Голос сердца (СИ) - Морозова Мария - Страница 42

— Есть способ, — улыбнулась я.

Убедившись, что мои наручные часы все еще работают нормально, наставила часовую стрелку на солнце и провела мысленную линию между стрелкой и цифрой «один». Узнала, где юг, потом развернулась на сто восемьдесят градусов и провозгласила:

— Север там. Пока пойдем туда, а позже я определю, где оазис.

Решив с направлением, скомандовала принцессе:

— Снимай юбку. И вытяни шнурок из жилета.

— Зачем? — спросила она, послушно потянувшись к одежде.

— Нужно защитить голову от солнца. Иначе мы далеко не уйдем.

Пока Сандра возилась с завязками, стянула свою юбку. Получился прямоугольный отрез ткани, в котором я безжалостно проделала несколько отверстий. Повторила то же самое с юбкой принцессы.

— Это называется «шотри», — пояснила, особым образом обматывая тканью голову и плечи девушки. — Типичная защита обитателей пустыни. Будь они подлиннее, было бы еще лучше, но даже так ткань защитит от солнца и песка. Самое главное, что она светлая.

Продев в дыры шнурок, закрепила края и удовлетворенно кивнула:

— Вот так. Руки, конечно, обгорят, но это не самое страшное.

— И мы можем идти?

— Нужно немного подождать. Сейчас самое жаркое время, не успеем отойти от камня, как изжаримся. Когда солнце сядет ниже, будет гораздо легче.

— Хорошо, — Сандре ничего не оставалось, как согласиться.

Больше часа мы провели в тени каменного истукана, передвигаясь по песку вслед за ней. Сидели молча, экономя силы. Я внимательно осматривалась по сторонам, втайне ожидая появления неприятных гостей, но все было тихо и спокойно. Даже редкие здесь змеи и насекомые попрятались по своим норам, не тревожа раскаленный песок.

Наконец, когда лучи солнца стали не такими жгучими, я поднялась.

— Пойдем. Уже можно.

И мы пошли. Это был очень изнуряющий однообразный путь. Каменный лес быстро остался позади, и вокруг нас простирались только бесконечные песчаные барханы. Ноги проваливались в песок, а солнце невыносимо жгло, заставляя обливаться потом. Раскаленный воздух поднимался, колыхаясь, и создавал мимолетные картины далеких озер, густых лесов и богатых дворцов. Изредка начинал дуть ветерок. Он не приносил заметного облегчения, но шорох песка разбавлял ту давящую тишину, которая царствовала здесь.

Принцесса жару переносила хорошо, наверное, сказалась принадлежность к роду пламенных магов. Но она быстро выдохлась физически, и нам пришлось снизить темп, иногда останавливаясь для того, чтобы выпить по глотку отвратительно горячей воды.

Спустя несколько часов, показавшихся нам бесконечными, стало чуть полегче. Солнце еще больше опустилось к горизонту, мы немного повеселели и пошли бодрее. Приходилось смотреть под ноги, потому что начали выползать змеи, но это нам не мешало.

— Все, — скомандовала я спустя еще час. — Привал. Отдохнем пол часика.

— Хвала небу, — простонала принцесса, без сил падая на еще теплый песок.

— Мне нужно кое-что сделать. Понять, как далеко оазис и в какую сторону нам идти.

— А как? — удивилась девушка.

— Хочу почувствовать водный поток под землей и определить, в какую сторону он несет воду. Именно там и будет оазис.

— Но ведь магия здесь не действует.

— Обычна да, — я загадочно улыбнулась.

Магия жриц Сехмет была чем-то совершенно особенным. Она основывалась не на управлении энергетическими потоками, как классическая, а на умении общаться с миром. Чувствовать его мельчайшие частицы. Слышать и слушать. Побуждать их делать то, что нужно жрице. Это было очень сложно, этому учились с помощью особых медитаций и длительных изнуряющих тренировок. Я много дней провела и в прохладных подвалах храма, и под раскаленным небом Рамаль, чтобы хоть немного освоить это искусство. Но оно было настоящим благом для жителей пустыни. Ведь именно эта сила могла дать и защиту, и лечение, и способность ориентироваться среди бескрайних песков.

Вот и сейчас, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, стараясь дышать в такт ударам сердца и медленно погружаясь в этот необыкновенный транс. Старшие жрицы могли входить в него, даже не отключаясь от реальности, но мне не хватало сил. Поэтому сейчас для меня время застыло, а вокруг расцвели разноцветными огнями пустыня и ее обитатели.

Песок стелился вокруг огромным светло-желтым покрывалом, кое-где разорванным редкими скальными останцами. Одинокие змейки прятались в норах, иногда мелькали выходящие на охоту скорпионы. Кое-где чувствовались животные покрупнее: грызуны, мангусты, пустынные лисицы. Но я устремилась вниз, туда, где под толщей песка скрывалась так нужная мне вода.

И она действительно оказалась внизу. Мощный спокойный потом был настолько чистым и сильным, что я будто наяву ощутила на губах его вкус. Окунулась пальцами в прохладную воду. Почувствовала легкие брызги на лице. Но добраться до него здесь было невозможно, слишком уж глубоко находилась вода. А дальше подземная река стремилась на север, немного отклоняясь влево, и примерно через час хода выбиралась на поверхность в узком каменном колодце. Вот туда-то нам и надо.

Я открыла глаза, немного резко вырываясь из транса. Голова закружилась, а в ушах появился неприятный звон.

— Дионея, ты в порядке? — спросила не на шутку встревоженная Алессандра. — Ты сидела так неподвижно и почти не дыша, что я уже успела испугаться.

— Все хорошо, — улыбнулась через силу. — Просто мне не достает мастерства. Жрицы учатся этому годами.

— Это была магия пустыни, да?

— Да. Пусть она не позволяет плести заклинания, но дает возможность управлять тем, что находиться вокруг. Будь то камни, зелья или человеческое тело.

— Ты нашла оазис?

— Нашла. Нам придется чуть отойти от нашего пути, но зато там мы сможем набрать воды, отдохнуть и, если повезет, чем-нибудь перекусить.

— Тогда пойдем, — заметно приободрилась принцесса.

Я уже было кивнула, но вдруг заметила что-то темное на склоне бархана рядом.

— Сандра, не шевелись, — тихо попросила, вытягивая кинжал из-за пояса.

Ловкий бросок, и острие пронзает тело крупкой змеи, практически отрубая ей голову.

— Краснохвостая гадюка, — пояснила, хватая извивающееся тело за головой. — Не знаю, как ты, а я собираюсь употребить ее на ужин.

— Прямо сырую? — поморщилась девушка, держась чуть в стороне.

— Надеюсь, в оазисе будет, чем развести огонь. Не бойся, в жареном виде она вполне съедобна, а весь яд остался в железах за челюстями.

— Хорошо. В конце концов, я уже так голодна, что готова есть и змей без соли и перца.

Я завернула обезглавленную тушку в отрезок ткани, стараясь не закапать змеиной кровью одежду, и поднялась.

— Пойдем, нам осталось немного.

То ли вечерняя прохлада придала нам сил, то ли сама мысль об отдыхе подействовала прекрасным ускорителем, но пошли мы гораздо быстрее, чем до этого. Оазис действительно показался где-то через час, когда на востоке небо совсем потемнело и стали загораться первые звезды. Узкую ложбину окружали большие барханы. Она была совершенно безлюдна и радовала глаз высокими пальмами с раскидистыми розетками листьев, широким навесом от солнца и колодцем.

К нему мы и бросились, забыв об усталости и боли в обожженных руках.

— Боги, это и есть настоящее счастье, — простонала Алессандра, напившись прохладной чистой воды.

— Не то слово, — усмехнулась я и с наслаждением плеснула себе на лицо. — Но по-настоящему ценить такие вот простые радости начинаешь тогда, когда оказываешься в полной… хм, безысходности.

— Он глубокий, — оценила принцесса длину колодезной цепи, к которой было привязано ведро.

— Есть легенда, — я лениво оперлась о край колодца и заглянула внутрь, — что если увидеть в отражении воды главную звезду Огненного венца, то можно загадать желание, которое обязательно исполнится. Но я тут вообще ничего не вижу. Темно как в… как в колодце.

Пользуясь тем, что воды в нем было достаточно, мы и напились, и умылись. А потом отправились исследовать наше пристанище на сегодняшнюю ночь. В общем-то, ничего сверхполезного найти не удалось. Недалеко от колодца стояло длинное корыто для воды, из которого поили лошадей. По краям ложбины росли густые заросли из колючих кустарников и жесткой травы. Под навесом из сухих пальмовых листьев было чисто и сухо. Внутри выложенного камнями кострища лежали старые угли. Обычная стоянка кочевников и караванщиков.