Линии на руке 2 (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 13

— Сколько всего человек в группе? — спросил я.

— Теперь восемь, — улыбнулся рейдер, закрывая дверь дома.

Не сказать, что разговор с Ушаковым оставил мне одни положительные впечатления, однако и какого-либо отторжения я не чувствовал. Мужчина по ощущениям придерживался каких-то непонятных жизненных принципов, но угрозой от него не веяло.

— Странный дед, — сказала Маша, когда мы остались вдвоем.

— Ему лет сорок, какой, нафиг, дед? Слушай, ответь на один вопрос, зачем ты его подначивала? Нам с этим типом, если что, предстоит в рейд идти.

— Да понимаю, — скривилась девушка, — просто он мне напомнил… одного человека. Короче, не люблю я, когда меня начинают жизни учить, а этот давай втирать про безопасную работу и прочее. Еще бы сказал, что место женщины на кухне.

— Тяжелое детство?

— Нормальное! — огрызнулась Маша, показывая, что эта тема ей неприятна.

— Ну, нормальное, так нормальное, — кивнул я, отвернувшись от девушки. Не хочет разговаривать — не надо. У каждого из нас, уверен, найдутся скелеты в шкафу, о которых неприятно вспоминать.

Остаток дня мы потратили на подготовку к предстоящей вылазке за стену. Прогулялись по магазинам, купили необходимое снаряжение и холодное оружие. Конечно же, на кристаллические клинки нам денег не хватило, но обычные железяки стоили не так дорого. Я обзавелся достаточно легким, но прочным копьем, а Маша, ожидаемо схватила мачете. К нему она привыкла еще в деревне и менять на что-то другое не хотела.

Помимо этого, мы все-таки прикупили по арбалету. В оружейном магазине нам на выбор выкатили целый набор этих смертоносных игрушек, но некоторые я не мог долго удерживать на весу, другие стоили просто конских денег, а те, что подешевле выглядели как неумелая поделка пьяного плотника. В конце концов, я отдал пятьсот монет за относительно компактный экземпляр, выполненный из дерева и стали, плюс еще сотню за комплект болтов к нему. Маша прикупила себе похожую модель.

Обучение и первую пристрелку провели тут же в магазине, и результатом я оказался полностью доволен. Короткий металлический стержень пробивал толстую деревянную доску на вылет с расстояния десяти метров, так что с какой-нибудь мелкоуровневой тварью справиться должен без проблем.

Чем ближе становился вечер, тем больше на улицах появлялось людей. Музыка, гомон, смех, редкие пьяные драки, ругань охраны. Люди отмечали конец очередного периода жизни нового мира, ну а мы с Машей решили в этом празднике не участвовать и после завершения всех покупок вернулись в гостиницу. Незачем дергать фортуну за хвост, повеселимся в следующий раз.

Как только на город опустились сумерки, ворота Перекрестка наглухо закрылись, а число вооруженных людей, распределенных по периметру, удвоилось.

Эту информацию мне поведал официант, принесший кофе. Я сидел в ресторане на первом этаже, листая приобретенную книгу, вслушиваясь в шум, доносящийся с улицы, и мельком рассматривая людей в зале. Как оказалось, мы с Ершовой были далеко не единственными людьми, решившими пропустить праздник. В гостинице хватало посетителей.

Когда за окном окончательно стемнело, я вернулся в номер. Маша, к этому времени, наверное, уже спала в соседней комнате, так что я старался не шуметь. Закрыл дверь, лег в кровать и постарался выбросить из головы, роящиеся там мысли.

Ночью меня разбудила отдаленная стрельба. Не разобравшись, что к чему, я выхватил пистолет из-под подушки, и лишь затем понял — произошла перезагрузка. Обновленный мир заполнился множеством опасных тварей и некоторые из них сейчас пытались перебраться через городские стены. Все в порядке.

Утро нового месяца началось для меня несколько необычно. С детства я не привык долго валяться в постели после пробуждения. В детдоме воспитанников четко приучили, звучит сигнал подъема — открывай глаза и дуй умываться, иначе схлопочешь по шее, да и во время скитаний по улицам начинаешь понимать, долгий сон — не то удовольствие, которое ты можешь себе позволить. Поэтому, едва открыв глаза, я скинул одеяло, уселся на кровати, попытался подняться на ноги, и только чудом не впечатался носом в пол, переборщив с усилиями.

Я буквально выпрыгнул из кровати. Мышцы сработали как пружины, и мозг к этому был совсем не готов. Складывалось такое ощущение, будто тело за ночь стало легче килограмм на десять — пятнадцать.

Осторожно поднявшись с пола, я прислушался к себе. В мышцах ощущалась странная легкость, а в движениях появилась какая-то дерганность. Небольшие изменения наблюдались и со зрением. Выглянув в окно, я умудрился рассмотреть людей на окраине улицы, чего вчера сделать не мог. Похоже, мы не зря вчера потратили кучу денег на улучшение организма. За ночь тело подстроилось под изменившиеся параметры. Увеличилась сила, ускорилось восприятие, стали острее зрение и слух. Сейчас, я, кстати, слышал, как за стеной ворочается в постели Ершова. Девушка, видимо уже проснулась, но вставать не спешила.

Странные все-таки ощущения. Я будто бы влез в чужую одежду, которая вроде и удобная, но совершенно непривычная. Мне приходилось постоянно контролировать каждое движение, чтобы не упасть ненароком или банально застегнуть пуговицу не оторвав ее. Надеюсь, со временем это пройдет.

Как оказалось, долго ждать, пока мозг адаптируется к новым возможностям тела, не пришлось. Через полчаса, я практически забыл о том, что с организмом произошли какие-то изменения. Сходил в душ, переоделся и к тому времени, когда спустился в ресторан, все ощущения пришли в норму. Разве что к обострившемуся слуху еще не привык, но, уверен, вскоре и тут все наладится.

Через какое-то время в ресторане появилась Ершова и, судя по довольному лицу, улучшенные параметры тела ей тоже пришлись по вкусу. Причем, я заметил, что у девушки даже походка немного изменилась. Сложно сказать, как именно, но она будто бы стала чуть-чуть быстрее.

— Ну, как ощущения? — спросил я, смакуя свежесваренный кофе.

— Странные, — честно ответила Маша, — но мне нравится. Хочу в деле себя испытать, подраться бы с кем-нибудь.

— Скоро тебе такая возможность представится, — улыбнулся я.

От гостиницы до восточных ворот идти было минут пятнадцать. Центральная улица, разделяющая Перекресток на две равные части, не позволила бы ошибиться маршрутом даже человеку с запущенной стадией топографического кретинизма, так что к назначенному времени мы подошли без опозданий.

Пока шагали, я пытался рассмотреть последствия вчерашнего праздника, но ни выбитых витрин, ни обильного мусора на земле замечено не было. Пусть горожане встретили новый месяц довольно шумно, но обошлось без вандализма и массовых драк, к тому же, многие люди в ночных гуляньях участия не принимали, и готовились к предстоящей работе, ожидая, когда откроются городские ворота.

Отстрел особо агрессивных тварей, что пытались пробраться через стену, велся всю ночь, и даже сейчас нет-нет, да и звучали редкие одиночные выстрелы, хотя, я уверен, стационарные арбалеты работали куда чаще. Тем не менее, основная масса монстров схлынула и теперь в дело предстояло вступить рейдерам.

Возле восточных ворот по моим прикидкам собралось человек двести, если не больше, у западных, уверен, сейчас столько же. Едва ли не треть города отправлялась на заработки, оставляя в Перекрестке лишь караванщиков с охраной, обслуживающий персонал и полицейских.

Регулярные части города тоже не остались в стороне. Я заметил несколько грузовиков, готовившихся к выезду. Там солдаты в характерной одежде проверяли оружие, переговаривались друг с другом и нетерпеливо поглядывали на часы, ожидая, когда откроются ворота. Некоторые из них сейчас пойдут вдоль стены, собирая ночной урожай, ну а большинство рванут в Полис.

Часть рейдеров тоже решили воспользоваться техникой, но таких было очень мало. Все же, использовать транспорт в первые дни после перезагрузки — крайне рисковая затея, так что подавляющее большинство охотников за лутом предпочитали пешие прогулки, причем группы людей, которые мы увидели, очень сильно отличались друг от друга как по количественному составу, так и по снаряжению.