Бритва Дарвина - Симмонс Дэн - Страница 60

– Благодаря тебе и патологоанатому его записали как предполагаемое убийство, – ответила она. – Я говорила с архитектором, который тогда беседовал с этим… как его, Варгасом. И он просто жаждет свидетельствовать в суде, что во время несчастного случая, читай – убийства, они были целиком заняты чертежами.

– Получается, что в это время кто угодно мог удержать Эспозито на месте, прямо под подъемником, и открыть гидравлический кран. И остаться незамеченным. Занятно.

– И полиция Лос-Анджелеса, и детективы Сан-Диего сбились с ног в поисках Пола Уотчела… у которого, предположительно, была на это время назначена встреча с Эспозито.

– Ясно, – вздохнул Дарвин. – Надеюсь, полиция доберется до него прежде, чем он пополнит собой список жертв этой серии убийств.

– Разве ты не считаешь, что Эспозито мог убить именно Уотчел?

– Да что ты, – фыркнул Дарвин.

Его машина угодила в пробку. Дар откинулся на спинку кресла и бросил взгляд в зеркало заднего вида. От самого Дворца правосудия за ним следовал какой-то автомобиль. Дарвин было встревожился, но тут же узнал «Таурус» Сидни. Приглядевшись, он различил ее лицо в облаке русых волос. И подумал, что работу главного следователя она, может, выполняет хорошо, а вот агент внешней охраны из нее никудышный.

– Я знаю Пола, – сказал Дарвин в трубку. – Он мелкий вымогатель… ему подать на кого-нибудь в суд – как мне высморкаться. Никакой он не боевик. Так, мелкая сошка.

– Ну, тебе виднее, – ответила Труди. – Я потом перезвоню. Ты будешь на связи?

– Позже, – сказал Дар. – Сейчас я хочу пройтись по магазинам.

Дарвин прогулялся по магазинам с удовольствием и пользой для себя, чего нельзя было сказать про Сидни, которая следовала за ним по пятам.

Он заехал в магазин «Сирс и Робак» и приобрел недорогую, но надежную швейную машинку. Заскочил на склад армейских товаров, где торговали снаряжением для охотников, и купил три поношенных камуфляжных костюма и широкополую шляпу. Еще отыскал противомоскитную сетку, которая прикрывала бы его голову и плечи. «От мошки, которая водится на Аляске, она, конечно, не поможет, – признал продавец, одноглазый ветеран вьетнамской войны, – но зато не пропустит этих поганых мух».

Под конец Дарвину пришлось порыскать по магазинам, прежде чем он нашел подходящую сетку с крупными ячейками, а потом парусину и мешковину нужных цветов. После чего он попросил разрезать парусину на кусочки неправильной формы. Четверо помощников продавца полчаса щелкали ножницами, превращая ткань в гору лоскутков и обрезков. Продавщица посмотрела на Дарвина как на сумасшедшего, но деньги взяла и вопросов задавать не стала.

Нагруженный огромными пакетами с купленными тканями, Дарвин остановился у своей машины и подождал, пока Сидни подойдет к нему.

– Сдаюсь, – признала она. – Я ума не приложу, за каким чертом тебе понадобились все эти дурацкие покупки.

– Еще бы, – кивнул Дар.

– Ты скажешь, в чем дело?

– Конечно, – откликнулся Дарвин, открывая багажник и запихивая туда пакеты. – Я сделаю костюм Гилли.

– Что? – переспросила Сид.

– Увидите, госпожа следователь. Вы собираетесь следить за мной и дальше?

Сидни закусила нижнюю губу.

– Дар, я знаю, что тебе это не нравится, но я ведь отвечаю за твою безопасность…

– Наплюй, – тихо промолвил он. – Нас с тобой ждет работа. И мы ничего не сможем сделать, если ты будешь ходить за мной хвостом.

Сидни замялась. Дарвин взял ее за руку.

– Давай не будем друг другу мешать, – попросил он. – Я буду в безопасности, если вы поскорее посадите за решетку Далласа Трейса и русских боевиков. Вот давай этим и займемся.

Сидни кивнула и спросила:

– Ответишь на один мой вопрос?

– Конечно, если ты обещаешь ответить на мой.

– Согласна. Где ты собираешься ночевать сегодня… и на эти выходные?

– Я поеду в хижину, – ответил Дарвин, – но на ночь там не останусь. Поздно вечером вернусь на квартиру. А что касается выходных… В субботу я собираюсь пойти в поход с ночевкой, до самого понедельника.

– В поход? – недоверчиво переспросила Сидни.

– Ну, в некотором роде, – подтвердил он.

– Позвонишь мне, когда… будешь в походе?

– Нет, – ответил Дар. – Но я обещаю вам, госпожа следователь, что буду находиться в таком месте, где ни Даллас Трейс, ни его свора меня никогда не найдут.

– Свора, – хмыкнула Сидни. – Хорошо. Я больше не буду ходить за тобой хвостом. Пока.

– Теперь моя очередь, – заметил Дарвин и огляделся по сторонам.

Рядом никого не было. Стоял теплый летний вечер.

– К чему было устраивать это утреннее совещание? – спросил он.

– Что ты имеешь в виду?

– Не притворяйся, ты прекрасно все понимаешь, – спокойно возразил Дарвин и, облокотившись о дверцу «Лендкруизера», выжидающе посмотрел на Сид.

– У нас обнаружилась утечка информации, – ответила она. – Мы уверены, что Даллас Трейс и прочие из «Альянса» узнают о наших планах еще до того, как мы начинаем действовать.

– Кто-то из присяжных? – предположил Дарвин.

– Нет, – покачала головой Сидни. – Кто-то из группы расследования или тех, кто прекрасно осведомлен о наших делах. Потому я устроила это совещание, а еще мы посадили «жучки» на некоторые телефоны.

– Фернандес или Саттон? – задумчиво промолвил Дарвин. – В противном случае под подозрением мы с Лоуренсом и Труди, и наши телефоны тоже с «жучками».

– Нет, – возразила Сидни. – Это началось задолго до того, как ты и Стюарты включились в расследование.

– А линия спецагента Уоррена тоже прослушивается?

– Это бюро устанавливает «жучки», идиот, – поморщилась Сид.

– Как всегда, – усмехнулся он и добавил уже серьезным голосом: – Поверить не могу, что твой друг Сантана отправляется в логово бандитов, а вы сообщаете это тем, кто может передать эти сведения «Альянсу».

– Мой друг Сантана, – нахмурилась Сидни, делая ударение на слове «друг», – знает, что делает. Мы все уже обговорили. Все не так-то просто. Официально считается, что он внедряется в организацию один, но на самом деле его будут прикрывать трое агентов.

– Из отдела по борьбе со страховым мошенничеством?

– Из ФБР, – поправила Сидни. – Наше расследование переведено в разряд первостепенных. Том знает, что делает, и, конечно, мы постараемся прикрыть ему спину. Кстати, у тебя странно меняется голос, когда ты говоришь о Сантане. Почему?

Дарвин ничего не ответил.

На Восьмой магистрали машины ползли медленно и плотно, Сан-Диего выплескивал уставших служащих и рабочих за город, отдохнуть в выходные на природе.

Дарвин проверил, закрыты ли окна, включил кондиционер и поставил компакт-диск с берлинской записью Бернстайна «Оды к радости» из Девятой симфонии. На шоссе номер 97 оказалось посвободней, а когда он свернул на дорогу между штатами, за ним никто не последовал. «Тауруса» Сидни Олсон нигде не было видно, и, судя по всему, за Дарвином больше никто не следил.

Когда он подъехал к хижине, легкие сумерки сгустились, стало прохладнее. Дар проверил, на месте ли маленький листочек над дверью – хитрость, к которой он всегда прибегал, чтобы узнать, не наведывался ли кто в дом за время отсутствия хозяина. Он вошел в хижину и запер за собой дверь.

Никто бы не подумал, глядя на домик снаружи, что у него есть подвал, – не было ни подвальных окон, ни отдельного входа. Но подвал имелся. Дарвин отвернул край красного персидского ковра у кровати, нащупал и откинул небольшую плитку в деревянном полу и ключом отпер замок на крышке люка. Когда крышка поднималась, свет в подвале включался автоматически.

Дарвин спустился вниз по крутой лестнице и невольно поежился от холода, который царил в этом узком коридорчике. Внизу не было ничего, кроме стальной двери в противоположном конце коридора. Дверь отпиралась двумя ключами, и со вторым Дарвин возился гораздо дольше, чем с первым.

Помещение, которое открылось за дверью, по размерам было в три раза меньше верхней, жилой комнаты. Но Дарвину хватало и этого. Ему пришлось нажимать выключатель, чтобы зажечь свет, зато освещение было устроено так, что в подвале не осталось ни одного темного уголка. Аккуратными рядами стояли ящики и коробки, а стены увешаны полками. Здесь поддерживалась постоянная температура и стояли влагопоглотители. Стены из шлакоблоков были обшиты асбестом и тонкими алюминиевыми листами. Собственно, это помещение являлось гигантским сейфом, защищающим от пожара, торнадо или удаленного ядерного взрыва. Дарвин улыбнулся, припомнив, во сколько ему обошлось это редко посещаемое хранилище.