Любовница короля (СИ) - Квей Клик - Страница 102

— Это бы объяснило, почему такой образованный человек начал спать с маленькой девочкой, которая даже для любви не созрела, — задумалась Хлоя. — Кларк был очень педантичен в этом вопросе. А ещё довольно брезглив.

— В каком смысле?

— Ну, он ложился на пол, когда у меня начинался месячный цикл. Как и любая другая женщина, я следила за собой, подкладывала тряпки и регулярно мылась. Но Кларк относился ко мне с брезгливостью. Если на людях он порой делал вид, что у нас все хорошо, то в такие моменты его одолевало отвращение. Он не хотел меня касаться. Это было весьма неприятно и больно. Меня словно отвергали, как какое-то животное, которое прогоняют из стаи, когда начинается месячный цикл. Неужели в его глазах я была так ужасна?

Алекса тоже заинтересовалась этим вопросом.

— Возможно, дело не в тебе, тетушка, — промолвила она. — Ты ведь тоже Остин, да?

Хлоя тяжело вздохнула и выдавила робкую улыбку.

— Вот мы и подошли к главному, — сказала она. — Да, Алекса. Я Хлоя Остин, дочь короля Оскара Остина VI, младшая сестра Роксаны Остин и, похоже, последняя претендентка на трон королевства Шарджа.

— Как официально, — улыбнулась Алекса.

— Нервы, — ответила улыбкой Хлоя. — Я сижу перед убийцей своей семьи. Ты истребила всех моих родственников. Думаю, скоро настанет и мой черед.

— Ты спала с членами семьи? — серьезно спросила Алекса.

— Да, — кивнула Хлоя. — Отец взял меня, когда я расцвела, а потом отдал порченую Кларку Холлу. Я выродок, Алекса. Из-за того, что во мне была намешана всякая кровь Остин, у меня возникли серьезные проблемы. Я родилась бесплодной. Думаю, Кларк знал это, но молчал.

— Возможно, поэтому он и не любил тебя до конца, — предположила Алекса. — Скажи, как же так вышло, что я этого не знала?

— Ну, тут все довольно просто. Мой отец всегда боготворил Роксану, потому что она родилась такой чистой и светлой. Ты должна была заметить, что весь род Остин выделяется своими темными волосами. Меня родила графиня, член семьи, а Роксана появилась на свет чистым путем. Её родила законная королева. Я этого не застала, ведь королева умерла после родов, однако слуги говорили, будто бы она была невероятно красивой. Разумеется, король не мог игнорировать безумное сходство матери и дочери. Так зачем ему темноволосая наследница, каких в роду уже в избытке, когда рядом есть белокурая красавица Роксана? Я осталась в стороне. А чтобы не мешалась под ногами, король отдал меня на воспитание Диору де Сатиру, от которого я попала к ещё менее примечательному семейству. Прожив вдалеке от дворца несколько лет, отец решил, что мне пора выйти замуж. Меня отправили ко двору, где я провела с отцом несколько ночей, пока Роксана вынашивала первого ребенка, а уже оттуда попала в руки Кларка. Отец не хотел афишировать свои темные дела с членом семьи, от которого я появилась на свет, а раз уж Кларк был в курсе симпатий короля, потому что узнал об этом от учителя, они нашли общий язык и заключили сделку. Кларк Холл скажет, что взял себе в жёны обычную графиню, не имеющую отношение к короне, а король сделает его королевским лекарем.

— И тут появился Андре де Дижон, — догадалась Алекса.

— Андре много лет занимал этот пост, однако не был посвящен в некоторые детали, — подтвердила Хлоя. — Тут его взяли и сместили, из-за чего он начал дико протестовать и конфликтовать с Орланом де Мессом, твоим дядей. На этой почве два врача схлестнулись, а под удар попала ты. Кларк собирался тебя убить, чтобы спасти Анну, как ты сама об этом сказала, а Андре решил тебя спасти, чтобы вставить коллеге палки в колёса. Только Андре не был в курсе того, что происходит. Кларк доходчиво объяснил, вот только было уже поздно. Ты выжила, я оказалась заперта в лаборатории под землей, а эти двое вцепились так, что никто даже не понял, как короля отравили. Кстати, ты знаешь, что…

— Знаю, — кивнула Алекса. — Твоего отца убил мой отец. За это можно сказать спасибо Карлу Масуру, который сейчас мирно храпит в постели. Он впутал моего отца во всю эту авантюру, избавился от Дункана Масура, своего отца, а потом и от твоего отца.

— Ох, уж, — тяжело вздохнула Хлоя. — Вся эта политика и заговоры так выматывают.

— Тут я с тобой согласна, тетушка.

Женщины тихонько захихикали, стараясь не разбудить мужчин. Однако ни Карл, ни Костин в этот момент не спали. Они лежали в разных постелях, ждали своих любовниц и с большим любопытством слушали разговор. Если Карл и догадывался о некоторых деталях, то для Костина вся эта информация стала снежным комом, в котором он оказался и скатывается с вершины горы Гордон, оказавшись в довольно невыгодном положении. Обычный деревенский мужчина, рожденный и воспитанный в деревне Яма, никогда раньше не думал ни о заговорах, ни о политике. Только теперь, оказавшись посреди бури, в центре которой находится Предвестница, он понимал, что обратной дороги уже не будет. Его затягивало в эту воронку все глубже и глубже. Стало казаться, будто бы выхода из неё нет. Может быть, когда-нибудь он сможет вернуться к обычной жизни простого солдата, возможно, даже фермера. Но сейчас прошлая жизнь осталась на суше, пока его затягивает в болото королевских интриг. Сестра была убита, дома у него больше нет, а единственная любовь, с которой он бы хотел прожить до конца жизни, сейчас находится в избе с законным мужем.

— У тебя удивительная дочь, — не скрывая гордости, сказала Хлоя. — Офелия, верно? Мы с ней пожили здесь какое-то время. К сожалению, Карл быстро покинул эти места, оставив меня здесь совершенно одну. Но это ничего. Я была рада познакомиться с такой умной девочкой. Надо же, восьмилетняя королева, правящая королевством после восстания.

— Она и вправду чудо, — подтвердила Алекса. — Я невероятно счастлива, что у меня родилась такая удивительная девочка. У неё все задатки королевы. Может, мы были воспитаны по-разному, однако каждого ребенка учат одинаково. Я тоже начала учить Офелию, когда той было чуть больше трех лет. В то время я все ещё думала только о мести, а потом, обратив внимание, что моя дочь весьма способная ученица, начала задумываться о будущем. Офелия оказалась умна и развита не по годам. Ей нравилось играть, веселиться, как и всем детям. Но когда речь заходила об учебе, её словно подменяли. Мы за месяц выучили все буквы. Научились читать и писать.

— Это нормально…

— На двух языках? — улыбнулась Алекса. — К четырем годам Офелия свободно читала, говорила и писала на двух совершенно разных языках. Ты тоже была в империи и знаешь, насколько тяжел в освоении этот язык. Я сама училась у того чернокожего мужчины, что жил в Яме. У меня ушло больше года. Офелия выучила за месяц. И не один, а сразу два языка.

— Потрясающе! — приятно удивилась Хлоя.

— Но и это не все, — продолжала Алекса. — У Дауда была просторная библиотека в доме, где книг было в избытке. Разные жанры, начиная от детских сказок и заканчивая историей. Однажды я решила посмотреть, что из этого выйдет и дала Офелии вместо сказок о рыбке, здоровый кирпич на тысячу страниц истории. Так меня ждал шокирующий сюрприз. Мало того, что Офелия в четыре года начала без особых сложностей вникать в историю, так ещё больше не нуждалась в сказках. Я пыталась ей подсунуть детскую книжку, но стоило уйти, как она возвращала сказки на полку, а оттуда брала что-нибудь историческое. Она хотела знать факты. В этом её отличительная черта. Офелию не интересовали истории о том, как мишка строил лестницу, чтобы достать мед. Она познавала истории правления императоров, которые совершали ошибки, правили и умирали. А стоило нам сбежать и отправиться на север, где мы познакомились с иноземцем Иваном, который тоже был историком, Офелия привязалась к этому человеку, без моего участия выучила язык какого-то княжества Патус, в шесть лет начала вести дискуссии с взрослым мужчиной, пока остальные дети играют в снежки. Я быстро поняла, что моя дочь достойна не только красивой жизни, но и власти.

— Теперь она королева, — сказала Хлоя. — Ты уже можешь ей гордиться.