Король-поэт (ЛП) - Мьер Илана С. - Страница 32

— Белая королева, — он поднялся с трона и поклонился. — Твое присутствие — честь для меня.

Она рассмеялась звоном битого стекла.

— Ты меня вызвал, — сказала она. — Так что это честь для меня, — она протянула руки и повернула ладони вместе.

Голова Элиссана пропала. Кровь вырвалась из его плеч. Крики заполнили зал.

— Смерть без боли — самая большая награда для смертного, — сказала женщина. — И я даровала ее, маленький поэт. Хорошо, что ты призвал меня в свое королевство. Так будет веселее.

Рианна раскачивалась. Она вспомнила лишь одно. Сендара. Девушка кричала неподалеку. Рианна сжала ее плечо.

— Тише, — хрипло сказала она. Сендара ее не видела, ничего не видела. Ее глаза глядели, она дрожала. Рианна заметила священника, прячущегося за стулом. — Ты, — прошипела она. — Веди принцессу в Собор. Живо, — она повернулась к хаосу в комнате. Она не знала, что делать, но одной тревогой стало меньше. Она скрылась за колонной.

Избранные собрались перед женщиной в белом. Больше приходило из других частей замка к их товарищам. Она думала, что они нападут. Они старались защитить Элиссана.

Они собрались перед троном. Женщина смотрела, как они приходили. Их движения были без эмоций, лица — пустыми. Они медленно собрались перед ней, как муравьи на мед. А потом они опустились на колени. Лбы коснулись пола.

— Встаньте, мои бессмертные, — сказала женщина. Она смотрела на них почти тепло. Изящно улыбалась. — Я долго вас учила служить мне. Ночами забирала вас себе. И теперь нам нужно многое сделать, — юноши встали. Никто не смотрел на труп на тропе, кровь текла по ступеням.

Она сказала, все еще улыбаясь:

— Пора воевать.

ГЛАВА 14

В сумерках Алейра Сюзен спустилась с дозорной вышки. На земле она пошатнулась и чуть не упала. Намир была в дозоре внизу и подошла к ней.

— Все хорошо, маг?

Ее лицо было белым.

— Это случилось. Как и показывали знаки. Но ощутить и увидеть… — Алейра снова споткнулась. Намир поймала ее руку. Маг выдавила улыбку. — Ты подумаешь, что я пьяна, — сказала она. — Но нет, я смотрела на звезды. Но в этот раз… мне нужно к Элдакару.

* * *

Джулиен Имара закрыла глаза, чтобы не видеть яркую картинку перед ней.

— Ты. Силы. Что бы то ни было, — она поняла, что не знала, к кому обращаться. Она думала, что это был ветер, но все явно было сложнее. — Я не сделаю этого. Слышишь? Пусть судьба идет своим чередом.

«Я буду свободна», — сказала она себе с дикой надеждой.

Ответа не было. Она открыла глаза и повернулась к Марлену Хамбрелэю.

— Надеюсь, сработало.

— Да, — он махнул рукой. Картинка Сендары и Этерелла пропала. Они с Марленом стояли в коридоре из камня.

— Так эти… силы, — сказала Джулиен. — Они хорошие в чем-то. Послали проводника, который убедил меня поступить правильно, — это утешало.

Марлен пожал плечами.

— Я тебя не убеждал, — сказал он. — Если бы ты решила иначе… мое присутствие помогло бы и там. Я не могу тебя судить, я сам так сделал.

Это не так утешало.

— Я не подумала об этом.

— Все в Ином мире обоюдоострое, — сказал он. — Кто мы, что решаем, влияет на то, хорошо это кончится или плохо. Мне так кажется. Хотя я не так давно мертв.

— Мне жаль, что ты мертв, — сказала она. Он рассмеялся. Она покраснела, ее слова были глупыми.

— И мне, — сказал он. — У меня еще были дела. И хотя бы один человек заботился обо мне. Но этого было мало. Я не получил даже этого. И я не сделал ничего, чтобы заслужить это. Это был подарок.

Джулиен прижала лиру к себе. Неожиданные подарки. Даже если она будет одна всю жизнь, она была Пророком. И с такой лирой. Это что-то значило? Даже если никто не будет заботиться о ней.

— Что теперь? — сказала она. — Мне нужно остановить коронацию.

Марлен покачал головой.

— Это невозможно. Ничто не могло это остановить.

Джулиен недовольно посмотрела на него.

— То есть, это случилось.

— О, да, — сказал он. — И если тебе не нравится, подумай, как чувствую себя я. Я отдал жизнь ради невозможного. Остановить то, что было предначертано. Марилла злилась бы.

Он покачал с горечью головой. Посмотрел на Джулиен.

— Но ты — Пророк в центре Острова-лабиринта. В этом сила. И я должен тебя оставить.

— Стой, — сказала она. — Ты можешь… сказать что-то еще? Что-то полезное?

Он рассмеялся.

— Миру плохо, раз юные просят у меня совета. Нет, Джулиен. Я не мудр. Я просто получил второй шанс, — он окинул ее взглядом, и она покраснела. — Милое платье. Тебе идет. Что ж, удачи.

Он ушел, она не успела ни попрощаться, ни поблагодарить. Но он помог, что бы ни говорил. Он показал, что быть чьей-то тенью — не судьба, а выбор.

Было поздно говорить ему это.

Марлен Хамбрелэй ушел. Последний из трех в той балладе потерян с остальными. Лиса, гончая, змея. Та история подошла к концу.

Было больно получать его помощь через смерть.

И она была одна в каменном коридоре в сердце острова. Джулиен Имара, которая привыкла быть одна, никогда еще не ощущала себя так одиноко. Но метка Пророка озаряла путь, и у нее была лира. Это было ее. Несмотря ни на что.

Это помогало ей двигаться вперед в неизвестную тьму.

* * *

Рианна ползла на коленях. Белая королева говорила с Избранными тихим музыкальным голосом, но Рианна не могла сосредоточиться, она старалась скрыться. Она проползла к колонне, дождалась, пока королева отведет взгляд. Поползла к другой колонне. Она не знала, было ли женщине дело до нее, может, та посчитает Рианну мухой. Но она могла решить, что и голове Рианны нужно взорваться. Ради веселья.

Она не сможет этого забыть. Никогда.

Рианна добралась до последней колонны, как раз у выхода в коридор, и перевела дыхание. Сердце оглушительно билось. Кровь шумела.

Красная кровь.

Женщина говорила.

— Отбываем в полночь, — сказала она. — Знаю, вы, милые смертные, любите править из таких домов, но я не буду себя закрывать. Не в этой лачуге. Мы пойдем к дороге и соберем людей. Убедим, кого сможем, — она рассмеялась, звук снова был разбитым, но и странно красивым.

Рианна выползла в коридор. Она встала с трудом — от времени на коленях ноги свело. Ее юбка была в крови и грязи. Но она не могла терять время. У нее была идея. И для проверки теории идти было недалеко.

Иначе, если она ошибется, нужно было бежать как можно дальше до полуночи.

Или она могла поискать Марлена, попробовать сделать это. Взять его за руку еще раз, попрощаться. Она не знала, был ли в этом смысл, если она хотела спасти семью. Никто не направлял ее в таких делах, хоть она и представляла, что рука матери подталкивала ее. Это было лишь ее выдумкой.

У нее не было проводника. Не было уверенности, что она поступала правильно. У нее был гнев, и все. Только это.

Она угадала. Сим Олейр был там, где она и надеялась — грыз печенье в заброшенном буфете. Сим не стал бежать, как остальные в замке. Конечно, он пошел за едой. Хорошо, что он был предсказуемым. Она подобралась к нему.

— Сим, — прошептала она.

Он посмотрел на нее.

— Миледи.

— Ты был прав, — сказала она. — Белая королева пришла.

— Да, — сказал он, хотя вряд ли понимал. — Отец получил награду. А я голоден.

— Награду… — она покачала головой. Разум юноши был темным. — Сим, нам нужно вниз. Прошу.

Он поднял печенье, которое ел.

— Когда я закончу.

Она выхватила у него печенье и бросила на пол. Он смотрел на нее с ужасом, словно она убила кого-то.

Она издала нетерпеливый звук.

— Отведи меня вниз, и я дам тебе три таких печенья. И варенье.

Его ужас сменился задумчивостью.

— Варенье, — он посмотрел на нее. — Я хочу из ежевики.

— Хорошо, — она взяла его за руку. — Белая королева убьет нас, если найдет. Ты этого хочешь? Вряд ли. Мертвые варенье не едят. Идем, — она тянула его к лестнице. Он пошел сам, но с тоской взглянул на буфет.