Семь ключей от зазеркалья (СИ) - Куно Ольга - Страница 63

Стены затряслись, пол закачался подо мной, как если бы я стояла на палубе в сильный шторм. С потолка, ещё недавно так похожего на небо, полетели вниз всё более крупные камни. Тревожно зазвенели кристаллы, разбивались одна за другой стеклянные травинки. Верх и низ, право и лево слились в едином безумном круговороте.

Наступил момент, когда я не удержалась на ногах. Подняться уже не пыталась, лишь удобнее устроилась на усыпанной обломками земле, раскинув руки, и посмотрела прямо в небо, проливающееся каменным дождём. Хороший конец. Нескучный, в меру драматичный и своевременный. Такой, как хотела.

Я уже не обращала внимание на мелкие царапины, на струйки крови, питавшие пол, просто лежала и ждала Того, последнего, камня, который завершит моё существование. Вот-вот должно было исчезнуть с лица земли и Первозданное зеркало. Единственная ниточка, связывающая человечество с четвёртым уровнем глубин. Я успела подумать, что, кажется, этот момент настал, когда сознание покинуло меня.

И потому не увидела и не почувствовала, как принц Орвин дель Фронси, не имеющий магических способностей, промчался, прикрывая голову руками, под смертоносным дождём, подхватил меня на руки и, развернувшись, бросился обратно, к закрывающейся навеки двери в реальный мир.

Эпилог

— Итак, я надеюсь, все хорошо запомнили то, что мы сейчас обсудили.

Эдбальд обвёл присутствующих суровым взглядом. Известия о недавних событиях отразились на короле не лучшим образом: в движениях наблюдалась нервозность, на лбу пролегли новые морщины, а в волосах ощутимо прибавилось седины. Но это отнюдь не мешало ему строго контролировать как королевство, так и ход совещания.

Участвовали в последнем, кстати сказать, немногие. Помимо его величества и меня (приглашённую, полагаю, исключительно как свидетельницу случившегося в Золотом Святилище), в зале присутствовал вездесущий канцлер, двое министров и двое придворных магов: Флора как представитель стихийников и Шейд как специалист по отражениям. Слуги остались за дверьми, а звукоизоляция здесь, насколько мне известно, была отменная.

— Его высочество принц Ансель Эльмиррский, — Эдбальд говорил, будто вбивал молотком гвозди, — вступил в неравный бой с зеркальным магом и пал смертью храбрых, защищая свою страну.

Присутствующие склонили головы, я поступила так же. Репутация наследника — это в большой степени репутация государства. Я не дала бы Анселю спуску, пока он был жив, но сейчас, когда его не стало, и он никому уже не мог причинить вреда, пусть будет смерть храбрых. Мне не жалко.

— Декан факультета стихий… — продолжил было Эдбальд, и вот тут я вмешалась.

— …тоже геройски погиб в борьбе с Охотником, — закончила я за короля не менее веским тоном.

Монарх уставился на меня в высшей степени недовольно. Флора что-то шепнула на ухо Шейду, и в зале снова установилась гнетущая тишина.

— С какой ещё стати? — проворчал Эдбальд.

— Я настаиваю на этой формулировке, — ответила я, выдерживая его взгляд.

— Но это ложь, — заметил канцлер.

— Не большая, чем в случае с Ансельмом, — парировала я.

Упоминание о сыне вывело короля из себя, он поднялся на ноги и опёрся руками о край стола, буравя меня гневным взглядом. Всем остальным тоже пришлось встать, ибо недопустимо сидеть в присутствии стоящего монарха.

— Ансель не был государственным преступником, — процедил Эдбальд.

А я подумала, что дело вовсе не в этом. Собственно, утверждение короля даже не соответствовало действительности. Ансель пытался убить Орвина и Этнею, и, если первое ещё можно было отнести к сугубо уголовной сфере, последнее точно подпадало под понятие государственной измены. Суть протеста сводилась к тому, о чём не так давно говорил Кейл. Есть вещи, которые одним прощаются, а другим — нет, будь то при жизни или посмертно. В случае с принцем глаза прикроют на что угодно. То ли дело какой-то маг из института… Но я не готова была уступить.

— Этот мужлан злоумышлял против нас всех, — продолжал король. — Против государства, а, вероятно, и против целого мира.

— По причинам, которые я здесь озвучила, — не моргнув глазом, напомнила я. — Вы ведь не хотите, чтобы и они стали достоянием гласности? Угроза предотвращена, и, как вам известно, я принимала в этой операции непосредственное участие. Но самое меньшее, что мы можем сделать, восстанавливая справедливость, — это оставить за Кейлом Грантом его доброе имя. В противном случае я лично распространю информацию о том, как всё происходило на самом деле.

Мы с королём стояли друг против друга примерно в одинаковых позах, а остальные члены совета, полагаю, гадали, какой именно казни я буду подвергнута в самое ближайшее время.

— Ты понимаешь, что можешь не выйти из этого зала? — подтвердил предположения присутствующих Эдбальд.

— Понимаю, — кивнула я. — Но, думаете, это поможет? Кроме меня, есть и другие свидетели всего, что случилось.

— Какие ещё свидетели? — без особого доверия спросил монарх.

Конечно, ведь перед ним на столе лежал подробнейший доклад, в котором были перечислены все действующие лица.

— Ваши дети. Полагаете, если я не покину стен дворца, они станут молчать?

Он продолжал буравить меня взглядом, должно быть, минуты две. Тишина стояла такая, что ей мог бы позавидовать даже четвёртый уровень зеркальных глубин. Я успела мысленно прикинуть, все ли дела завершила и не следовало ли заблаговременно написать завещание. По всему выходило, что беспокоиться не о чем. Распоряжения касательно дома оставлены, Хаш сумеет сам о себе позаботиться, ректор Крофт погорюет, но найдёт студентам другого учителя, а ключ… Ключа, как и Первозданного зеркала, больше нет.

— Сядь, — наконец обрывая тишину, проворчал Эдбальд. — Все садитесь!

И подал нам пример, сообразив, что в противном случае его приказ останется невыполненным.

— Принимается. — Он повернулся к канцлеру, тот покладисто кивнул. — Декан факультета стихий тоже погиб в неравной борьбе с преступным магом. Магистру Йоланде Блэр за проявленный героизм выделяется награда…в форме благодарности, — заключил он с нескрываемой издёвкой. — Годится?

В глазах его читалась гарантия, что больше ничего я не получу: ни кругленькую сумму, ни домик с садиком. Маленькая королевская месть. Я с трудом сдержала улыбку.

— Разумеется, ваше величество.

— Вот и хорошо, — буркнул он. — Теперь возвращаемся к другим вопросам. Надеюсь, договорённости касательно твоей должности на ближайшие годы мы достигли?

— Да, ваше величество. — Не так чтобы наш уговор приводил меня в восторг, но согласие дано и отступать не годится. — Я возьму на себя обязанности главного придворного мага до тех пор, пока принц Орвин не пройдёт должное обучение. Правда, я давно не служила во дворце, но, надеюсь, коллеги мне помогут.

Я улыбнулась Флоре и Морвейну, и, кажется, получила в ответ искренние улыбки. Борьба за власть никак не входила в мои планы, и это стоило продемонстрировать.

— Хоть одно решение принято без разногласий, — проворчал король. — Шейд, уже известно, сколько лет потребуется принцу?

— Трудно сказать с уверенностью, ваше величество, — проговорил маг. — Случай уникальный. Чтобы человек без каких-либо предпосылок внезапно прошёл сразу на четвёртый уровень…

— Предпосылки, строго говоря, были, — вмешалась я. — Всё-таки среди предков Орвина встречались зеркальщики, да и интерес к этой сфере он проявлял. Но всё равно я согласна с коллегой: случай действительно небывалый.

— Профессор Джейкоб, декан факультета зеркальных глубин, согласился лично заниматься с его высочеством по специально составленной для такого случая программе, — добавила Флора. — Насколько мне известно, их первая беседа должна была состояться непосредственно сегодня.

— Он хороший специалист? — дотошно спросил Эдбальд.

— Глава своего факультета.