Король-поэт (ЛП) - Мьер Илана С. - Страница 36

Лин Амаристот коснулась губами его лба. Встала. Рианна смотрела с порога, а Лин сняла черный плащ с себя и укрыла им тело. Она подняла руки и тихо запела.

Рианна дрожала. Она хотела спросить, зачем было накрывать его и петь, но не могла говорить. Рукава Лин съехали, стало видно руки с золотыми венами.

Сим Олейр робко прошел мимо Рианны встал рядом с койкой. Рианна забыла о нем. Золотой свет от Лин озарил его черты, он смотрел на нее.

Лин опустила руки и утихла, и Сим сказал:

— Ни песен, ни любви, ни жизни.

Придворная поэтесса опустила ладонь на его плечо.

— Так кажется, — она посмотрела на Рианну. Ее глаза казались темнее, как пещеры с искрой жизни в них. — В пути со мной кое-что произошло, — сказала она. — Я еще не уверена, что. Но я знаю, что ощущаю… некую связь… с мертвыми. Думаю, я могу остановить гниение тела. Пока мы не упокоим его, похоронив. Мы вернемся за ним, Рианна. Когда это кончится.

Рианна подняла упрямо голову. Она злилась.

— Если сможем.

Лин развела руками, и этот жест казался Рианне восточным и уклончивым.

— Да.

Напоминание о Кахиши еще сильнее разозлило Рианну. Но она знала, что это было. Защита, чтобы не сломаться. Она злилась из-за того, что Придворная поэтесса не могла оживлять мертвых, хоть у нее и было много чар.

Рианна молчала, взяла Сима за руку, чтобы он пошел.

Они вышли из комнаты. Какое-то время они тихо шли по коридору, который вел к лестнице.

За ночи в замке Рианна еще не видела его таким тихим. Снаружи не было криков птиц, не было ветра за окнами.

Они приблизились к лестнице, Сим заговорил. Его голос стал скулением:

— Ты обещала варенье из ежевики.

Лин посмотрела на Рианну, приподняв бровь. Рианна пожала плечами.

— Так и было.

— Тогда идемте.

* * *

Кухня была темной и холодной, огонь в камине не горел. Рианна стала разводить его, Лин зажигала свечи. Вскоре огонь загорелся, и женщины грели руки. Они не говорили. Волосы Рианны были как штора между ней и Придворной поэтессой. Она ощущала себя далеко от всего, погрузилась в меланхолию и не хотела говорить.

— Варенье, — попросил Сим.

— Точно, — Рианна отвернулась от огня и стала открывать шкафы. Она нашла банки варенья на одной полке, печенье на другой. Она принесла это и тарелки на стол.

Сим с радостным воплем схватил печенье, стал открывать банки варенья и нюхать, чтобы отыскать ежевику. Женщины сели напротив друг друга за стол и смотрели какое-то время. Огонь шипел, как гадюка. Свет плясал на полу и лице Лин. Рианна отвела взгляд на окно. Там была только тьма и точки отражающихся свечей, иней покрывал стекло.

— Тебе нужно поесть, — сказала Лин.

Рианна пожала плечами.

— Возможно.

— Ты злишься на меня, — Рианна открыла рот, но Лин подняла руку. — Ты имеешь право. Я послала его в опасность. И ты. Не представляю, что ты пережила.

Рианна не могла это терпеть. Она боялась, что заплачет.

— Я сделала выбор, — резко сказала она. — Не из-за тебя. Я хотела… — она замолчала. Чего она хотела? Она подумала о лете, об осени… о другом времени. Расчесывать волосы принцессы, видеть красно-желтые деревья из окна. Она представляла, как разберется с опасным королем с доступом к магии. Добьется чего-то сама. — Я думала, что пригожусь.

— И ты пригодилась, — сказала Лин. — Нашла Сима. Такого.

Юноша — он напоминал ребенка сейчас — был с вареньем на лице. Он смотрел на печенье, словно это был центр его мира. Он выглядел счастливо.

Рианна сказала:

— Ты знаешь, что с ним сделали?

Лин отвела взгляд.

— Я ощущаю. Жестокие чары. Я знала того, в ком Ифрит был последним. Он принял бремя на себя. То, что сделал с этим мальчиком Элиссан… это немыслимо.

— Я думала, это пропадет, когда Элиссан умрет.

— Но не пропало. И я не могу снять чары. Я не знаю, кто может. Мужчина, который когда-то хранил Ифрита… мертв. И мы потеряли Валанира, — Лин посмотрела на Рианну, помрачнела. — Больше не к кому обратиться. Мне придется разбираться самой. И виновата буду я, если что-то пойдет не так.

— Мы не знали риск, — сказала Рианна. Она не хотела думать о той ночи, о пытках Марлена, и как король тихо прошел в ее комнату. Слова Марлена «Он очень сильный, Рианна». — Никто не знал. Даже Элиссан не знал, с чем имел дело. Он думал, что будет королем, а его готовили, как добычу.

— Это не все, — сказала Лин. — Чары, которыми он устроил войну, захватил Тамриллин… Он не подумал о цене. О границах нашего мира и Иного. Он ослабил их своими поступками.

— И впустил эту Белую королеву, — сказала Рианна. — Ты знаешь что-то о ней?

— Я знаю лишь, что каждый раз, когда я пыталась потянуться мыслями, я сталкивалась с ней, — сказала Лин. — Знаю, если бы она ощутила меня, она бы легко раздавила меня. Как муравья. И я оставалась в тени, искала вход. Это не помогало вам.

— Теперь ты тут, — сказала Рианна. — Что будешь делать?

Лин покачала головой.

— Пока не знаю. Но когда меня спасли от смерти… долгая история… мне сказали, что это чтобы прогнать тень, — она подвинула рукав и посмотрела на золотые вены на руке. — Наверное, я тут, живая, чтобы исполнить эту роль. Или попытаться.

Огонь шептал им.

— Думаю, я тебе завидую, — сказала Рианна. — У тебя есть цель.

— Я ничего не смогла бы сделать без тебя, — сказала Лин. — Или Марлена.

Она покачала головой. А потом вдруг улыбнулась.

— Я порой так злилась на Валанира, — сказала она. — Теперь я его понимаю. Жаль, не могу ему это сказать.

* * *

Они прошли в комнату Рианны и заперлись там. Огонь угас и там, и комнату согреть удалось не сразу. Рианна устроила кровать для Сима — перину, которую принесла из другой комнаты и уложила на полу. Он снял наряд шута и сжался в комок, все еще слизывая варенье с пальцев. Рианна опустилась на пол, укрыла его одеялом. Он сжал край одеяла и закрыл глаза. Он быстро уснул с раскрытым ртом. Он громко дышал.

Рианна посмотрела на наблюдающую Лин.

— Давно я не думала о роли матери, — сказала Рианна. — Порой кажется сном, что я рожала.

— Ты давно ее не видела, — сказала Лин с грустью. — Я скучала по тебе. Когда я была… занята своей работой. А ты своей.

Рианна прищурилась. Она сидела на ковре у перины. Но она сменила окровавленное золотое платье на серое. Золотое платье было не просто грязным. Его нужно было сжечь.

— Это было твоей работой? — сказала она.

Лин посмотрела на свои колени. Она сидела на стуле с высокой спинкой у огня.

— Я скрывала это. Даже от Неда. Я узнала, что умирала.

Рианна вздрогнула.

— Что?

— Но уже нет, — сказала Лин. — Та же магия, которая чуть не убила меня и оставила след… она и спасла меня.

— То кольцо, — Рианна заметила уже несколько раз черный опал на правой руке Лин. Она еще не видела такой переливающийся красками камень. — Это как-то связано? — от кивка Лин Рианна поджала губы. Она напряженно сказала. — Ты знаешь, что я делала? Почему была в том зале и с бриллиантовым ожерельем?

Если она думала смутить Придворную поэтессу, то не вышло. Взгляд Лин был ровным.

— Ты прошла ритуал огня, как я, — сказала она. — И забрала того, о чьей ценности мы только начинаем догадываться, — она посмотрела на спящего Сима Олейра.

Враждебность в Рианне вдруг угасла. Она посмотрела на юношу. Поражалась тому, что скрывал его хрупкий вид.

— Ты должна кое-что знать, — сказала Рианна. — Белая королева сказала, что тренировала Избранных для боя. И она назвала их бессмертными.

Лицо Лин не изменилось.

— Похоже, придется проверять, что значат эти слова, — сказала она.

Рианна обняла себя, чтобы согреться.

— Я знаю, что это значит.

— Да, — Лин была спокойна. — Их нельзя убить.

ГЛАВА 17

Намир Хазан всегда запомнит вечер, когда ее вызвали в палатку короля Элдакара в начале зимы по разным причинам. Это было срочно, юный страж вызвал ее, запинаясь. Намир, казалось, слышала в его голосе страх. Может, она плохо соображала. Она всегда боялась насчет Элдакара. Он выглядел хрупким, когда горбился над картами. Он нес боль.