Избранная. Между любовью и долгом (СИ) - Геррер Мария - Страница 16

Как-то вечером пришел Грег. Он протянул мне пакетик с цукатами:

– Для Золотой Лисички. Помню, ты любила их.

– Благодарю вас, господин Канцлер, – я присела в глубоком реверансе, как подобает этикету. Этому меня тоже научил господин Лоран. – Право, Вам не стоило утруждаться.

– Перестань, мы же друзья, – Грег протянул мне руку.

Я не приняла ее и поднялась самостоятельно.

– Господин Канцлер может быть уверен – я оправдаю его надежды и выйду замуж за кандидата, которого он одобрит.

Бросила короткий взгляд на Грега. Он понял – теперь между нами пропасть. А на что он рассчитывал? Что я безропотно  буду исполнять его указания и продолжать как ни в чем не бывало общаться с ним? Нет, дорогой Канцлер, так не бывает! Тут надо выбирать что-то одно – или дружба, или долг.

Вот только в чем причина моей злости на Грега? В том, что я выйду замуж по его указке? Или в том, что мне страшно не понравилась баронесса Орси? Хотя при чем тут она?

Пакетик с цукатами я все же взяла. Ведь их принес для меня Грег…

Глава 11

Тетя, как и обещала, повела меня в модное ателье. Она была близко знакома с хозяйкой. Они придерживались одних политических взглядов, поэтому тетя Аня не стеснялась высказывать все, что думает о предстоящей коронации.

Для начала мы попили традиционный чай, и я прослушала очередную краткую лекцию о положении в стране. Видимо, в памяти людей еще не стерлись ужасы гражданской войны, и их не покидал страх за свое будущее. Иначе как объяснить такой живой интерес модистки к происходящим событиям?

После чая мне начали подбирать одежду. Для прогулок, для визитов, для дома.  И главное – бальные туалеты. Повседневные платья я выбрала быстро.

А с бальными все оказалось не так просто. Заказывать их было уже поздно, и мне предложили то, что есть в наличии. У меня разбежались глаза. Платья на все вкусы. Но те наряды, что понравились мне, тетя с возмущением отвергла.

– Так одеваются содержанки или дорогие проститутки, – заявила она. – Слишком глубокое декольте, слишком ярко и вообще это вульгарно.

– Но подобное платье я только что видела на Матильде Орси. Ты мне сама на нее указала. Баронесса сидела на веранде кафе. Забыла?

– Я и говорю, так одеваются проститутки, – кивнула тетя. – И вообще это дамский вариант. Орси, конечно, не намного старше тебя, но манера ее поведения не предмет для подражания. Особенно для порядочной девушки.

Тетя остановила свой выбор на светло–бежевом шелковом платье с кружевом. Скучно до неприличия. Сзади большой бант. Я попросила его убрать.

– Не хочу быть похожей на Карлсона, – пояснила я.

Модистка с удивлением взглянула на тетю.

– Не обращайте внимания, – отмахнулась та. – Моя племянница пытается острить. Милая, это последний писк моды. Живот плоский, сзади пышно.

– Не надо, – отрезала я.

Платье мне не нравилось. Но решила не спорить из-за мелочей. Однако нелепый бант с пятой точки убрали. Однозначно, это не та часть тела, которую я хочу подчеркнуть.

– В первый день ты должна произвести впечатление скромной и благовоспитанной девицы, – тетя подала мне длинные шелковые перчатки в тон платья. – Никаких украшений, ничего вызывающего. А вот на второй и третий дни можно что-то поинтереснее. Но не слишком.

На второй день традиционно будет охота. Амазонка из темно-зеленого бархата с золотым шитьем безумно шла мне и делала очень привлекательной.

– Мы нашли для тебя еще несколько претендентов, – доверительно сообщила мне тетя. – Женихов у тебя уже хоть отбавляй. Неплохо, если и ты им приглянешься. Хотя это не столь важно.

– «Мы» это ты и Канцлер?

– «Мы» – это сторонники ограниченной монархии.

– Так много народа заинтересовано в том, чтобы выбрать мне подходящие бальные платья?

– Прекрати, пожалуйста, – одернула меня тетя. – Речь идет о будущем Империи. Госпожа Деланж, слышала, наследный принц не любит лиловый?

– Да, это так, – кивнула модистка. – Мы шили для Его Высочества домашний костюм, и камердинер будущего Императора предупредил, что лиловый цвет его господин на дух не переносит. Просил даже не предлагать ткань этого цвета. «Не стоит тратить на это драгоценное время Его Высочества», – вот так и сказал.

– Тогда что у вас найдется лилового цвета? Внимание к моей племяннице императора весьма нежелательно.

– Это я поняла, – улыбнулась модистка. – Сейчас подберем то, от чего наш будущий правитель точно в восторг не придет. А другим мужчинам понравится.

Вот уж не думала, что политика такая тонкая штука. Даже цвет бального платья важен для удачи авантюрного предприятия. 

За эти дни к нам несколько раз заходил Грег. Только теперь он для меня стал Великим Канцлером.

Каждый раз приносил мне сладости. Видимо, еще надеялся, что наша дружба восстановится. Это было по-детски. Немного трогательно и наивно. Как-то не вязалось с образом могущественного Канцлера. Но я держалась холодно. Мне вообще хотелось придушить его.

Друг нашелся! Ищет мне подходящую партию и не особо интересуется моим мнением. Хотя, конечно, это для всеобщего блага.

Но со мной-то как быть, с моими желаниями и чувствами? Я же человек, а не бездушная кукла. Я любви хочу. А вместо этого получу брак по расчету.

Накануне бала Канцлер снова зашел с визитом. Я поздоровалась с ним, от чая отказалась и ушла в оранжерею. Тетя попыталась меня вернуть, но я сделала вид, что не слышу ее.

Пусть обсуждают свои вопросы без меня, мне скучно от интриг и политики. И тоскливо. Представляю, кого мне подберут завтра на балу. Какого-нибудь старикана с сильной магией. А может ботана, или как таких заумных молодых людей называют в этом мире?

Тетя, конечно, обещала мне красавца. Только это понятие растяжимое. И внешность в человеке не самое главное. Я уже в этом убедилась на примере Дэна.

Сидела на краю фонтана и пыталась читать. Противоречия раздирали меня. С одной стороны, у меня есть долг перед людьми. С другой – не хочу я замуж по политическим соображениям.

Когда-то давно я мечтала быть принцессой. Тогда не думала, что принцессе приходится выходить замуж за того, кого ей подберут родители-правители. И вот я – титулованная особа, почти принцесса. И за меня решают, кому выгоднее пристроить такое сокровище.

Я услышала шаги и повернула голову. В оранжерею вошел Грег.

– Не помешал? – зачем-то спросил он.

– Нет, господин Канцлер, я уже ухожу. У меня голова болит, – я поднялась.

– Ты не умеешь врать, – заметил он.

– Ладно, я не умею врать. Я не хочу разговаривать с вами, господин Канцлер.

– Чем же я прогневал тебя, Золотая Лисичка?

– Ничем. Вы приняли мудрое решение. А я смирилась с ним. Все довольны. И я не хочу обсуждать это.

– Метресса Анна призналась мне, что ты переживаешь по поводу своего будущего. Поверь, мы хотим тебе добра и готовы ждать, пока ты найдешь достойного кандидата. Но надеемся, что это не затянется надолго. Ты же понимаешь?

– Мы, мы, мы… Я постоянно это слышу. Мы не будем настаивать, мы хотим тебе добра, мы решили все за тебя! Я уже сказала, что выполню все ваши пожелания, – злость и возмущение душили меня. – Только оставьте в покое, не лезьте в душу! Как можно найти любимого, если время ограничено? Как? Можете мне ответить?

– Я всегда считал, что девушке достаточно того, что ее жених молод, красив, знатен и богат. Прости, видимо ошибался, – пожал плечами Грег.

– Да, вы сильно ошибались. Может, у вас тут так и принято. Но я другая. Мне не это надо. Я любить хочу. И быть любимой. Вы хоть знаете, что это такое – любовь? Или для вас долг превыше всего? – видимо, так недопустимо разговаривать с Великим Канцлером.

Но он сам напросился. Хотел откровенности – получил.

– Признаюсь, никогда не думал об этом, – Грег подошел к окну и опустился на подоконник.