Весь мир на дембель (СИ) - Нестеров Николай - Страница 37

Дальше процесс охмурения понёсся вскачь, как экспресс «Волгоград»-«Саратов» под уклон: без остановок и тормозов.

На свет божий была извлечена фляжка с прекрасным сладким и коварным портвейном. Между прочим, девятнадцать градусов, которые совсем не чувствуются. В качестве закуски – шоколадка. Бумажные стаканчики позаимствованы в кафетерии, до пластиковых советская промышленность ещё не доросла. Или не опустилась, если быть точным. Любой врач вам скажет, что этиловый спирт взаимодействует с дешевым пластиком, и водка в такой посуде даёт жуткое похмелье. Впрочем, это и без врачей понятно, и даже без знания химии – это известно любому студенту из личного опыта.

Затем начались заранее спланированные и подготовленные сюрпризы: беспроигрышное мороженное, дефицитное «Пепси» и прочие сладости, извлекаемые из «ниоткуда» волшебным образом. Чудо объяснялось просто – на последнем ряду в нашем секторе устроились парочка Пити и Михо с сумками. Вот оттуда и добывались волшебные дары. В качестве награды за работу мелкие получили по бутылке лимонада в подарок и по шоколадке. Позже выяснилось, что хитрые прохиндеи все это продали соседям, причём по двойной цене.

Единственное, что не сработало – роковая Натали пила мало, почти весь матч сидела хмурая и какая-то нервная. Зато Вика быстро опьянела и поплыла.

– Степан, скажи честно, тебе не стыдно, что ты работаешь на рынке? Вроде бы не глупый парень. Даже не скажешь, что вчера из деревни приехал, – решила докопаться до меня пьяненькая мадам. – Ты всю жизнь собираешься мешки с картошкой таскать?

– Временно пока. Хочу на комсомольскую стройку завербоваться.

– Пфф. Слушай его больше, он тебе и не такого наплетет, – влезла язвительная мадам Наташка. – Слишком хитрый и наглый. Врет он все. Комсомольских строек уже не осталось. Закончились они все.

– Настоящего романтика всякий обидеть норовит. Вредным словом, да по светлой мечте. И ничего не вру. На строительство Богучанской ГЭС собираюсь. Крупнейший проект последнего десятилетия.

– Ха. Три раза. Хотел бы – поехал, не сидел бы на рынке. Название наверное только-что придумал. Что-то я не слышал про такую станцию.

– Зря ты так. Легендарная стройка. Двести километров от ближайшего населенного пункта. Дорогу десять лет тянули, по болотам через вековую тайгу. До этого только вертолетом и самолетом, да по замёрзшей реке зимой. Вот я и жду января, чтобы добраться можно было. Представляете, целый город появится посреди бескрайней тайги. Новые девятиэтажки, клубы, кинотеатры, школы, фонтаны на центральной площади. Лепота! Но самое главное: гигантская рукотворная плотина, перекрывшая Енисей и Ангару. Фантастическая мощь, заключённая в бетон и сталь. И все это нашими руками создано.

– Э-э-э… правда что ли? – смутилась красавица и критиканка. – Все равно, не похож ты на романтика. Ни капельки.

– А я верю, – неожиданно подержала меня Викуся. – Если бы кто меня позвал с собой на Енисей строить город в тайге, я бы может и поехала.

– Вике больше не наливать! – решительно прервала её душевный порыв подруга.

К середине второго периода сработала ещё одна домашняя заготовка. Выпал удачный момент. Шайбу забил Павел Буре, играющий за ЦСКА, и разговор тут же перешёл на слухи, что он скоро уедет за границу в НХЛ. Тема оказалась неожиданно острой, на слуху до сих пор Игорь Ларионов, махнувший на заработки за океан, а этот хоккеист – оказывается главная гордость города Воскресенск, его здесь хорошо помнят, он родом из этих мест и начинал карьеру в «Химике».

– Прямо как в Америке на стадионе сидим. Звезды НХЛ на площадке, «пепси» пьём. Только попкорна не хватает для полного счастья.

Дальше – дело техники. Развёл Наташку на спор, что достану этот самый заветный попкорн. В награду попросил всего лишь поцелуй.

На меня посмотрели, как на ненормального, но спорить с желающим убить свою собственную репутацию не стали. Натали пожала плечами, мол, сам себе – злобный Буратино, и согласилась.

Через несколько минут попкорн в бумажных кульках был вручён изумленным дамам. Но вместо награды получил высокомерное: «Обойдёшься!»

– Так нечестно и некрасиво. Не надо было спорить. Долг платежом красен.

– Вместо неё я долг отдам, – неожиданно вмешалась Вика, томно блеснув глазами и облизнула чувственно губы. Так что у меня даже дыхание перехватило. – Возьмёшь меня с собой в Сибирь?

В этот момент я вдруг осознал, что хоккей сегодня не интересный и скучный. Да и Наташка не так уж и неотразима.

– Хоть в Сибирь, хоть в Сочи. Разве можно отказать такой милой девушке?

Видели бы вы какое огненное бешенство плескалось в глазах её подруги, когда мы, держась за ручки, попрощались и свалили с этого чертова стадиона. Я бы ещё раз такое повторил, только чтобы ещё раз понаблюдать за этой прекрасной сценой.

Глава 22

Седьмого октября утром отправился в Раменское. Выехал пораньше, поскольку точное время встречи не определено, и на всякий случай решил немного понаблюдать за пивным баром со стороны. Вдруг, меня там засада ждёт. В Громове я уверен на все сто процентов, но письмо могли перехватить, расшифровать – криптография, если честно – на уровне детского сада, только для защиты от любопытного почтальона.

Место встречи долго искать не пришлось, особых вариантов и не было. Посмотрел по карте, какие города рядом, ведь, сильно далеко не наездишься, в соседнем Раменском сразу и рынок с пивным баром обнаружился. Ну как бар? Скорее, большой деревянный сарай с окнами. Внутри десяток круглых высоких столов без стульев, для стоячего потребления пива, барная стойка с краном, сушки и сухари в качестве закуси, и на витрине ржавая окаменелая рыба, неизвестной науке разновидности – вот и все достоинства этого заведения. Несмотря на убогий вид, жуткую антисанитарию и практически официальный недолив, «бар» пользовался изрядной популярностью, ближе к вечеру снаружи очередь образовывалась, внутрь набивался народ, как в автобус в час пик. Злачное местечко: дым коромыслом, хоть топор вешай, почти у всех водочка, разливаемая под столом, для повышения градуса, да и контингент соответствующий: за исключением залетных студентов, такое ощущение, что на соседней зоне увольнительные массово раздают.

Поэтому наблюдать за входом решил со стороны. Непьющий посетитель будет смотреться странно и чужеродно.

Пристроился у прилавка, где торгуют музыкальными кассетами и завёл разговор с продавцом о тенденциях современной советской музыки, не забывая поглядывать краем глаза на вход в бар.

Паша, повелитель кастет и бобин, откровенно скучал, торговля шла ни шатко, ни валко, поэтому охотно поддержал разговор о новых группах и звёздах современной эстрады и рока. Тема неохватная и самое главное – безграничная по времени, я даже надиктовал список из двух десятков импортных групп, которые сейчас популярны в Москве и в Нью-Йорке. Не уверен, что все они уже существуют в 1989 году, возможно некоторые певцы ещё в школу ходят, но впечатление своими познаниями произвел.

Внезапно осенило, я решил поинтересоваться насчёт свежего Кипелова. Оказалось, что не только его новый шлягер «Я свободен» есть в продаже, но и весь концерт Московского международного фестиваля, прошедшего в августе, присутствует на прилавке. Причём, как на кассетах, так и на магнитофонных катушках.

Старенькая «Комета» не позволяла насладиться прекрасным качеством, да и запись концертная, явно пиратская, но Паша восторженно закатывал глаза и подпевал «Скорпионз», вставляя после каждого припева, что это «бесподобно и неповторимо».

По моему же мнению, получилось нечто странное и маловразумительное. Конечно, испортить шлягер всех времён и народов практически невозможно, тем более, что исполнители те же самые, что и в моей реальности. Но звучали песни немного иначе, не так, как в оригинале. Субъективно, на треть хуже, если красоту вообще можно выразить дробями и процентами. В моем прошлом в начале «Ветра перемен» Клаус Майн выводил изумительную серенаду художественным свистом, здесь же какое банальное и пугающе вульгарное посвистывание получилось, да и сама песня теперь звучала, как в дешевой аранжировке. У Кипелова получилось чуть лучше, но все равно – не то.