Треугольные щиты с гербом. Латные перчатки сжимают длинные мечи.

— Камни! — заорал Эдик.

Крестьяне не сплоховали. Воздух заполонили летящие булыжники разных размеров. Да так часто и густо, что Эдику не всегда «Каменный дождь» такой силы удавалось вызвать. Правда, это было на первых порах его ученичества, но сейчас размышлять об этом не ко времени. Парень пригнулся, присев на одно колено. Получить увесистым камнем по затылку, пусть и брошенном дружественной рукой — не самое заветное желание.

Ощущения были такие, словно стоишь под крытой профнастилом крышей в сильный град. Лязг, грохот, глухие удары перемешались с криками боли и испуганным ржанием лошадей. Атака захлебнулась. Противник попросту не готов был к такому отпору. Ничего подобного от забитых крестьян тут никто не ожидал. Всадники осадили коней и рванули обратно. Уже не такие гладкие и блестящие, как были за минуту до этого, но и без особых повреждений. Лишь одному не повезло. Самому первому. Его скакун почти дотянулся до баррикады и шарахнулся в сторону от торчащих кольев. Рыцарь не удержал равновесие, вывалился из седла, со всего маху грянувшись о землю. Конь ускакал, а его хозяин так и остался лежать в пыли, не в силах подняться. Наверное, ногу сломал.

— Вы за это ответите! — лорд-наместник вновь подал голос. — Если не сдадитесь и не выдадите чужака — сожгу всю деревню.

Он предусмотрительно остановился у костров и кричал издалека. Лязгнуло, и угрозы захлебнулись. Кто-то из мальцов исхитрился попасть камнем в забрало вельможного бароссца.

— Стоп! — скомандовал Эдик

— Всех повешу! — донёсся вопль сквозь удаляющийся топот копыт.

Ну, это ещё бабка надвое сказала. Первый раунд остался за троепольцами.

Глава 12

Вроде и победа легко далась, но особенного торжества на лицах людей не было. Громко радовались лишь мальчишки. Остальные были немного пришибленными. Даже Дробыш улыбался как-то неловко, а мужики и вовсе тревожно хмурились. Да это и понятно. Страшно им. Наобещал лорд-наместник ужасных кар, вот и боятся. Нужно срочно что-то делать, чтобы поднять боевой дух. С таким настроением воевать нельзя. Хотя какой боевой дух может быть у крестьян в феодальные времена. Эх…

— Вы чего такие смурные? — Эдик спрыгнул с заграждения. — Ведь победили же!

— Победили… — неуверенно протянул командир первого десятка.

— Ну так, ура! — с наигранной весёлостью продолжил веселить своих бойцов парень.

— Ура… — уныло прозвучали в ответ три или четыре голоса.

— А дальше-то что? — пессимизм первого десятника был неистощим.

— Как что? Жить! Жить и побеждать снова! — Эдику уже стал надоедать тупой разговор.

— И этих? — нудный мужик кивнул в сторону дороги.

Сквозь щели в дощатом настиле виднелась широкая полоса огней приближающегося карательного отряда. Крестьяне начали испуганно переглядываться, обмениваясь приглушёнными репликами.

— И этих! — нескончаемое нытьё уже откровенно бесило, ещё минута такого общения и Эдик вспылит.

— Так, Мидон, заткнись, — ситуацию спасла женщина из этого же десятка. — Тебе лорд Эддард сказал, что нужно делать, так чего ты не угомонишься?

Бабища вышла из нестройных рядов скучковавшихся мужиков, пихнув плечом десятника так, что тот чуть не упал. Развернувшись, она упёрла руки в пышные бока и обвела грозным взглядом каждого. Многие не выдерживали и отводили глаза.

— Что вы за мужики такие, а? Ноете и ноете, ноете и ноете. Тьфу, смотреть противно! — в голосе мощной тётки клокотал еле сдерживаемый гнев. — Какого рожна вы тогда вообще сюда припёрлись? Или вы думаете, что проклятые бароссцы вам чего-то оставят. Или простят? Если так думаете, то идите и наденьте юбки вместо штанов. Нет? Вот и слушайте нашего благодетеля молча. Слушайте и слушайтесь!

Выволочка от женщины, да ещё и произнесённая с такой экспрессией сработала. Мужикам стало стыдно.

— Да не, Нилда, чего ты. Мы же ничего. Такие обидные слова говоришь. Мы же не отказываемся, — раздались виноватые голоса.

— А ты, Дробыш, чего язык прикусил? — тётка пихнула старосту, — Тоже мне голова нашёлся. Стоишь, молчишь. Давай объясни уже этим недалёким, что к чему.

От толчка мощной рукой Дробыш улетел в сторону, его еле поймали в последний момент. И то, только потому, что стояли плотно. На лицах начали появляться улыбки, послышался неуверенный смех. Обстановка, похоже, стала разряжаться.

— Нилда, так? — обратился к воинственной женщине Эдик.

— Так, Ваша светлость, — решительно кивнула тётка.

— Назначаю тебя десятником первого десятка! — он хлопнул ладонью по её крепкому плечу, чуть не отбив при этом руку, — А этого домой отправьте, пусть с женой сидит.

Эдик, как можно незаметнее, выдохнул с облегчением. Сквозь оживлённый многоголосый гомон прорывались поздравления, хохот и насмешливые возгласы. Так и должно быть после одержанной, пусть и незначительной, победы. Теперь можно немного расслабиться и воевать дальше. Не опасаясь того, что собственное воинство рассосётся по дворам, спасая свои шкуры. Мидон, к слову, домой так и не пошёл. Пристыжённый крестьянин остался в рядах защитников баррикады, хоть и получил солидную дозу насмешек.

— Идут! — звонкий мальчишечий голос вернул всех к суровой действительности.

Эдик взобрался на телегу и осторожно выглянул из-за досок. Пехотное подразделение выстроилось в какой-то сотне метров от деревни. Трудно было определить точнее из-за темноты и пляшущего огня факелов. К почти прогоревшим кострам вышло два человека с белым платком, привязанным на палку. Парламентёры. Тусклый свет угасающего пламени позволил рассмотреть делегацию. Давешние гости. Два толстяка. Десятник и сборщик податей. Видать, не спустил им лорд-наместник допущенных ошибок. Сами-то они вряд ли вызвались вести переговоры. Типаж не тот.

— Выражая волю лорда-наместника Северных Территорий Барроса и Владетеля… — затянул чиновник, подбоченившись и выставив левую ногу вперёд.

— Тебе в прошлый раз не досталось, так решил вернуться? Давай так, убогий, — прервал Эдик, дребезжащий от страха, голос бароссца, — разговаривать я буду только с наместником. Лично. Так ему и передай. И убирайтесь отсюда, пока до греха не дошло.

— Э… Но лорд-наместник… — попытался возразить незадачливый парламентёр.

— Валите! — отрезал Эдик.

Теперь оставалось только ждать. Соизволит ли этот вельможный господин снизойти до переговоров с челядью. Всё же бароссец спесив без меры, да и трусоват для этого. Но парень беспокоился зря. Лорд-наместник был настолько зол, что гнев вытеснила все остальные эмоции. Ну, может быть кроме, чувства собственной безопасности. Прошло очень немного времени, как послышались тяжёлые шаги и лязгнул металл сомкнувшихся щитов.

Эдик вздрогнул. Он совсем забыл про двух телохранителей лорда. Тех, которые сумели выдержать магический удар в их первую встречу. Если эти парни пойдут на приступ, их будет сложно остановить. Деревенские точно не справятся. Остаётся надеяться, что трусость наместника не позволит далеко отпустить от себя личную охрану.

— Сдавайся безымянный самозванец, и тогда мы пощадим твой сброд! — сразу перешёл к требованиям бароссец, не размениваясь на расшаркивания.

— Моё имя Эддард и у меня другое предложение, — Эдик не стал медлить с ответом. — Ты сейчас забираешь всех своих людей до единого и покидаешь Альдеррийские земли. Убирайтесь в Протекторат, чтобы я ни одного бароссца здесь больше не видел. Лучше сам, чтобы мне не пришлось помогать.

— Это неприемлемо! — обозначил свою позицию наместник.

— Значит, не договорились! — дальнейшая беседа не имела смысла.

Троепольцы всё это время напряжённо вслушивались в разговор. Как бы то ни было, а сейчас решалась их судьба. Эдик устало откинулся на доски внешнего барьера баррикады. Да уж. Легко не получилось. Лорд-наместник убрался восвояси и пока все остались при своих. Надолго ли?