Двадцать одно: Свадьба или жизнь (СИ) - Граб Анна - Страница 53

— Этого в сказках и легендах не было…

— Естественно, — фыркнул дракон. А затем продолжил: — Тот хранитель так и не смог поверить в вину своей женщины. Дочь родившуюся в их союзе, он отправил в храм Маарит, а позже уже по указанию богини, женился еще раз. Еще через лет пятнадцать хранители поняли, что им нужно найти Вожака. Как его искали не столь важно. Важно другое. Его супругой стала аайни, взявшая себе имя Айли. Она, как ты знаешь, создала Венец. Именно к ней пришел четвертый, в надежде получить прощение и… нарвался. Девушка конечно знала об истинном лице своей матери, как-никак она была голосом богини, но простить ее смерть не могла. А потом добавила свое условие в проклятие отца. Четвертому мало прощения, его должны искренне полюбить. Она считала что такое чудовище не заслуживает любви, а значит страдать он будет до конца времен. Надо сказать пропробабка, или как там правильно, у тебя была той еще стервой!

— То есть?

— Я тот четвертый дракон, чье имя потерялось в веках. И только Клан знает истинную правду. И отделились мы, не из-за глупости про клыки, это просто чтобы к нам не лезли. Первыми кланниками были воины, которые вместе со мной шли в бой и не верили что их предводитель убьёт кого-то невиновного.

— Неужели за столько лет, тебя никто не полюбил?

— Искренне? Без оглядки на все? Нет. В этой комнате я пытался покончить с собой бессчётное количество раз. Здесь же жил, отдав трон одному из своих потомков. Кстати тот идиот, который на тебя покушался и которого я назвал своим кузеном, на самом деле мой внук. Я пытался за эти тысячелетия создать семью, пусть даже женщины не любили меня, но хотели получить положение. Как-никак я был почти вожаком, пусть и маленького клана. Увы, все дети либо погибали во время становления, либо… все было еще хуже. Одного мне пришлось убить собственными руками, потому что нет ничего страшнее — сумасшедшего дракона. Мой неудачный внук… Мне казалось его отец был единственным достойным отпрыском и я даже отдал ему власть над кланом, и тогда я жил тут, в надежде оградится ото всех. Увы, все вышло несколько сложнее и мне снова пришлось вернуться на место главы Клана. И тут я встретил тебя…

Я не заметила когда он успел подойти так близко. И сейчас с каким-то странным чувством наблюдала за тем, как он осторожно гладит костяшками пальцев мое лицо, как убирает упавшую на глаза прядь.

— Знаешь… мне казалось что душой я умер в тот момент, когда друг меня проклял, а вернула меня к жизни — ты.

— Зато теперь понятно что показалось странным Аксели. Он еще после первой встречи с тобой, сказал что в тебе есть что-то странное…

— Мякинен вообще на редкость умный парень. Кстати он уже в курсе кто я. Причем в отличие от некоторых, догадался об этом сам.

Как это? То есть сам догадался, а своей фтае не сказал? Ух! Поймаю этого тихоню, хвост оторву!

— Айли… — позвал мужчина. А потом спросил, глядя мне в глаза: — Ответь, только честно, как ты ко мне относишься, после того, что я тебе рассказал?

— Мне… нужно подумать и переварить новости. Сложно сразу осознать что дракон который… в общем что ему уже несколько тысячелетий и он своими глазами видел как демоны прошли в мир.

— Пять минут. Больше думать не дам, — улыбнулся он. — И думай в моем присутствии. Можно даже вслух!

Я стукнула этого наглеца и… рассмеялась. Таким вот несерьезным, наглым он был мне хорошо знаком.

— Лео, скажи… когда ты сказал что влюбился в меня…

— Я говорил чистую правлю, любовь моя, — ответил собеседник, обняв меня. — Знай я, что это проклятие даст мне возможность встретится с тобой, сам бы уговорил хранителя проклясть.

Уткнувшись носом в его ключицу я выдыхала удивительно родной запах. Такой бывает зимой, когда ярко светит солнце и отражается в свежевыпавшем снегу.

— Ты подумала?

— Да. Но ответ дам, только когда ты меня вернешь домой. Не знаю как на тебя, на меня эта комната действует угнетающе.

Секунда и мы в моей комнате в резиденции Вожака. Он смотрел в упор, не мигая и… кажется ждал приговора. Я сама наклонила его голову ближе и поцеловала, вкладывая в это все свои чувства. А когда разорвала поцелуй, прошептала:

— Я люблю тебя. И да… я разделю с тобой небо.

Его шальная улыбка и еще один, долгий, затягивающий поцелуй. Мы целовались, пока не послышался странный звон.

На полу лежали четыре осколка какого-то странного серебристо-золотого металла.

— Что это?

— Это, спали оковы моего проклятия, — сказал Лео, подобрав один из них. — Такое бывает, когда магии много и ее воздействие на субъект не прекращается долгое время.

А заметив в моих глазах удивление, добавил:

— Я посвятил много времени изучению магии. До книги-артефакта хранителя магии моим заметкам конечно далеко, но знаю я достаточно много. Особенно о воздействии магии на других.

— И теперь… ты смертен?

В ответ это чудо лишь пожало плечами. Ладно, не хочешь по хорошему… Я дернула за нить, связывающую меня с нужным хранителем. Все-таки как иногда удобно быть фтаей.

— Что-то случилось? — спокойно поинтересовался Аксели, выходя из портала. На этот раз туфлю вслед никто не запускал. Зато оттуда раздался детский плачь. О! Я оказывается пропустила рождение.

— Мальчик? — не удержалась и все-таки спросила.

— Двойняшки.

Впервые на моей памяти хранитель смерти улыбнулся. И надо признать, теперь я заметила что он красивый мужчина с обаятельной улыбкой.

— Я хотела узнать… — не сумев подобрать слова, ткнула пальцем в стоящего рядом Коуки.

— Все в порядке. Насколько я вижу, преграды больше нет. Хотя есть что-то другое… но с этим к Раймо.

Стоило вспомнить хранителя магии, как он тут же высунулся из нового портала.

— Все в порядке? Я почувствовал сильный магический всплеск, почки как с границы, — а вот этот дракон был серьёзен как никогда!

Мы кратко обрисовали случившееся и снова указали на Лео, который прикрывал глаза рукой и с трудом сдерживал смех. Надо мной ржет, чешуйчатый.

— Насколько я вижу… ого! Если объяснять проще, то жизнь Коуки теперь завязана на тебе Айли. И стареть он будет вслед за тобой. Если бы этого не случилось, то дракон умер бы сразу, как с его души сняли бы запрет на уход в мир мертвых.

Услышав это мой дракон резко посерьёзнел и задумался. Причину этой задумчивости мне удалось узнать только когда хранители вернулись к своим делам.

— Знаешь… сначала я думал что твоя пробабка создавшая Венец сделала еще уже, но сейчас… если бы на мне осталось только проклятие хранителя смерти, то получив прощение, а получил бы я его в лучшем случае от его внука, я бы почти наверняка умер. Это если не говорить о том, что она оставила мне молодость. Ведь ставя условие про искреннюю любовь, она сказала что я не познаю старости… мог бы, сходил на ее могилу, сказать спасибо.

Я ничего не сказала. Просто молча обняла своего дракона и выдохнула. Теперь все будет хорошо! Вместе мы со всем справимся!

Полгода спустя

Я недовольно смотрела на себя в зеркало. Платье раздражало и вообще выглядело по-дурацки!

— Что с тобой? — спросила Тарья, обнимая за плечи.

— Платье раздражает. И оно дурацкое! — высказала свои мысли вслух.

— Оно, традиционное, — хмыкнула зашедшая в комнату Андреа. — Мне тоже в таком пришлось ходить. Хотя и не долго, мы-то с Раем нормально свадьбу не сыграли.

— И радуйся! — это были уже Хель и жена хранителя жизни. Последняя правда добавила:

— Ярно вообще шутил всю дорогу, из-за чего нам пришлось проводить церемонию три раза! Первые два жрец отказывался связывать нас обрядом. Говорил жених несерьезно к этому относится!

Супруга Аксели молчала. Ее муж свадьбу не срывал. И вообще насколько я знаю, умудрился провернуть ее в рекордно короткие сроки. Думаю ему сыграло на руку то, что этого хранителя панически боялась большая часть драконов.

— А можно я все-таки в брюках? — спросила сама не знаю у кого.