Сапфир. Сердце зверя (СИ) - Синякова Елена "(Blue_Eyes_Witch)" - Страница 80

Уран был чертовски красив, той неповторимой варварской красотой, неотесанной мощью и уверенностью в каждом своем движении, что бывает только у истинных Берсерков!

Она устрашала и завораживала, поэтому даже Звезда в какой-то момент остановилась и замерла, глядя на мужчину, который приблизился к нашим Берам почти вплотную, рассматривая их своими жуткими глазами, словно сканируя.

Уран был воистину холодным, как и планета, в честь которой он был назван.

Его взгляд пробирал до дрожи, от которой становилось холодно и жутко, даже посреди летней ночи.

- Не трогай их, ты еще с нами не закончил, -  за его спиной появился Марс, у которого было окровавлено лицо, однако взгляд оставался все таким же ясным и взволнованным, будто он не держал обиды на брата за то, что тот сотворил с ним.

- Брат, приди в себя! -  тут же оказался рядом и Плутон, который прихрамывал, но в целом выглядел молодцом.

Почему-то страшно было даже представить отчего Уран был «не в себе», когда ноздри мужчины вдруг затрепетали, а зрачок сузился настолько, что казалось, его вовсе не было внутри глаза оттого, что он приблизился к готовому ко всему Сапфиру, зарычав:

- Ты тоже лабораторный?!

От этого «тоже» сердце сжалось и мир замер в полном шоке, когда распахнулись глаза даже у Карата, который явно не ожидал услышать ничего подобного, но Сапфир кивнул в ответ, вглядываясь в жуткие глаза Урана, словно в них невозможно было увидеть блеска души и крупиц памяти:

- Да, и этим утром должен вернуться в лабораторию снова, чтобы остались живы те, кто все еще там.

Уран моргнул тяжело и медленно, словно его сознание начинало проясняться, и он приходил в себя, если так можно было сказать.

Я видела, как Марс и Плутон стояли за плечами Урана все такие же напряженные и готовые к любому выпаду их брата, который окажется смертельным без вариантов, но что-то в их глазах изменилось и взгляды потеплели, даже если они не могли до конца поверить в то, что его удалось сбить с пути смерти так быстро, пока сам Ран рассматривал Сапфира и шрамы на его торсе, которые очевидно и стали тем самым отправным пунктом проблеска сознания в холодном мире без эмоций.

- Зачем вы пришли? -  когда Уран выдохнул, мне показалось, что изменился даже его голос, и Плут криво улыбнулся, стирая пальцами кровь с губ, чтобы уже безбоязненно положить руку на широкое плечо своего брата, сжимая его. -  Я же говорил, что это будет плохой идеей.

- Ну все оказалось не настолько страшным, как мы предполагали, - хмыкнул Плут и его лукавые глаза задиры и обаятельного нахала снова загорелись этим огоньком озорства, даже когда Уран хмуро оглянулся на него. -  Ладно. Это было страшно. Гораздо хуже, чем мы думали! Но я рад, что ты пришел в себя до того, как снова убил кого-нибудь.

Я тяжело сглотнула, уставившись на троицу этих странных ребят, которые были сильнее даже Сапфира и Карата, пока смутно представляя, что именно происходило с Ураном, если он мог кинуться даже на собственных братьев в приступе какого-то жуткого беспамятства…и я боялась, что это было результатом его нахождения в лаборатории. Тоже.

- Привезли еще одного человека на хранение? -  сухо и хмуро поинтересовался Уран, кивая на меня, но не пытаясь даже посмотреть в мою сторону. Впрочем, и без его взгляда мне уже было жутко, и я с радостью вцепилась в руку моего Сапфира, когда он тут же оказался рядом со мной, чтобы спрятать за своей спиной.

- Еще одного? – нахмурился Карат, должно быть, впервые не понимая о ком именно шла речь, но и мои глаза распахнулись и волосы встали дыбом, когда я услышала короткий и емкий ответ Марса:

- Здесь Грант.

- Он…в порядке?.. -  прошептала я едва слышно, но очень сомневаясь в подобном, после увиденного только что, потому что если Уран так дико кидался даже на собственных братьев, то что уж говорить про простых смертных, вроде меня и Гранта, сломать которых не составит ни труда, ни особого удовольствия.

- Только Уран смог бы защитить его, - хмуро отозвался Марс, видимо очень оскорбившись тем, о чем я думала сейчас и кивая куда-то еще дальше в поле, где, очевидно было место обитания Урана. -  Он в доме. Мы можем пройти?..

Но даже если Ран теперь не кидался ни на кого и не пытался убить, а в его взгляде появилась осознанность, глаза все равно не стали и капельку добрее или мягче, отражая солнце в бесконечных просторах колючего льда при - 220 градусов по Цельсию, где просто не выживет ни одно существо.

- Входите раз пришли, - буркнул недовольно мужчина, разворачиваясь и зашагав вперед, не пытаясь даже обернуться. Впрочем, с его реакцией едва ли это ему было нужно!

Я бы меньше всего хотела оказаться в стенах его дома, потому что там было страшнее, чем в логове серийного маньяка, но когда за ним пошел Марс, а потом Карат и Звезда, у меня просто не осталось выбора, как шагать смиренно за Сапфиром и остальными.

Замыкал нашу процессию Плутон, который из всех был в самом прекрасном расположении духа и кажется был готов просто станцевать ламбаду, если бы заиграла музыка. И если я и могла разделить его восторг, то только в части того, что Грант был жив и я смогу снова увидеть его!

Когда показался дом, я бы едва смогла назвать его жилым, потому что со стороны он выглядел как совершенно заброшенная лачуга, заросшая пылью, паутиной и явно не пригодная для жизни. Нормальной жизни.

К моему ужасу внутри дом выглядел так же плачевно, как и снаружи. Если здесь и была какая-то мебель, то старинная, и изодранная, при чем, крайне скромный минимум из пары стульев, одного дивана, отжившего свой век еще как лет тридцать назад, и одного еле работающего холодильника, чье жужжание разносилось по всему дому.

- Он наверху, -  коротко буркнул мне Марс, кивая на лестницу, что вела на второй этаж, куда я и кинулась под недовольный взгляд Сапфира, который однако в этот раз не только промолчал, но даже не пошел за мной, на что я мельком подумала, что возможно, зверям нужно побыть без меня, чтобы решить какие-то вопросы, связанные с лабораторией и утренним походом до нее.

Я же старалась не думать об этом, забегая на второй этаж и в первую секунду растерявшись, потому что несмотря на миниатюрность дома и его компактность, комнат здесь оказалось ровно четыре. И снова я доверилась своему внутреннему голосу, когда осторожно прошла до самой последней двери, удивившись тому, что она не была запертой, и заглядывая внутрь, уже заранее зная, что не ошиблась.

Грант действительно был здесь. Целый и невредимый, только еще более бледный, чем обычно и погруженный в себя настолько, что не сразу обратил внимания на то, что теперь он не один в комнате.

Меня накрыло такой волной облегчения, что слезы выступили на глазах и сердце задохнулось сначала замерев, а затем заколотившись, когда я кинулась к мужчине в порыве счастья, чтобы крепко обнять, и уже упала перед ни на колени для этого, когда увидела, как он вздрогнул и отпрянул назад, напоминая мне об особенностях своего поведения и том, что он категорически не любит телесный контакт.

Я так и застыла с вытянутыми руками на пару секунд, глотая слезы и просто широко улыбнувшись тому, кто был так дорог моему сердцу, выдохнув:

- Я так рада, что с тобой все хорошо, Грант!

Он быстро кивнул мне в ответ, снова не глядя в глаза и казалось рассматривая углы в комнате.

Спросить его о том, в порядке ли он сам я не решилась, потому что видела, что не в порядке.

И дело было не в том, что его не трогали физически, не били и не пытали в поисках новых сведений о лаборатории, которые Грант наверняка знал в избытке. Дело было в его хрупком душевном равновесии, которое было не просто разбито на части, а буквально испепелено в мелкую крошку. Блуждающий взгляд, темные круги под глазами и сама поза, Грант сидел, забившись в угол и обхватив себя руками за плечи, уже говорили сами за себя.

-…здесь пахнет кровью?

Я испуганно заморгала, первым делом быстро осмотрев самого Гранта, чтобы убедиться еще раз, что с ним ничего не делали и не причинили вреда, а затем и пыльную совершенно пустую комнату, наконец покачав головой в желании снова попытаться обнять мужчину, даже если понимала, что мои прикосновения сейчас для него будут подобны ядерному взрыву.