Ночные тени (СИ) - Чернышова Оксана - Страница 13

— Это хорошо? — то, что он говорил о себе, как о теневой стороне нашего мира, меня почему-то не смутило.

— Не знаю, голубка моя, хорошо ли это для людей. Скорей всего, это первая весточка того, что тьма перестаёт бояться света.

— А ты к какой нечисти относишься? К вампирам?

— Да. Это тебя пугает?

— Нет, ты не страшный. Меня пугают ночные кошмары. Я не знаю, что могу им противопоставить. Они медленно, но верно сводят меня с ума. Иначе почему я так спокойно говорю с тобой о том, чего просто не может быть?

— Ты прелесть, малышка, поспи. Спи моя радость, усни.

Мои веки отяжелели и я заснула. Уютно устроившись на коленях у Петра.

Глава 13. Подарок

Янина

Проснулась от того, что меня целуют. Глаза, щёки, шею. Я успокоилась и перестала рыдать. Замечательное пробуждение после кошмара.

— Привет, — прошептала я тихо. — Я плакала во сне?

— Плакала. И ещё ты говорила, что не хочешь меня терять. Ты помнишь, что видела во сне?

— Пропасть и твои бездонные глаза, ты падал вниз. Туда, где шевелилась тьма. Я не хочу такого будущего ни для кого. Не хочу, — заплакала я, уткнувшись в мускулистую грудь.

— Всё будет хорошо, милая. Всё будет хорошо, — приговаривал Пётр, гладя меня по голове.

Как же хотелось ему верить. Пётр даже если и вампир, то гораздо человечнее, чем многие из людей.

— Хочешь, я отнесу тебя в ванную? Ты умоешься, а то у тебя нос красный и глаза опухшие. И ещё я попросил приготовить нам пиццу. Ты же её любишь? Там будет много сыра, зелени и мяса.

— Хочу кофе с шоколадкой, — сообщила я Петру чуть капризно.

— Хочешь? Значит, будет тебе и кофе, и шоколадка. А теперь иди, умойся.

Он выпустил меня из своих объятий, и я отправилась в ванную. Странно всё. Я вижу его второй раз, а как будто знаю его всю жизнь. За короткое время он уже столько успел сделать. Спас меня, видел голой, целовал, баюкал, лежал со мной на кровати. Я покраснела, всё так стремительно происходило. Включив холодную воду, умылась. Посмотрела на своё отражение. Под глазами круги, нос красный, ну красавица же, блин горелый. Выйдя из ванной, застала Петра с книгой в руках.

— А я знаю, что тебя развеселит.

— Что?

— Библиотека. У меня шикарная библиотека. Пошли?

Не могла отказать себе в этом удовольствии. Книги — моя страсть. Библиотека — рай для читоголика, как я себя называла. Конечно же, таких, как я, называют книголюбами или, если уж по научному, то библиофилами. Ну, что сказать, люблю читать, погружаясь в сказочные миры, которые создают писатели. Только вот ужастиков избегаю, своих по ночам хватает.

Обед нам принесли в библиотеку. Пётр съел кусочек пиццы, я же и не заметила, как умолотила всю остальную. Я увлеклась книгой и не поняла, что начало вечереть. Вздрогнула от волчьего воя.

— Волки?

— Оборотни, а вернее, оборотень.

— Ты его знаешь?

— Да, знаю, ты тоже его знаешь. Это Никита, твой друг детства.

— Шутишь? — оторопело спросила я, но по взгляду Петра поняла, что не шутит.

— Нисколько не шучу. Ты же видела и его, и меня в своих снах. И всё равно не веришь, — с утверждением сказал Петр.

— Ты прав, не верю. Вернее, хочу верить, но не могу. Вот скажи мне, если ты вампир, то как держишься? Неужели тебя не волнует моя кровь?

— Волнует, очень волнует. Меня волнует твой запах, твоё дыхание. Ты сама. Только я не рассматриваю тебя как гастрономическое лакомство. Ты для меня гораздо больше.

— Больше, чем бурдюк с кровью?

Пётр поморщился, как будто съел кислый лимон.

— Я утром звонил твоим соседям. Сообщил, что ты пришла в сознание, и что вечером тебя привезу. Ну, и ещё попросил покормить Ванильку.

Ванилька! Я ударила себя ладошкой по лбу. Пётр о нём помнил, а я напрочь забыла о своей котейке. Я плохая хозяйка. То лоток забыла, теперь и о коте забыла. А что будет дальше?

— Мне срочно нужно домой. Ты можешь вызвать такси? А то я не знаю твоего адреса. Да и телефон остался на озере.

— Зачем тебе такси? — удивился Петр.

— Как зачем? Мне домой нужно. У меня там животинка дома одна, и о ней некому позаботиться. Я его не оставляла одного так надолго. А ночью? Где он ночью был? Он кроме квартиры, ничего больше в своей жизни не видел. Ты такси вызовешь или я пешком пойду?

— Не понимаю, что за спешка? Но если хочешь, я тебя сам отвезу домой, на машине, — зачем-то пояснил Петр. — Пошли? Или всё же останешься на ужин?

— Нет, пошли, — я с сожалением окинула взглядом библиотеку. — Я хочу перечитать книгу, если не возражаешь, возьму с собой.

— Конечно, бери.

Я бережно прижала к груди книгу Вальтера Скотта «Квентин Дорвард». Люблю рыцарские романы.

На дорожке около дома, где был центральный вход, стояла двухдверная новенькая чёрная BMW. Да, круто я приеду, однако. Присвистнув, спросила:

— А поскромнее ничего не нашлось?

— Предпочитаешь мотоциклы с коляской?

— Откуда ты знаешь про коляску? Следил за мной?

В первый день прибытия в посёлок Никита встречал меня именно на таком мотоцикле. Пётр лишь, засмеявшись, открыл дверь. Сев в машину, осмотрелась. Роскошно, однако, живут предприниматели. О том, что предприниматель был вампиром, думать не хотелось. Пётр не собирался трогаться с места, он смотрел на меня. В его глазах было что-то непонятное для меня. Возможно, тревога?

— Что? Почему так смотришь на меня?

— Я хочу подарить тебе родовой кулон. Прими его, пожалуйста. Не отказывай мне в этой малости. Раньше он принадлежал моей сестре.

В его руке был кулон, мне вначале показалось, что это древняя грубо обработанная монета. Она была круглой. Посередине большая дырка, по краям на монете были выбиты символы.

— Что это? Что там написано?

— Это слово Бога. Кулон будет хранить тебя от любой потусторонней нечисти. От теней, вампиров, оборотней. Никто не сможет притронуться к тебе, если у него будет злой умысел. Свет их ослепит.

Кулон крепился на тонком, потемневшем от времени кожаном шнурке.

— Одень его сейчас и никогда не снимай. Даже если пойдёшь купаться, не снимай. Пусть он хранит тебя. Мне так будет спокойнее. Пожалуйста, Янина, не все вампиры, как я и Настасья. Мы скорей исключение, белые вороны в тёмном царстве.

— Хорошо, спасибо. Он, наверное, дорогой?

— Он дорог мне как память. Твоя жизнь бесценна. Вот что важно.

Пётр успокоился, когда увидел, что кулон покоится в ложбинке между моих грудей. Заведя мотор, тронулся с места, моментально набирая скорость. Как же быстро он ехал, и как быстро я приехала домой. Не хотелось расставаться с Петром. Но долг по имени Ванилька звал и напоминал о совести, которая благополучно продрыхла сутки.

— Мне пора.

— Угу, — лишь ответил Пётр, ему тоже не хотелось со мной расставаться.

— Ну, тогда я пошла?

— Можешь посидеть со мной немного в машине?

Пётр взял мою ладонь и поднёс к своим губам. По телу пробежал табун мурашек, который решил загнать бедного мамонта. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда он поцеловал меня в губы.

— Ты такая сладкая, девочка моя, — прошептал он тихо. — Такая бойкая, любопытная, живая. Не хочу отпускать тебя.

— Я тоже не хочу уходить, но нужно. Не могу оставить кота. Мне нужно идти.

— Хорошо, — в голосе Петра чувствовалась обречённость. Я обрекала его на одиночество. И от этого мне стало грустно.

— Думай обо мне Пётр, думай о проведённых со мной мгновеньях. И я буду думать о тебе, — я всё же решилась сказать это. Он подарил мне кулон своей сестры, а это означало, что я ему небезразлична.

— Я заеду за тобой завтра вечером в шесть часов? С меня ужин.

— Хорошо, буду ждать, — хотела сказать любимый, но поняла, что слишком рано для таких важных слов.

Протянула к его голове руку и погладила Петра по волосам. Всё. Если сейчас не уйду, то не смогу уйти вообще.