Закат Пятого Солнца (СИ) - Штаб Юрий - Страница 84

— Неужели ты остался один? — спросил Кортес. — Нам говорили, что у индейцев в плену два испанца.

— Да, там остался мой товарищ. Гонсало де Герреро. Храбрый, сильный, решительный. Судьба ему улыбнулась. Он стал среди дикарей важным человеком. Женился, у него появились дети. Я пришел к нему и сказал: «Пойдем к нашим братьям!». Но он не захотел. Он теперь совсем как индеец. Ритуальные шрамы украшают лицо. Нос и уши проколоты, длинные волосы заплетены в косы. У него татуировки. Гонсало даже речь родную уже не помнит. Мы говорили на индейском языке. Да он даже и не Гонсало больше. Он носит теперь имя, которое ему дали здесь. Он сказал: «Эта земля — моя родина!». Но он пожелал мне удачи и мы расстались друзьями.

Эта встреча стала настоящим везением и для экспедиции и для Херонимо де Агиляра. У Кортеса появился надежный переводчик, который хорошо знал индейцев, их обычаи и привычки. Пленник же, давно уже распрощавшийся с надеждой вернуться к своим товарищам, радовался как ребенок и постепенно учился вновь быть испанцем. После восьми лет невзгод он с трудом привыкал к европейской одежде и долго еще мешал слова двух языков. Но чем больше времени проходило, тем больше он осваивался. У Агиляра оказалась при себе книга, которую он хранил как самую драгоценную реликвию. Фернан как то проявил к ней любопытство. Херонимо достал книгу из сумки и торжественно развернул. Это был самый обычный молитвенник, но для бывшего пленника она не имела цены.

— Именно читая его, я умудрился не забыть испанский, — сказал Агиляр. — Мои товарищи умерли один за другим, а Гонсало де Герреро жил в добрых двух днях пути. Говорить было не с кем. Если бы не эта книга, то я давно стал бы настоящим индейцем.

Фернан задумчиво смотрел на пожелтевшие страницы. Удивителен Новый Свет! Как здесь все не похоже на Европу. Люди, их речь, традиции и религия. Погода, животные, растения… Даже вот этот человек. Он держит истрепанную, замусоленную книгу и смотрит на нее с благоговением, как на Святой Грааль. Для бывшего пленника она являлась единственной нитью, которая связывала его самого с Испанией. Фернан в очередной раз поблагодарил бога за то, что им с Себастьяном посчастливилось быстро вернуться на Кубу.

Ну а отряд Эрнана Кортеса уже на следующий день покинул остров Косумель. Двигались вдоль побережья Юкатана, по давно знакомому маршруту, известному благодаря прошлым экспедициям. В пути никаких происшествий не было. Генерал-капитан планировал сделать следующую остановку в устье реки Табаско. Грихальву местные жители встречали гостеприимно. Увы, запас их радушия, как оказалось, исчерпался. Когда корабли подошли к берегу, стало видно, что испанцев встречает огромная армия, которая не остановится ни перед чем, лишь бы не позволить чужакам высадиться.

5. Табаско

— Объясни им, что мы хотим лишь набрать воды и не имеем дурных намерений, — в очередной раз обратился Кортес к Агиляру. — Скажи также, что если не пойдут на уступки, то мы все равно высадимся силой. Тогда уж пускай пеняют на себя.

У конкистадоров был и другой переводчик — индеец, получивший имя Мельчиор. Захваченный в этих местах во время экспедиции Кордобы, он попал на Кубу и неплохо выучил испанский язык. Однако теперь, когда отряд спас Агиляра, ценность Мельчиора заметно упала.

— Ничего не понимаю, — озадаченно бормотал Альварадо. — Когда мы здесь высадились в прошлый раз, то туземцы встречали нас как самых дорогих гостей.

— Разве поймешь этих дикарей, — ответил другой капитан, Франсиско де Монтехо. — Может быть, жрецы какое-нибудь прорицание сделали. Или вождю плохой сон приснился.

— Скорее всего, дело в том, что в прошлый раз они не были готовы применить силу, — поделился своими соображениями Себастьян. — А вот теперь они о нашем прибытии знали заранее. Мы слишком задержались на Косумеле, уже весь Юкатан облетела весть о нашей экспедиции. Вот местные племена и подготовились. Подтянули войска.

Агиляр, битый час уже споривший с индейцами, которые подплыли на пироге, совсем сорвал голос.

— Угрожают всех перебить, если не уберемся, — уставшим голосом отчитался он.

— Готовьтесь к высадке, — коротко приказал генерал-капитан.

Совсем скоро лодки испанцев двинулись к берегу. Индейцы делом доказали серьезность своих намерений. Сотни стрел взмыли в воздух. Но конкистадоры, защищенные толстыми стеганками, прикрывая щитами себя и гребцов, упорно плыли вперед. Лишь изредка кто-то из них получал незначительное ранение в незащищенную часть тела. Пироги местных жителей постепенно отступали. Туземцы осторожничали. Похоже, рассчитывали на то, что чужаки не осмелятся на высадку, увидев, какая сила им противостоит.

Фернан выскочил из лодки. Справа и слева десятки его товарищей точно также прыгали в воду. Илистое дно тут же радостно обхватило стопы. Гонсалес, прикрывшись щитом, спешил поскорее добраться до берега. Идти было тяжело. Стрелы сыпались десятками. Вскоре стеганка оказалась буквально утыкана ими. Бредя по колено в воде, Фернан еле переставлял ноги. Тем больше он рвался вперед, чтобы на твердой земле наконец-то дать бой врагу. Когда в ход пойдут мечи и копья, преимущество индейцев в стрелковом оружии исчезнет.

Через какую-то минуту воины Кортеса выбрались на сушу. Враги нападали на них яростно, но бестолково. Против организованного строя испанской пехоты они не могли устоять. Вскоре местные жители оказались отброшены. Отступив в небольшой прибрежный городок, туземцы приготовились держать там оборону. Но их представление о тактике было весьма наивным. Генерал-капитан разделил солдат на два отряда. Пока один атаковал с одной стороны, другой обошел укрепления и обрушился с тыла. Индейцы не сумели оказать сопротивления и быстро покинули поселение. Так Эрнан Кортес отпраздновал первую победу в Новом Свете.

Об отдыхе мечтать не приходилось. Почти два десятка раненых требовали заботы. Местные жители потеряли примерно столько же убитыми. Еще трое оказались захвачены в плен.

— Педро, найди Мельчиора. Пускай объяснит этим упрямцам, что мы пришли с миром. И что нас невозможно победить силой оружия, — устало обратился Кортес к Альварадо. — Пускай пришлют послов для переговоров.

Педро ушел, но вернулся через несколько минут, пылая гневом.

— Мельчиор сбежал! — выпалил он. — В лагере его нет. Воспользовался суматохой во время высадки и поспешил вернуться к своим соплеменникам.

Кортес взвился как ужаленный. Он выскочил из хижины, приспособленной под лазарет, и замер под палящим солнцем. Глаза бессильно шарили по линии леса, видневшегося вдалеке. Посылать погоню? Но куда? Кто мог сказать, в какую сторону убежал индеец? А в зарослях сейчас тысячи местных жителей, которые только и ждут подходящего шанса, чтобы устроить западню. Это был тяжелый удар. После спасения Агиляра у них появился надежный переводчик, но Мельчиор знал об испанцах слишком много. Все их слабые стороны, и в первую очередь малочисленность очень скоро станут известны окрестным племенам.

В ближайшие два дня произошло еще несколько стычек. Индейцы неизменно терпели поражения, но упорно нападали вновь. Когда испанцы допросили попавших в плен, то худшие опасения подтвердились. Мельчиор вернулся к соотечественникам и настаивал, что нужно атаковать чужаков большими силами, так как их слишком мало и вскоре все они погибнут. Следовало готовиться к серьезному сражению.

Утром разведка сообщила, что к лагерю приближается огромная армия. Конкистадоры под командованием Диего де Ордаса двинулись навстречу. Каждый человек был на счету. В строй пришлось встать и раненым и нескольким страдающим от лихорадки. Накануне испанцы перевезли на берег лошадей. На кавалерию они возлагали большие надежды. Возглавил ее сам Эрнан Кортес. Также среди всадников оказались почти все капитаны: Педро де Альварадо, Алонсо де Пуэртокарреро, Кристобаль де Олид, Хуан Веласкес де Леон и другие.

Войско индейцев выглядело грозно. Тысячи местных жителей, облаченных в толстые стеганки, вооруженные копьями, топорами и луками, катились, подобно лавине, навстречу конкистадорам. Все окрестные поля оказались усеяны их солдатами. Фернан с тревогой огляделся по сторонам. Многим его братьям по оружию было не по себе. Маленький квадрат испанской пехоты индейцы могли смести первым же серьезным ударом. Задавить массой наступающей армии и сбросить обратно в море.