Поцелованная богом (СИ) - Озолс Агата - Страница 6

Володя подарку обрадовался и теперь благодарил меня. Когда с поздравлениями и благодарностями было покончено, Володя замялся.

— Что-то случилось? — спросила у него.

— Хотел спросить, как у тебя дела, — пожал он плечами.

— Так спрашивай, — улыбнулась ему.

— Как у тебя дела?

— Хорошо.

— Все как обычно? Ничего нового?

— Ты о чем? — вскинула брови.

— Ну, мало ли, — расплывчато ответил Володя.

— Если хочешь спросить о чем-то конкретном, спроси.

— Да не то, чтобы спросить, — он вздохнул, а потом решился: — Сегодня по мне приедет один человек, ты его знаешь.

— Да? — удивилась я, общих знакомых у нас было немного. — И кто же это?

— Егор Рокотов, — ответил Кипреев, пристально глядя на меня.

Я покопалась в памяти в надежде найти там Егора Рокотова, не вспомнила такого и вопросительно посмотрела на друга.

— Тип на Shevrolet Suburban, с которым ты сцепилась пару недель назад, — спокойно пояснил Кипреев.

Тут до меня дошло, что он говорит о том наглом мужике, которому я пообещала отстрелить яйца.

— А-а-а-а, — протянула, — помню, как же. Так вы знакомы?

— Он мой друг, — просто сказал Володя.

— Какие у тебя забавные друзья, — хохотнула я.

— Лиз, он никогда бы не обидел тебя. Он совершенно безопасен для женщин и детей.

— А еще для стариков и собак, — продолжила я. — Только чувство юмора у него дурацкое. Как и способ знакомится с дамами.

— Знаешь, раньше он так никогда себя не вел, — попробовал оправдать друга Володя.

— Я должна быть польщена?

— А разве нет? Мне сказать, чтобы он не приезжал? — спросил Володя вместо ответа.

— Нет, — ответила быстро. — Не надо, пусть приезжает. Твой друг, твой день рождения.

Володя был хорошим человеком и одним из немногих моих друзей, и портить ему праздник было бы свинством с моей стороны.

— Ты на него не сердишься? — спросил Кипреев.

— Нет. За что? Ничего плохого он мне не сделал. Просто вел себя, как идиот. Но это проблемы его воспитания.

— Он потом искал тебя.

— Зачем?

— Нетрудно догадаться, — ответил Володя. — Ты ему очень понравилась.

— И ты решил нас свести? — догадалась я.

— Нет, что ты. Просто я подумал, что он может тебе понравиться. Пообщаетесь в спокойной обстановке.

— И?

— Лиза, — друг замялся, — Кирилл погиб три года назад…. Может пора уже перестать носить по нему траур?

Очень захотелось послать дорогого друга куда подальше, пришлось даже прикусить язык.

— Извини, — по-своему расценив мое молчание, продолжил Володя, — я лезу не в свое дело.

— Перестань, — оборвала его. — Приедет, и ладно. Познакомимся. Обещаю с ним не драться.

Я улыбнулась, а Кипреев облегченно выдохнул.

— Кто он такой? — продолжила я.

— Егор?

— А есть еще кто-нибудь, кто меня искал?

— Через меня нет, — серьезно ответил Кипреев.

— Расскажи о нем, — попросила его.

— Ну, он мой друг.

— Это ты уже говорил.

— Он хороший человек.

— А поконкретнее?

— Мы с ним работали раньше вместе.

— В конторе?

— Нет, он смежник.

— А сейчас?

— А сейчас он обычный бизнесмен.

— Постой, — я покопалась в памяти, — это тот самый Егор Рокотов? Владелец заводов, газет, пароходов? Информационная и экономическая безопасность? Форум в Давосе? Фотография с президентом?

— Он самый, — подтвердил Володя.

— Подожди, — попросила я. — Он бегал с автоматом, а потом вышел в отставку и сделал такую головокружительную карьеру в бизнесе? Но как?

— Во-первых, он не совсем, чтобы бегал с автоматом, — ответил Кипреев. — Он немного по другой части. А во-вторых, карьеру он начинал не с нуля, он возглавил дело своего отца, когда тот ушел, так сказать, на пенсию.

— Он поэтому вышел в отставку? Чтобы возглавить дело отца?

— Нет, в отставку он выше по состоянию здоровья, — вздохнул Володя.

— А что с ним? — продолжила спрашивать я. — Надеюсь, мое любопытство тебя не очень напрягает?

— Ничего, в конце концов, он тоже о тебе выспрашивал, — отмахнулся Кипреев.

— Так какая хвороба с ним приключилась?

— Ранение.

— И что?

— Серьезное ранение, — чувствовалось, что Кипреев не хочет распространяться.

— Ладно, — решила оставить друга в покое, — не хочешь, не отвечай. В конце концов, мне с ним не детей крестить.

Вовка посмотрел на меня как-то странно, но промолчал.

— Только давай договоримся сразу, — сказала другу. — Он приедет, я не против. В конце концов, это твой дом, твой день рождения и твой друг. Но никакого сводничества. Я буду с ним вежлива, как и с другими твоими гостями. И больше ничего.

— Конечно! — заверил Володя. — Ты не думай, я ничего такого в виду не имел. И хотел, как лучше.

— А теперь, — предложила, взяв друга под руку, — пойдем к гостям. А то неудобно получается.

6

Рокотов появился где-то ближе к обеду. За это время незнакомые между собой гости (хотя таких было всего пару человек) успели не только познакомиться, но и крепко подружиться на почве расположения к новорожденному и любви к горячительным напиткам. Никто, конечно, не напился, все же знакомые у Володи люди приличные и свою меру знали, но общий градус веселья значительно поднялся. Я не пила. Во-первых, была за рулем, а во-вторых, завтра мне предстояло отстоять две операции, так что «радовать» коллег и больных запахом перегара не хотелось.

Как-то так получилось, что в Володькиной компании я была единственной дамой, хотя большинство его друзей были давно и прочно женаты, но привозить благоверных на дачу к другу не торопились. Наверное, поэтому я пользовалась прямо-таки бешеным успехом. Каждый из присутствующих, особенно отведав спиртных напитков, норовил высказать мне какой-нибудь затейливый комплимент, чтобы и мне приятное сделать, и себя показать, ну и друзей уесть, как же без этого.

Ближе к обеду я начала томиться и поглядывать в сторону своей машины, подумывая о том, как бы повежливее смыться, чтобы не обидеть Кипреева. Но мой поспешный отъезд мог бы навести его на мысль, что я опасаюсь встречи с господином Рокотовым, а мне этого, почему-то, не хотелось.

К приезду вышеозначенного господина я так и не смогла придумать достойный предлог, чтобы уехать с этого праздника жизни, на котором чувствовала себя чужой. Может, мама не так уж и не права, утверждая, что я становлюсь мизантропом?

Рокотова я заметила, когда один из Володиных друзей настойчиво предлагал мне продегустировать что-либо из спиртного.

Рокотов был хорош. Вот бывают такие мужики — вроде и ничего особенного, а дух захватывает. Высокий, почти под два метра, с хорошей фигурой. Не перекачанный, но мускулатура впечатляет. Короткие темные волосы, стрижка явно дорогая, хороший мастер был виден невооруженным глазом. Высокий лоб, прямой нос и, самое главное, глаза. Серые, с каким-то нереальным стальным отливом. Брюнет с серыми глазами, это, я вам скажу, очень эффектно.

Я разглядывала его, стараясь делать это незаметно, а он, в свою очередь, разглядывал меня. Видимо, увиденное ему нравилось, улыбался он очень довольно. Не скажу, что его внимательные взгляды мне льстили или вызывали некий душевный трепет, как у Тургеневских барышень, но чисто по-женски было приятно.

Солнце светило вовсю и слепило глаза, поэтому я сходила в машину за солнечными очками. А когда вернулась, общество уже сидело за столом. Рокотов предложил мне присесть около него и принялся всячески ухаживать, демонстрируя свои лучшие качества. И тут неожиданно конкуренцию ему составил Володя. Вот уж чего не ожидала от дорогого друга. И совершенно непонятно было — то ли он ревновал меня к Рокотову, то ли старался оградить меня от его внимания.

Немного устав от обилия мужского внимания, отошла в сторону, чтобы спокойно покурить. Но господин Рокотов и тут меня нашел.

— Куришь? — подошел поближе.

— Курю.

Вытащил из пачки сигарету и тоже закурил.