На 127-й странице (СИ) - Крапчитов Павел Акимович - Страница 53

<p>

- Не переживайте, мисс Одли. Это - не отравление. И вы не одна такая.</p>

<p>

Из объяснения Тереза поняла, что причиной ее недомогания является морская болезнь. Питер О’Хара, отвечающий в «Метрополитене» за политику, экономику и географию, перед ее отъездом что-то говорил об этой напасти, но тогда она не приняла его слова всерьез. Почему-то она посчитала, что морская болезнь, о которой предупреждал Питер, опасна только во время шторма. Но сейчас океан был спокоен. Только небольшие волны бились о борт корабля. Об этом Тереза и спросила судового врача.</p>

<p>

- Некоторые ученые считают, что это происходит из-за того, что человеческий мозг запутывается, - снизошел до объяснения доктор. – Вот посмотрите, вы лежите в постели, и мозг полагает, что никакого движения не может быть. Вы же спите. А что происходит на самом деле? На самом деле корабль качается на волнах, и вместе с ним качается мозг человека. Не понимая, что происходит, мозг начинает мстить человеку тошнотой и головной болью.</p>

<p>

- Что же мне делать? – спросила Тереза.</p>

<p>

- Соблюдать диету и спать. Как правило, пассажирам становится легче через несколько дней.</p>

<p>

- А как быть с ужином? Я купила абонемент на ужин на десять дней.</p>

<p>

Доктор только пожал плечами.</p>

<p>

- В качестве диеты рекомендую бульон. Наш кок специально готовит несколько разных бульонов. Кроме того, если у вас есть имбирное или мятное масло, то для облегчения головной боли мажьте этим маслом виски.</p>

<p>

Объяснения и рекомендации по лечению обошлись Терезе в один доллар. Он вздохнула, а потом, борясь с головокружением, все же записала этот расход в специальный блокнотик для будущего отчета для главного бухгалтера «Метрополитена», мистера Гительсона.</p>

<p>

Судовой доктор поблагодарил за деньги, предложил звать его, если будет худо, и распрощался.</p>

<p>

Ночь прошла сумбурно. Терезу продолжало тошнить. Она подходила к иллюминатору, открывала его, и прохладный морской воздух приносил некоторое облегчение. Под утро она оставила иллюминатор открытым, а сама легла в постель, и ей удалось, наконец, заснуть.</p>

<p>

На второй день тошнота уменьшилась. Наверное, по причине пустого желудка. А имбирное масло, которое нашлось в косметичке Терезы, слегка уменьшило головную боль. Терезе подумала, что раз свежий воздух приносит облегчение, то хорошо бы было выбраться на палубу. Так она и поступила. </p>

<p>

Она надела одно из своих новых платьев, причесалась и вышла на палубу.</p>

<p>

«Наверное, от меня за милю разит имбирным маслом,» - подумала она, но опасения были напрасны.</p>

<p>

Палуба, предназначенная для пассажиров первого класса, была пустынна. Только ближе к ее краю, близко к друг другу, стояли миссис Донахью и мистер Деклер. Слишком близко к друг другу. Они рассматривали какой-то рисунок, закрепленный на небольшом этюднике. Увиденное почему-то было неприятно для Терезы. Она не стала подходить к ним и перешла на другую сторону палубы. Внизу, на прогулочной палубе для пассажиров третьего класса было более многолюдно. Кроме того, от этой палубы тянуло каким-то неприятным, сладковатым запахом. Тереза вновь почувствовала тошноту, а головокружение усилилось. Ей пришлось вернуться в каюту. Она немного постояла у открытого иллюминатора и легла в постель. Как-то не так она представляла себе путешествие по океану.</p>

<p>

За весь день Тереза выпила миску бульона и чашку чая. Все остальное время она лежала в постели. Пробовала что-то писать или читать, но от этого тошнота только усиливалась. Она снова возвращалась в постель. Так и прошел первый день ее путешествия.</p>

<p>

На второй день ни тошнота, ни головная боль никуда не делись, но стали как-то привычней. Тереза боролась с ними сном, походами к иллюминатору и втиранием в виски имбирного масла. Ближе к вечеру в дверь неожиданно постучали, и мальчишеский голос сообщил, что ей пришло письмо от мистера Деклера.</p>

<p>

«Надо же,» - подумала она. - «На «Пасифике» есть своя почта».</p>

<p>

Письмо Терезе понравилось. Вежливое и интересное. Тереза подумала, что такое письмо вряд ли смог бы прислать ей кто-нибудь из ее прошлых знакомых. Нет, вежливых людей среди них хватало. Многие из них хвалили ее публикации в журнале. Но Терезе всегда казалось, что это происходит, потому что она женщина. Женщина в журналистике была в диковинку. Примерно, как собака, которая в цирке ходит на задних лапах. Ходить то на задних «лапах» все могут, но это же собака. Такой собаке можно и похлопать. Поэтому Тереза уже не один раз подумывала начать подписываться мужским псевдонимом, чтобы посмотреть на реакцию читателей. Пример Авроры Дюпен, подписывавшей свои романы как Жорж Санд, был свеж и заразителен. Но против этого насмерть стал главный редактор «Метрополитена». Автор-мужчина, пишущий на женские темы, на его взгляд, было явным перебором.</p>

<p>

Слова Деклера показались ей искренними еще и потому, что он прислал сюжет своей сказки и просил совета. Вряд ли человек стал бы просить совета в таком деле у того, чьи литературные способности были бы сомнительными.</p>

<p>

Сам сюжет сказки Терезе понравился. Ей даже немного стало обидно, что не она придумала его. Сказка Деклера чем-то напоминало ее собственные сказки. Героиней была также девочка-подросток. Также в сказке оживали предметы и вещи, которые в обычной жизни ожить не могли. Но ее героиня была слабой и беззащитной. Это умиляло и выдавливало из читателей слезу. Предметы, которые оживали в сказках Терезы, были очень умными и предусмотрительными. Это давало им возможность и помогать маленькой героине, и поучать ее. У Деклера все было по-другому. Его героиня тоже была слабой девочкой, но храброй и решительной. Не зря говорят, что Fortes fortuna adiuvat* (* судьба помогает смелым. – Примечание автора). Наверное, поэтому домик Элли, девочки из сказки Деклера, упал не просто так, а придавил собой злую волшебницу. Отличались и спутники Элли. У каждого был свой недостаток, который их угнетал. Странно, но именно наличие таких недостатков делало спутников Элли похожими на людей. И наоборот, если бы Деклер присвоил бы им какие-нибудь чудесные свойства, как это он предлагал за ужином в капитанском салоне, то эти персонажи стали бы приятными, милыми, но куклами. А читать про живых людей всегда интересней, чем про куклы.</p>