Закат Пятого Солнца (СИ) - Штаб Юрий - Страница 80

— Представляю, как взбесится Веласкес, когда узнает, что его плантация опустошена по приказу Кортеса и что сделано это руками Диего де Ордаса! — хохотал Альварадо.

— Наш генерал-капитан не лишен своеобразного чувства юмора, — признал Пуэртокарреро. — Но мы тем самым окончательно сжигаем все мосты. Вряд ли губернатор простит нас, сколь бы успешна не оказалась экспедиция.

— Если в тех краях действительно столько золота, сколько про то рассказывают, то мы возместим губернатору все убытки стократ, — откликнулся Альварадо. — Победителей не судят.

Однако в скором времени в Гавану прибыли курьеры, привезя распоряжение губернатора арестовать Эрнана Кортеса и задержать отплытие кораблей. Самому генерал-капитану об этом очень быстро стало известно, и он тут же взялся за решение этого вопроса.

На следующее утро Кортес, в окружении большого числе сторонников, предложил Педро Барбе, алькальду города, начать переговоры. Барба был уже немолод, но в отличие от Веласкеса, сохранил стройную фигуру. Он вел себя уверенно, хотя и понимал всю сложность своей миссии. В Гаване он номинально обладал полной властью, но в городе было мало воинов. Смешно думать, что столь скудными силами он сумеет пленить Кортеса. И все же он решительно начал разговор.

— Ваша милость, я получил извещение от правителя нашего острова, сеньора Диего Веласкеса де Куэльяра, в котором он требует остановить ваш поход.

— При всем моем уважении, отложить начало нашего плавания нельзя, — спокойно ответил Кортес. — Я действую исключительно по приказу самого губернатора, имеется подписанный им договор, в котором он назначил меня генерал-капитаном и отдал приказ отправляться на исследование новых земель.

Кортес умел сохранять любезный тон, даже если сам разговор грозил в любой момент сорваться с обрыва дружелюбия и перейти в обмен угрозами.

— У губернатора появились веские причины для того, чтобы отложить старт экспедиции.

— В контракте есть пункт, согласно которому я имею право принимать решения на свое усмотрение в случае непредвиденных обстоятельств. Диего Веласкесу многочисленные завистники внушили ложные опасения по поводу моей верности. Я склонен считать подобных злопыхателей как раз таким обстоятельством. Подготовка экспедиции потребовала немалых усилий и затрат. Остановить ее было бы глупо. Это вызовет неудовольствие солдат.

Педро Барба нахмурился. Получив приказ из Сантьяго, он сразу же мобилизовал свои силы, а теперь лихорадочно пытался понять, стоит ли пускать их в ход. Сумеет ли он арестовать мятежного генерал-капитана? В Гаване сейчас не наберется и двух сотен настоящих воинов, особенно после того, как глашатаи столь рьяно агитировали всех храбрецов присоединиться к новому походу. Если публично обнародовать волю губернатора, то многие ли захотят выполнить его приказ? Чью сторону примут подчиненные Кортеса? Решив пока повременить с силовыми методами, он продолжил беседу.

— Откровенным непослушанием вы лишь усугубляете свое положение. Я же обязан выполнять свой долг. Каким образом я, по-вашему, могу не исполнить приказ губернатора? — хмуро спросил он.

— Меня куда больше интересует, каким образом вы собираетесь этот приказ исполнить, — холодно ответил Кортес. — У меня под началом пятьсот отчаянных храбрецов, готовых преодолеть любые преграды. Вы, как правитель Гаваны, должны заботиться о безопасности своего города. Думаете, ваш долг в том, чтобы развязать здесь войну? Нас поддержала вся Куба. Купцы снабдили припасами, Грихальва отдал корабли, алькальд Тринидада подарил лошадей. Неужели вы уступите им в гостеприимстве?

— Я здесь всего лишь исполнитель воли Диего Веласкеса, — упорно повторил Педро Барба. — Что я смогу сказать ему в свое оправдание?

— Лучше всего правду, — доверительно сообщил Кортес. — У вас недостаточно сил, чтобы задержать наш отряд в Гаване. Заодно отправите ему и мое послание.

С этими словами генерал-капитан подал Барбе написанное накануне письмо. В нем Кортес сохранял свой привычный обходительный тон, но суть от этого не менялась. Он не собирался задерживаться на Кубе, рассыпался в уверениях, что все будет сделано в интересах короля и Испании, а также прощался.

Через несколько дней корабли покинули Гавану. У всех без исключения участников это вызвало неподдельную радость. Распрощавшись с Веласкесом еще в ноябре месяце, они лишь в феврале 1519 года действительно начали свой поход. Плыть решили к острову Косумель, отлично известному благодаря предыдущему плаванию. Туда же, после заготовки провизии, должен был направиться и Диего де Ордас.

— Не боитесь, что Ордас повернет свое судно обратно в сторону Сантьяго? — поинтересовался Фернан.

— Перед Диего сейчас стоит выбор, — пожал плечами Кортес. — Вернуться к Веласкесу или присоединиться к нам. Пускай решает сам. В случае, если он поплывет обратно в Сантьяго… Ну что же! Экспедиция лишится одного корабля. Это ощутимая потеря, но все же лучше, чем держать рядом предателя. Если Ордас все-таки отправится вслед за нами, то ему потом будет сложно объяснить губернатору, почему он сделал такой выбор. Надеюсь, Диего все же присоединится к нам. Со временем он сумеет понять, какому командиру стоит сохранять верность.

4. Первые дни на Косумеле

Остров Косумель испанцы нашли во время прошлой экспедиции. Он находился совсем недалеко от побережья Юкатана. Именно туда и держала путь эскадра. Первой шла быстроходная каравелла нетерпеливого Альварадо. Кортес сознательно уступил Педро право идти в разведку, понимая, что этот непоседливый человек просто взорвется от переизбытка энергии, если его чем-то не занять.

Остров был велик. Почти пятьдесят километров в длину и больше десяти в ширину, частично укрытый лесами, с песчаными пляжами. Для индейцев Косумель был еще важнее, чем для испанцев. Он считался священным местом. Сюда стекались тысячи местных жителей для паломничества. На побережье и в глубине стояли бесчисленные храмы.

Фернан смотрел за борт. Плавание проходило спокойно. Сейчас идея переплыть пролив, которую они когда-то планировали осуществить с Себастьяном, казалась весьма удачной. Спокойное море, чистое небо. Однако он понимал, что будь они в лодке, все выглядело бы совсем иначе. Волны, которые едва колебали корабль, пирогу бы захлестнули играючи. Да и плыть без паруса было бы крайне тяжело. Нет, все-таки хорошо, что им не пришлось добираться до Кубы на самой обычной лодке!

Конкистадоры явно повеселели. Старт экспедиции слишком долго откладывался. Всем не терпелось поскорее распрощаться с Кубой. Что двигало ими? Фернан слышал много разговоров. Кто-то мечтал окунуться в водоворот приключений. Другие горели жаждой наживы. Были и такие, которые в первую очередь говорили об искоренении языческих суеверий.

Флот прибыл на два дня позже, чем корабль Альварадо. Испанцы увидали, что Педро уже успел обосноваться здесь как дома. Прибрежная деревушка пустовала и кроме его солдат и парочки пленников, не было видно ни одного человека.

— Проклятье, Педро уже похозяйничал! — не сдержал негодования Кортес. — На два дня этого неугомонного безумца нельзя оставить без присмотра.

Альварадо же встречал их гостеприимно. Местные жители так спешно покинули свое селение, что почти все продукты остались в домах. И вот теперь золотоволосый Педро, лучась от радости, спешил угостить своих товарищей всем, что сумел там найти.

— Где индейцы?

Тон Кортеса не предвещал ничего хорошего.

— Разбежались, — беспечно ответил Альварадо. — Увидели наш корабль, подходящий к берегу, и тут же пустились наутек. Хоронятся в окрестных лесах. Тут рядом еще одна деревушка, тоже пустая. Но мука, лепешки, плоды, домашняя птица — все это осталось. В одном из храмов мы нашли несколько золотых безделушек. Короче говоря, добыча пока скудная.

— Командуйте общий сбор! — приказал Кортес капитанам.

Через несколько минут все пятьсот с лишним солдат стояли на берегу, щурясь от ослепительных солнечных лучей. Генерал-капитан начал свою речь: