Неуправляемый мужчина (ЛП) - Эшли Кристен - Страница 39

Она также сунула мне в руку визитную карточку, на которой было написано «Кейб Дельгадо».

— Если у тебя возникнут любые проблемы, звони Хоуку, — сказала она.

Я молча кивнула.

Именно тогда дядя Марш подошел, чтобы обнять. Его объятия были длиннее и сильнее.

Прежде чем отпустить меня, он прошептал мне на ухо:

— Тайра, никогда не забывай, что ты особенная.

Затем он отправился проходить таможню.

Тетя Бетт обернулась и помахала рукой.

Дядя Марш, как всегда, не обернулся.

Я наблюдала за ними, пока они не скрылись из виду. Потом отправилась домой. Напечатала заявление об уходе. Остаток дня ждала звонка от Лэни.

Но она так и не позвонила.

Тэк тоже не давал о себе знать.

Когда я легла спать ночью, сердце все еще продолжало болеть.

17

Результат предрешен

На следующее утро в восемь часов, когда я приехала в «Прокатись», чтобы вручить заявление об увольнении, в котором говорилось, что я не буду подавать никаких исков, Тэк возился с красной машиной в гараже. Он находился там один.

Увидев, как он поворачивает голову в мою сторону, склонившись над открытым капотом машины, я должна была привыкнуть к боли моего сжимающегося сердца. За последние два дня такое случалось довольно часто. Но сейчас было немного по-другому.

Я отвернулась, припарковалась, выскочила из машины и поспешила вверх по ступенькам в офис. Отперла ключом дверь, быстро зайдя внутрь.

Мне оставалось только бросить ключ и письмо на стол и убраться отсюда к чертовой матери.

Таков был мой план.

Этот план сорвали, я едва успела войти в дверь, Тэк уже входил в дверь из гаража.

Черт.

Я проигнорировала его и направилась прямиком к столу. Бросила на него ключ и конверт. Также проигнорировала звук поворачивающегося замка в двери гаража.

Черт!

Я повернулась, глядя себе под ноги, с единственной мыслью убраться побыстрее.

Боковым зрением уловила какое-то движение и подняла голову.

Тэк был у двери, через которую я вошла, запирая и ее тоже.

Черт!

Остановилась.

— Тэк, — прошептала я. — Нет.

Он повернул голову, и его горящие голубые глаза пригвоздили меня к месту. Затем он развернулся в мою сторону всем корпусом.

В этот момент я поняла свою ошибку. Надо было отправить письмо вместе с ключом по почте.

Определенно.

— Пожалуйста, — прошептала я, — не надо.

Он не сводил с меня глаз.

Я не сводила с него.

Это продолжалось недолго, мы оба сверлили взглядом друг друга с расстояния в три фута.

Наконец, я больше не могла выносить его взгляд.

— Прошу тебя, Тэк, отойди от двери.

Тэк зашевелился, но он не освободил мне выход.

А бросился на меня.

У меня быстрее заколотилось сердце, ноги машинально засеменили назад. Я налетела на стол и отскочила в сторону, продолжая отступать. Затем ударилась бедром об стул, который отлетел в сторону, поскольку я поспешно пятилась.

Тэк продолжал наступать, и хотя мое отступление и было поспешным, но его продвижение ко мне было намного быстрее. Мое бешено колотящееся сердце замерло, как только его рука метнулась вперед, обхватив меня за талию, иначе бы я врезалась в шкаф с картотекой. Он передвинул меня в сторону, продолжая наступать, пока я не уперлась спиной в стену. Затем его рука на моей талии напряглась, прижав меня к своему твердому телу.

Я вскинула руку ему на грудь, пытаясь заставить его отступить, но он твердо стоял на месте, другой рукой взял мой подбородок, обхватив пальцами шею и ухо.

— Прошу тебя, — прошептала я, напрягаясь, как только он склонил ко мне голову, — нет.

Как раз в этот момент, когда я предполагала, что он прикоснется к моим губам, он повернул голову в сторону, противоположную той, где его рука была на моем подбородке. Впившись сильнее своими пальцами в кожу, прижав меня к своему телу, его губы приблизились к моему уху.

— Ты облажалась, Рыжая, — прошептал он.

Я с силой зажмурилась и еще сильнее стала отталкивать его рукой в грудь, помогая другой рукой, ухватившись за его футболку на талии, пытаясь оттолкнуть от себя.

— Я ошибся, — продолжил он шепотом.

Я открыла глаза.

Боже, я должна была выбраться отсюда.

— Пожалуйста, отпустите меня.

— Ты была как во сне, детка.

Я замерла от его слов.

Тэк продолжал:

— Зеленый чай. Йога. Без телевизора. Салфетки на журнальном столике. В четверг вечером еда на вынос. У тебя имелся определенный вечер на вынос. Ты заранее его планировала. Живя в таком узком, маленьком мире. Черт побери меня. Убийственно. И я бл*дь, все это прикончил. Разбудил тебя, открыл тебе глаза на большой мир и напугал до смерти.

Боже.

Это было нехорошо. Он меня раскусил.

— Отпусти меня, — взмолилась я.

Его рука напряглась еще сильнее, а губы остались у моего уха.

— Ты высказывала свое отношение, взгляды, дорогая, такие хорошие. Так хорошо, что я подумал, что это и есть ты. Но это не ты. Не полностью вся ты. Я взял за руку девушку на вечеринке, которая смотрела на меня так, словно я был единственным мужчиной на планете, несмотря на то, что вокруг было море людей, ты взяла меня за руку с такой уверенностью, какой не существует в мире, и я решил, что сделаю все хорошо, и ты последовала за мной в мою постель. Ты облажалась, приняв неверное решение в пятницу вечером. Но я облажался, забыв об этой девушке.

Я закрыла глаза. Мне понравилось. Мне понравилось, что он вспомнил и тогда все заметил. И мне понравилось, что он признался, что облажался. Не думала, что он способен признаться в своих ошибках, мне понравилось.

О, черт.

— Пожалуйста, отпустите меня, — взмолилась я.

— В тебе столько всего, у меня никогда не было такой женщины, как ты, в которой было бы столько, отчего ты настоящая женщина. С каждым днем ты проявляешь все больше и больше себя, и для меня это сюрприз.

ОМойБог!

Если я не ошибаюсь, это был своего рода комплимент. Очень хороший.

Я открыла глаза со словами:

— Тэк…

— Изо дня в день ты сдираешь с меня все слои. Своими умными высказываниями, смешными и сладкими, будучи дикой в постели. Болтаешь с байкерами, будто они страховые брокеры. Держала мою девочку за руку, давая ей силы, когда ее мать вела себя как сука. Держала свой подбородок высоко, когда твои родственники неожиданно появились у тебя на пороге в самый разгар полномасштабной драмы. Но ты так чертовски уязвима, что до смерти боишься жить.

— Ты меня не знаешь, Тэк.

Он поднял голову и впился в меня взглядом.

— Я знаю тебя, Тайра.

— Нет.

— Жизнь — это американские горки. Лучшая чертова поездка на аттракционе. Ты не закрываешь глаза, держась за поручни, выжидая, когда все закончится, детка. Ты держишь глаза открытыми, поднимаешь руки вверх и наслаждаешься поездкой до тех пор, пока она не закончится.

Серьезно?!

Когда это он стал таким мудрым?

Он начинал выводить меня из себя главным образом потому, что в его словах была правда.

— Некоторые не любят американские горки, Тэк.

— Ты хочешь сказать, что ты их не любишь? — спросил он.

— Чертовски верно, — ответила я.

— Чушь собачья, — ответил он.

Я сверкнула глазами.

Он улыбнулся своей сексуальной улыбкой.

Я толкнула его руками, отчего мы оба качнулись на два дюйма, затем Тэк толкнулся вперед, поскольку он был сильнее, я оказалась не только прилепленной к нему, но и прилепленной к стене.

— Отпусти меня! — Рявкнула я.

— Нет, — он отрицательно покачал головой, все еще улыбаясь. — Ни хрена не выйдет. Я уже отпустил тебя один раз, больше такого не будет.

— Ты поступил так дважды, — напомнила я ему, и его брови взлетели вверх.

— Дважды?!

— После той первой ночи. Утром просто вышвырнул меня из своей постели.

Он снова ухмыльнулся, придурок!

— Посмотри-ка, как тебя это задело, — тихо заявил он.