Новый старый 1978-й. Книга седьмая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 22

— Солнышко, — обратился я к своей законной невесте, — я, пока вы тут готовите, пойду приготовлю тебе тоже подарок и ты знаешь какой.

— Песню? — спросила догадавшаяся Солнышко и бросилась на мою уже незанятую шею, так как несколько секунд назад её освободила Маша.

— Да, я пошёл работать, а вы продолжайте готовить. Кстати, пахнет очень вкусно.

— Это мясное рагу по маминому рецепту, — ответила Маша. — Я позвонила домой, чтобы мама за меня не волновалась. Сказала ей, что мы со Светланой собираемся приготовить это блюдо и попросила продиктовать рецепт. А когда мы завтра поедем в «Берёзку»? Мне уже не терпится купить себе что-нибудь красивое и модное.

— Утром позавтракаем, я съезжу в ВААП на пару часиков. Надо райдер по Лос-Анджелесу составить. Но там только гостиница и трансферт из Нью-Йорка и обратно. Наши билеты я с работы забрал, так что у меня после этого до вечера день свободен. А вечером у нас в Центре состоится первая тренировка по карате.

— А нам можно будет поучаствовать? — спросила Солнышко.

— Конечно. Кимоно вам по размеру на месте подберём. У нас их триста штук есть в наличии. Только тогда я вас утром зарядку заставлю сделать, чтобы ваши тела хоть немного привыкли к нагрузкам.

— Мы согласны, — ответила за себя и за Солнышко Маша.

Я вышел из кухни и пошёл писать песню, а то и сразу несколько. Надо Маргарет поддержать в её борьбе за лидерство. И я ещё подумал о моих жёнах. Я обратил внимание, что они стали очень часто говорить «мы», имея ввиду самих себя. И это радовало.

Для Солнышка я решил записать песню группы La Bouche «Be my lover», которую исполняли американская певица Мелани Торнтон и американский рэпер Лейн Маккрей в качестве вокалистов в 1995 году. Там, правда, мне придётся рэп читать, но совсем немного. В песне будут слова о том, что я хочу быть её любовником. В общем, наши могут запретить её исполнение в Союзе. Скажут, что кандидату в члены Политбюро не пристало петь на Родине такие песни, да и солистка тоже ведь Герой Советского Союза. Ну и фиг с ними. Будем её исполнять только на Западе. Хотя, согласно моему теперешнему положению, это я командую эстрадой. Мне могут запретить что-то делать только два человека в стране — Брежнев и Суслов. Даже Андропова это дело не касается

Ладно, надо работать. Синтезатор был, конечно, слабоват для этой песни. Но у Сереги был секвенсор и некое подобие арпеджиатора, которые он купил в Париже. Теперь вся надежда на него. Раз он «Believe» вытянул, значит и всё остальное сможет. Слова по памяти я для Солнышка записал. Все что можно из своего синтезатора я вытянул. Получилось неплохо, но Серега, я надеюсь, улучшит звучание. Он у нас профи по этому делу и фанат всяких звуковых прибамбасов. Вот поэтому и премию от меня сегодня вечером получит. Он хотел себе машину купить, вот пусть и покупает. Если не хватит, то я добавлю.

Так, с этой я закончил. Надо и себя не забыть. Поработаю-ка я с песней «Only you» группы Savage. Мне она всегда очень нравилась. С ней я тоже провозился недолго. Больше работать не мог, так как с кухни стали доноситься до меня восхитительные и, вызывающие обильное слюноотделений, мясные запахи. Вот на запахи я и пошёл. А Солнышко и Маша уже накрыли на стол и собирались звать меня.

— Выглядит и пахнет очень аппетитно, — сказал я, облизываясь. — Маш, позвони нашим новеньким девушкам и сообщи, что их песня прозвучит сегодня вечером на «Маяке» ровно в 18:00. А потом и наши две в стиле «Eurodance» Краснов обещал пустить.

Маша, счастливая, убежала звонить в гостиную, а я сел за стол, взял руку Солнышкав свою и спросил:

— Ты на меня не сердишься за Машу? Извини, так получилось.

— Сначала я очень разозлилась и расстроилась, — ответила Солнышко. — И хотела от тебя уйти, но потом, когда Маша меня успокоила, я подумала, что слишком сильно люблю тебя и исправить ничего уже не смогу. Да и Маше я тебя целиком отдавать не хотела, ты мне самой очень нужен. Я не то что смирилась, я просто решила попробовать жить немного по-другому, как рассказывается в твоей книге про секс.

— Спасибо. Я тоже очень тебя люблю. Я к Маше отношусь как к сестре, а ты для меня жена. Настоящая. Если хочешь, мы можем хоть завтра расписаться.

— Мы решили это сделать через год и осталось уже одиннадцать месяцев. Я рада, что ты это сам предложил. Я переживаю за родителей и за тебя. Ты стал очень близок к Брежневу. Он хоть и предлагает нам прямо сейчас расписаться, но я вижу, что он хочет проверить, выдержим ли мы этот год. Знаешь, я тоже считаю Машу своей сестрой. Поэтому мне наша странная семья нравится. Я знаю, что в наших южных республиках у мужчин может быть две, а то и три жены. И все там к этому спокойно относятся. Вот и я спокойно к этому отнеслась. И мне теперь хорошо. Мы с Машей и квартиру убрали вместе, и ужин приготовили. Главное, чтобы ты в постели с нами двумя хорошо справлялся.

— До этого же я справлялся и ты, и Маша были довольны.

— Вот за это я тебя такого и люблю, и не только за это. Я ещё знаю, что многие мужчины себе заводят семьи на стороне. Это нечестно по отношению к жене. А у нас теперь одна семья на троих.

Тут прибежала Маша и стала рассказывать, как девчонки обрадовались её известию и благодарили нас за всё.

— Посмотрим, как радиослушатели воспримут мою песню в исполнении новой группы, — сказал я.

— Ну, твоя «Осень» в моём исполнении всем же понравилась, — ответила мне Маша.

— Хорошо. Давайте поедим, после чего прорепетируем то, что я написал и затем послушаем радио.

Мы все стали есть и мне вдруг пришла одна очень интересная мысль и я сказал:

— А знаете, мои любимые женщины, что мы свою первую песню в новом стиле Eurodance исполнили ещё больше месяца назад?

— Ты имеешь в виду «Нас не догонят», — ответила догадливая Солнышко.

— Точно. Тогда этого музыкального жанра ещё не существовало, но я его уже, получается, предчувствовал и предвидел. И у меня появилась идея перевести слова этой песни на английский и исполнить её на дискотеке в Лондоне.

— Отличная мысль. Музыка зарегистрирована, осталось приложить слова. И какое ты придумал для неё название?

— «Not Gonna Get Us». Текст я быстро переведу, так что сегодня мы её обязательно запишем и завтра продадим Маргарет.

— Ты просто гений, — сказала Маша, восторженно смотря на меня.

Такие же глаза были и у Солнышка. И почему они в меня такие две влюблённые? Я вспомнил слова кота Матроскина из мультика про Простоквашино: «Я со своей Муркой ни за что теперь не расстанусь. Я и так счастливый был, а теперь в два раза счастливей стану. Потому, что у меня две коровы есть». В этой фразе только необходимо заменить слово «Муркой» на Солнышко и «коровы» на «жены» и получится прямо, как про меня. А может мне ещё сценариями для мультфильмов заняться? Не, боюсь не смогу. Я и так по уши делами загружен. Хотя можно что-нибудь этакое и придумать.

— Спасибо за ужин, — сказал я двум свои хозяйкам. — А теперь пошли, я подарки Солнышку буду дарить.

Мы быстро все вместе помыли посуду и пошли заниматься музыкой.

— Маш, — сказал, — я тут твою фамилию немного укоротил, так как англоязычное население на Западе не очень любит произносить наши длинные русские фамилии, да и в Америке тоже. Так будет лучше и благозвучнее звучать.

— И как в результате получилось? — спросила спокойно Маша, зная, что я это сделал в её же интересах.

— Maria Koles, с ударением на первый слог, как и в твоей настоящей фамилии.

— А что, довольно необычно звучит, — ответила Солнышко. — Мне нравится.

— И мне тоже, — подтвердила Маша. — Правда, пока немного непривычно.

— Я хотел тебе придумать какой-нибудь звучный сценический псевдоним, типа Лика Стар, но от этой идеи отказался. Слишком долго будешь привыкать. А тут имя осталось полностью твоё.

— Да нормально всё. Привыкну, не переживай. Главное, что получилось похоже на мою родную фамилию.

— Напиши её большими буквами на листочках и развесь их в ванной на зеркале и в других местах, где ты долго проводишь время. Особенно на трюмо. Ты будешь видеть себя в нем и видеть свою новую фамилию. Так быстрее привыкнешь к ней. А теперь, Солнышко, слушай песню. Её придётся микшировать, так как я задумал добавить твоему голосу электронного звучания. Называется она «Be my lover». Там я пою немного речитативом или если более точно, читаю рэп.