На прицеле Цереры (СИ) - Задорожня Виктория - Страница 5

Невольно засматриваюсь на столь чарующее произведение искусств… Она, красивая и светлая, облаченная в греческие, белоснежные одежды, попала в плен тьмы, сковавшей ее ноги… Молебно смотрит на Него… Протягивает руку… И мужчина, сильный, статный и чувственный, пытается дотянуться… Но, тщетно… И в таком положении, в ничтожном расстоянии друг от друга, они застыли… На этих стенах… До чего же грустная история!

— На этой фреске изображена боль разлуки Эроса и Психеи… Он, сын Афродиты, Бог любви, получил приказ от матери наказать неугодную ей женщину, за неземную красоту, которой богиня несказанно завидовала… Сделать так, чтобы она вышла замуж за чудовище. Вот только, при первом взгляде на девушку, Эрос сам полюбил её, безвозвратно и глубоко… И женился на той, которая ни разу в жизни не видела его лица, но отвечала взаимностью на пылкие чувства. Приходил к ней глубокой ночью, и просил не зажигать свечу. И так бы было впредь, вот только, злые сестры человеческой женщины ежедневно внушали ей, что, раз любимый скрывается в покрове тьмы, то является монстром, что однажды её уничтожит. И Психея поддалась на уловки. Взяла с собою в ложе свечу и нож, пока Эрос спал, зажгла свет, и увидела прекрасного юношу вместо страшного чудища. Бог любви проснулся, на его лицо упала капля горячего воска, и в тусклом свете он заметил кинжал в руках супруги… Не сумев снести такого предательства, он взмыл в небо, к матери, оставив Психею одну…

Девушка бросилась искать любимого, но, сколько бы ни ходила, ни кричала, ни молила небеса, Эрос не отзывался… К ней снизошла Афродита. И отправила Психею в "нижний мир", чтобы та взяла шкатулку у Персефоны, с частицей своей красоты. За это она обещала устроить ей встречу с сыном. Богиня думала, что прекрасная девушка погибнет в пути. Однако, она не знала, на что способны люди во имя истинной любви…

Пока Психея была в "низшем мире", Эрос затосковал по возлюбленной, и отправился ее искать. Именно их взаимную тоску в этот момент, момент разлуки, момент коснувшейся Психеи тьмы, передал художник… — Я вникала в каждое слово, как завороженная, но, когда голос стих, резко обернулась на знакомое, мелодичное звучание. Широко распахнула глаза, всмотрелась в небесный взгляд напротив, в эту великолепную улыбку.

— О… Не стоит так огорчаться! А вы впечатлительная. Не странно, что такая отзывчивая девушка решила посетить мой благотворительный вечер… — не сразу поняла, о чем он, но, когда почувствовала лёгкое пощипывание в глазах, коснулась густо накрашенных век пальцами, поняла… Да у меня выступили слёзы! У меня, нещадно лишившей жизни стольких людей, по щекам скользит теплая влага, от сочувствия к изображенным на фреске супругам… От этой глубокой, волшебной трагедии потерявших друг друга сердец… Подняла влажный взгляд на Евгения Беляева, а тот, в свою очередь, нежно коснулся к моим щекам, по которым стекали кристальные капли. Осторожно провел по коже, утирая слёзы, и мягко улыбнулся… Снова стою, словно статуя, не в силах ни заговорить, ни отвести глаза. Только теперь я поглощена не только им, белокурым мужчиной, его чарующей внешностью и харизмой, но и той скрытой частью его души, которая поделилась со мной столь прекрасной легендой. — У этой истории хороший конец! Возможно, я позже расскажу вам продолжение. А сейчас, мне нужно идти. Не желаете выпить шампанского до начала?

— Не откажусь… — Всё, на что хватило моей скупой фантазии в тот момент. Объект (мысленно назвала его так, чтобы самой себе напомнить, как должна его воспринимать) подал мне хрустальный бокал, и пошел в сторону возвышения, названного сценой. Сейчас будет речь… Почти залпом осушила игристый напиток, и попыталась сфокусироваться на главном. Вот только, сама не знаю почему, больше, чем всё прочее, меня интересовало окончание этой истории, рассказанной его устами…

— Вижу, хорошо проводите время? — от неожиданно застрекотавшего позади голоса, воспринимавшегося в сознании, как худшее проявление этого мира, дёрнулась, но, слава Богу, незаметно для окружающих. Ведь подобным подонкам не стоит демонстрировать свою неготовность к чему либо.

— Георгий Леонидович… Я то думала, мы не знакомы, и, следовательно, общаться не будем… — пытаюсь говорить предельно тихо, чем вызываю ехидную улыбку заказчика.

— Но вы и с племянничком моим не знакомы! А ворковали ой как мило! — агрессивное выражение — один из способов моей самозащиты, когда не могу применить более суровые методы. Ну и, в данном случае, я прятала за ним смущенный румянец, который ощущала волной подкатившего жара… — Да ты не нервничай так, Соня… Это ведь хорошо! Время ограничено, потому режим обольщения с самого старта должен быть включен! Ато ведь, если не успеешь, беды не миновать…

— Да знаю я! — прошипела, стиснув зубы, сжав в руке пустой бокал до свойственного хрусталю скользящего рипения. — Можете не волноваться… Всё под контролем… — отчитываюсь, или оправдываюсь? Сама не знаю. Но, что-то подсказывает, что от привычного контроля я далека, как никогда…

— Что ж, наслаждайся вечером, пока можешь… — наконец паршивая гиена удалилась напрягать своим присутствием остальных многочисленных гостей! Нервно выдохнула, и ещё раз, спокойно… На сцену тем временем энергично выпорхнул некий голосистый шоумен, который между общим движением уже успел утомить публику своими "ненавязчивыми" рекомендациями в стиле — " как сегодня здесь замечательно, шампанское и креветки ожидают вас за шведским столом". Ну и, в привычной для таких кадров манере, восторженно взвыл в микрофон…

— Леди и джентльмены! Я лично очень рад видеть всех вас сегодня в этом зале! Но, больше всех, конечно, счастлив вашему присутствию уважаемый Евгений Сергеевич! Общеизвестный благодетель, страстно отстаивающий права обездоленных слоев населения! Благодаря его щедрым пожертвованиям построили несчисленное количество приютов для бездомных, детских домов! Регулярно делают выплаты матерям-одиночкам, многодетным семьям! Пищу и медикаменты внушительными партиями отправляют бедствующим странам! Обновляются ресурсы в медицине! Хочет стать президентом, спросите Вы? Но нет! Этот человек никогда не жаждал власти! Посланник Бога? И снова нет! Он просто лучший из людей! Встречайте!

Под бурными овациями и радостным щебетанием в зале, собственные мысли смешались… Спутались, и не оставили места здравомыслию. Среди всей этой внутренней суеты было отчётливо ясно лишь одно… Наверное, пылающие створки ада станут для меня самой мягкой карой за содеянное…

Дилемма

Церера

— Добрый день, мои дорогие гости! Я действительно счастлив видеть в этих стенах каждого из вас! — говорит речь, а ощущение, будто слова предназначены лично каждому присутствующему… Да что там, я сама вникаю в каждый его жест, упиваюсь энергетикой, искренностью, которую источает его чистый, небесный взгляд. — Ни для кого из вас не секрет, что мой отец был зачинщиком благотворительной деятельности "Travel IC". Я лишь продолжаю его благое дело… Но, всё же, мне приятно, что в наших кругах обо мне так лестно отзываются!

Что ж, не буду затягивать. Скажу о главном! Все средства, вырученные на сегодняшнем аукционе, будут потрачены на обеспечение заграничных детских домов, нуждающихся в помощи. Подробнее с нашей программой вы сможете ознакомиться со стенда, на котором описаны все подробности и достижения на сегодняшний день!

Мужчина напоследок награждает своих гостей ослепительной улыбкой, глубоким, проницательным взглядом, и покидает сцену, вручив микрофон тому же чрезмерно звонкому шоумену…

Меня заинтересовало… Конкретно, тот самый стенд, со всеми планами и имеющимся прогрессом… Просто, если уж мне предначертано судьбой лишить мир такого идеального человека, стоит хотя бы узнать, насколько ужасный грех совершаю… В общей суете, образовавшейся в промежутке времени, между речью хозяина вечера и главным событием, аукционом, подхватила с первого, попавшегося на пути разноса, ещё один бокал с шампанским, и стремительно направилась к образцово составленному отчёту, лавируя между многочисленным народом.