Император под ведьмовским соусом (СИ) - Суботина Татия - Страница 91

— Я понимаю, что тебе тяжело, ты устала и разочарована, но никогда не смей отзываться о моем племяннике в таком тоне, поняла? — ледяным голосом сказал Рфус.

— Поняла.

— Мы рождаемся без рогов, — тут же смягчился он. — Не переживай. Ни о чем не переживай, Маоли.

— Но-о… как же? Генрих, он…

— Лишь досадная помеха к трону, — хмыкнул демон. — Которую мы вскоре устраним. Он за все поплатится, особенно за смерть моего брата.

— Но…

— Ты родишь наследника, я возьму тебя в супруги, стану регентом мальчика и императором.

— Мальчик же совсем не будет на него похож!

— А иллюзии на что? — спросил Рфус. — Мои умельцы научились сплетать такие мастерские личины, что и мама родная не отличит фальшь от оригинала! Будь спокойна.

Дальнейший разговор Генриха уже интересовал мало. Главное он узнал. Инстинкт зверя его не подвел! Под сердцем Маоли наследник Клаидана, а не его! Недаром, гладя живот, император никак не мог наладить контакт с ребенком! Тот просто не откликался ирбису, хотя все должно было быть совершенно иначе.

— Какие любопытные новости, — ухмыльнулся Генрих, глядя на улыбающегося Ниарона.

Даже Кииса подползла ближе и довольно шипела, она страх, как не терпела Маоли.

— Не погубите, ваше императорское величество, — бывшая любовница пала на колени и склонила голову в жесте покорности. — Я не виновата! Это все демоны придумали! Пощадите!

***

Белла

— Ты? — Ниэла работала в зимнем саду, ухаживая за лекарственными растениями, и не сразу ее заметила. А когда заметила, то жутко удивилась. — В кои-то веки решила нас навестить? Неожиданно и приятно!

— Я по делу, — губы едва слушались, дыхание сбивалось, а перед глазами все мутнело.

Она проснулась посреди ночи, сердце выпрыгивало из груди от страха. Пантера неистово рычала в приступе отчаянья. Белле сделалось не по себе.

Девушка уже понимала, случилось что-то ужасное. Именно с тем, кто предназначен ей богами. Понимала, но не хотела верить.

Она промаялась до утра, а как только взошло солнце, умчалась в лавку артефактора, купила кристалл перехода и теперь стояла перед лунной ведьмой, ее почти близкой подругой.

— Что случилось? — переменилась в лице Ниэла. Куда только делась беззаботная улыбчивая девчонка? Теперь в ее глазах светилась лунная магия.

— Помоги мне попасть в резиденцию.

— В резиденцию? — нахмурилась ведьма.

— А лучше прямиком к самому императору, — исправилась Белла. — Сможешь перенести меня сразу к нему?

— К Генриху? — все еще недоумевала она, или мастерски делала вид, что недоумевает…

— Нет времени на объяснения! — разозлилась пантера. Из-за страха и боли, что передавалась по неокрепшей ниточке связи, девушка была на грани безумия. — Мне очень нужно быть рядом с ним! Пожалуйста!

— Ну наконец-то ты поняла это и приняла свою судьбу! — Ниэла всплеснула руками и едва не пустилась в пляс.

— Что? — недоумение смогло пробиться сквозь шквал тех эмоций, которые сейчас одолевали Беллу.

— Я глас истины или где? — хмыкнула ведьма. — Конечно, я подглядела судьбы своего близкого круга!

— Э-э?

Ниэла тут же зыркнула в небо и виновато зачастила:

— Совсем ближайшее будущее и всего одним глазком, честно-честно! Должна же я быть в курсе!

Белла проследила за ее взглядом, небо оставалось безмятежно аквамариновым. Ниэла еще несколько минут постояла, зажмурившись, точно ждала что вот-вот сейчас ее поразит молния в самую макушку, а когда этого не произошло, повернулась к гостье.

— Пойдем, — девушка протянула ей руку.

Как только Белла ее приняла, лунная дорожка перенесла их прямиком к Генриху. У нее едва сердце не остановилось от картины, что предстала перед глазами.

Император лежал на ритуальном алтаре, вблизи магического источника, вокруг со скорбными лицами застыли стражи, маги…

Генрих не шевелился. Белле даже показалось, что его грудная клетка не поднимается.

Неужели она опоздала?

— Нет-нет, — помотала головой Белла. Ноги сами понесли ее к императору, пока в голове мутилось от удушающего страха. — Нет…

Она даже почти не заметила, как огромный мужчина с жуткими шрамами заступил ей дорогу, видела лишь Генриха, стремилась к нему каждой клеточкой собственного тела.

— Пропусти, Ниарон, — вклинилась Ниэла.

— Кто это?

— Пара Риха.

— Пара?! — пробасил он. — Ну наконец-то!

А потом вдруг крепко схватил Беллу за руку и потащил прямиком к алтарю:

— Исправь это, женщина, — скомандовал Ниарон, подталкивая ее поближе к обездвиженному Генриху. — И быстро!

— Ч-что с ним? — пантере было сложно совладать с собственным голосом, перехватывало горло. Она так давно не плакала, что совсем забыла это чувство — невозможность удержать слезы.

— Только богиня и знает, — зло сплюнул мужчина. — Мы раскрыли этот демонов заговор! Рих был ранен, сейчас он полностью здоров, а просыпаться не собирается! Все лекари уже голову сломали над этой загадкой!

— Его жизни ничего не угрожает, — выступил вперед еще один мужчина с длинной тоненькой бородкой.

— Кроме него самого, — вздохнула Ниэла, а когда все обернулись к ней, лишь развела руками. — Похоже, император решил, что ему незачем возвращаться из-за грани.

— Вот кошачий выродок! — прошипел Ниарон. — Так, Зорус. Сейчас я проведу ритуал и отправлюсь за грань, вправлю этому идиоту мозги, а ты готовься вернуть нас обратно.

— Этого не потребуется, — перебила его ведьма.

— Что ты хочешь этим сказать? — прищурился маг. — Он слишком далеко ушел? Думаешь, я не смогу вытянуть его обратно? Да я за уши его…

— Думаю, нам всем следует выйти, — сказала Ниэла. — И дать им самим разобраться в этом.

— Им? Что? — Ниарон неохотно поддавался ведьме, когда та тянула его за собой.

— Пойдем, Нир, пойдем. Все будет так, как надо.

— Хорошо, ты хочешь сказать? — он все время оглядывался на Беллу, всем своим видом выражая, что не хочет уходить.

— Как надо, Нир, и большего я сказать не могу, ты сам знаешь.

— Толку-то от такого дара, когда почти ничего нельзя рассказать другим! — бурчал он.

Вскоре все оставили Беллу наедине с Генрихом и собственными страхами.

Она тщательно оглядела его тело на предмет повреждений, которые просто могли пропустить. Мужчина был цел, только непривычно бледен.

— Ваше вел… Генрих? Рих… — позвала она, прикоснувшись к его лицу. — Ты меня слышишь? Я-а…

Его молчаливость, мертвое равнодушие ее убивало.

— Я пришла к тебе, я здесь. Я очень хочу быть рядом, мой… — голос опять дрогнул. — Мой единственный. Ты слышишь? Вернись ко мне.

Генрих был так же недвижим и глух, как и до этого. Он был далеко. Белле хотелось верить, что она сможет дотянуться до него даже за гранью, но… А если нет? Страшно было просто до ужаса.

И этот страх: за жизнь истинного, за то, что потеряла его навсегда, притупил тот, из-за которого она побоялась дать их отношениям даже крохотный шанс.

Разве она — изуродованная кошка, пара величественному императору? Разве достойна его?

Она не боялась повторения мучений из прошлого. Генрих не был тираном. К тому же, истинный просто не способен причинить боль своей паре. С ним она могла впервые познать любовь, наслаждение, счастье…

Белла сомневалась в себе, в том, как империя примет такую партию их любимого императора? Бывшую рабыню, со шрамами на лице и сердце…

Лишь в этот миг, когда пришло осознание, что из-за глупых предрассудков она может потерять любимого навсегда, Белла стала свободной от прошлого.

— Рих, пожалуйста, — девушка рухнула к нему на грудь, уткнувшись носом в шею. — Вернись ко мне! Я без тебя не смогу. Мне без тебя нет смысла.

Ее слезы все же пролились.

Девушка, не сдерживаясь, громко всхлипывала и подвывала. Некрасиво, громко, искренне, по-бабьи.

Она виновата! Она упустила свой единственный шанс на счастье!

— Истинный мой…

Белла всхлипнула и резко затихла, когда почувствовала ответные объятья.