Новый старый 1978-й. Книга восьмая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 42

Сегодня я решил сделать зарядку и за вчера, и за сегодня. Поэтому в номер вернулся, слегка вымотанным, но довольным. Мои подруги уже встали и ходили по номеру голыми, ища приключений на свои разные очень интимные места, но я решил не поддаваться соблазну и найти им, и мне в том числе, эти приключения непосредственно перед сном.

Завтракать опять пришлось в гостиной, так как погода не способствовала осуществлению этого процесса на свежем воздухе. Но закончить завтракать нам не дали. Зазвонил телефон и портье сказал в трубку, что меня ожидает спецагент Мэнсон из МI5. Ну вот и «Служба безопасности» Её Величества пожаловала.

— Девчонки, — обратился я сразу к трём своим подругам, которые уже поняли, что меня кто-то хочет видеть, но это, слава Богу, не Её Величество. — Я на пятнадцать минут спущусь вниз, а вы потихоньку собирайтесь в дорогу.

Ответом мне были три поцелуя, в которых чувствовался скрытый сексуальный подтекст и я, разгадав их потаённые желания и хитро прищурив глаза, сказал:

— Всё будет вечером.

За что был опять награждён тремя жаркими поцелуями. Да, погубят меня эти женщины и приму я свою смерть прямо на одной из них или сразу нескольких.

В холле меня ждал ничем не приметный мужчина лет сорока и только пристальный взгляд его цепких глаз давал понять тем, кто хорошо знал подобных людей, что к вам пришёл не обычный лондонский молочник, а некто более серьёзный, а иногда даже опасный. «Смотреть» его подсознание я не собирался, так как чужие секреты были мне ни к чему, да и голову забивать внутренними проблемами английского королевства я не собирался. Вот если бы он был из МI6, «Секретной разведывательной службы МИД Великобритании» или, сокращённо, SIS, то я бы с удовольствием над его головой поработал. Такой подарок был бы для Андропова очень кстати.

— Доброе утро, лорд Эндрю, — поприветствовал меня этот контрразведчик. — Надеюсь, у вас будет пятнадцать минут, чтобы уточнить некоторые детали вчерашней неудавшейся попытки дворцового переворота?

— Конечно, мистер Мэнсон, — ответил я и мы прошли в зал ресторана, где сели за отдельный столик, чтобы можно было спокойно поговорить за чашкой кофе.

— Я руковожу расследованием этого дела и мне более-менее ясна картина произошедшего.

— Рад, что вы так быстро разобрались в этом деле.

— Да, вчера Её Величество нам сообщила адреса тайников, где мы нашли достаточно материала о том, что произошло на самом деле. Этому делу присвоен наивысший уровень секретности, но я в курсе, что благодаря именно вам мятеж был подавлен и благодаря вам мы узнали о тайниках с документами.

— Значит, Королева частично вас посвятила в эти дела. Но я так понимаю, что официальная версия будет придерживаться того факта, что именно майор Кинли является национальным героем Англии и спасителем Королевы?

— Да, вы правы. Но мы-то знаем, что это не так.

— Главное, что мятеж был подавлен и страна может чествовать победителя.

— Полковник Кинли, да его вчера повысила в звании сама Елизавета II, сообщил, что это именно вы нашли взрывное устройство и лично обезвредили его. А потом спасли гвардейцев, его людей и саму Королеву. Я правильно всё излагаю?

— Да, всё так и было. Но это не для протокола и Королева эту версию не поддержит.

— Я об этом осведомлён, но я хотел прояснить это только для себя. В связи с этим возникает множество вопросов, особенно по поводу с загадочной гибелью мятежников внутри броневика. На них нет ни единой царапины и вскрытие показало, что они все умерили, как написано в медицинском заключении, от «разжижения мозга».

— Да, это очень загадочная история. Но при чём здесь я?

— Рядом с броневиком обнаружено ещё шесть человек, умерших подобной смертью. Но самое невероятное, что на лужайке в саду от этого странного и неизвестного науке воздействия погибло ещё сорок семь нападавших. Вы единственный из защитников дворца, кто был и там, и там. Вы не находите это странным?

— Это действительно странно, но я ничего не знаю об этом.

— Понятно.

Но Мэнсон не успел договорить, так как ко мне подошёл портье и сказал:

— Ваша милость, вам срочный пакет из Букингемского дворца.

Я кивнул и взял пакет, собираясь открыть его у себя в апартаментах.

— Вы не хотите посмотреть, что там внутри? — спросил меня спецагент.

— Там должны быть документы для меня, которые мне обещала передать Её Величество, — ответил я, понимая, что там, возможно, лежит что-то ещё.

— Королева, как мне известно, собиралась передать вам записку.

— Хорошо, я сейчас посмотрю.

Я вскрыл пакет и обнаружил там документы на Машу, в которых она титуловалась герцогиней Глостерской. Помимо этого, там лежал листок бумаги, на котором рукой Королевы было написано, что отпевание и похороны четырнадцати героев, павших во время обороны Букингемского дворца, состоятся в воскресенье на Хайгетском кладбище в десять часов утра. Ну вот, а мы собирались в замок Беркли, а туда путь не близкий. Но может ещё успеем.

— Королева вчера сказала о траурной церемонии захоронения павших героев, — продолжил Мэнсон, прерванную приходом портье, мысль, — и при мне написала эту записку. Поэтому я и намекал, чтобы вы сразу вскрыли королевский пакет и прочитали её.

— Благодарю. Я обязательно буду на кладбище. У вас всё?

— Можно считать, что да. В этом деле ещё очень много странностей, но я так понял, что вы о них не в курсе.

— Да, я простой музыкант, который случайно оказался в нужном месте и в нужное время.

— Не считая того, что время и место вы прекрасно знали заранее и успели ко всему тому, что произошло дальше, тщательно подготовиться.

— Ну вот видите, вы всё прекрасно понимаете.

Мы попрощались и я вернулся к своим трём жёнам, которые были, практически, готовы.

— Маша, танцуй, — крикнул я с порога ещё одной законной герцогине и та сразу поняла, что я держу в руках.

— Спасибо, любимый, — бросилась она мне на шею, успев перед этим изобразить одно из своих танцевальных па. — С тобой каждый день — это маленькое счастье.

— В тебе сейчас растут целых два маленьких счастья.

— Это совсем другое. Правда, девчонки?

— Конечно, — поддержала её Ди. — Дети — это главное в жизни, но должны быть в ней и другие счастливые моменты. И их должно быть много.

— Иначе будет грустно жить, — добавила Солнышко и они все три повисли на моей многострадальной шее.

Молодость — это такое состояние человеческого тела, когда после секса с любимой женщиной ты уже через час опять её хочешь. А если такого секса несколько часов не было, то ты её хочешь постоянно. Но когда к тебе прижимаются своими мягкими и тёплыми выпуклостями сразу три твоих любимых женщины, устоять, практически, невозможно. Но я устоял, хотя «друг» активно требовал побыстрее засунуть его куда-нибудь поглубже и не один раз.

Ох, эти провокаторши. Меня герцогинями и принцессой соблазняли, но не поддался я. Раз сказал вечером, значит вечером. У нас ещё в семь должна состояться дискотека, а вот после неё — хоть всю ночь можно любовью заниматься. Девчонки поняли, что я устоял под их штурмом и тяжело вздохнули. Но тут же радостно стали изучать указы Королевы по поводу Маши. Всё, теперь она настоящая герцогиня Глостерская.

На этой радостной ноте мы и закончили наши сборы. Пока я разговаривал со спецагентом, Солнышко позвонила Серёге и Вольфсону, чтобы предупредить, что мы уезжаем и будем после трёх. Обслуга гостиницы кланялась так усердно, что было понятно, что все смотрели вчерашние выпуски новостей и читали сегодняшние газеты. Мы их тоже читали и они все были посвящены вчерашнему мятежу и перестрелке в Букингемском дворце. Главным героем тех событий большинством репортёров был признан майор, уже полковник, Кинли, но и моя роль в отражении этого штурма тоже неоднократно подчеркивалась. То есть, если Брежнев с Сусловым скажут, что я опять влез, куда меня не просили, то вот есть доказательства, что я был там не на первых ролях. Что мне и нужно.