Доступна и беззащитна (СИ) - Володина Таня - Страница 2

Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула морской воздух. Тоже балтийский, как в родном Питере, но почему-то совсем другой. Влажный, вкусный, южный. Дурнота медленно отступала. После неудобного перелёта Санкт-Петербург — Стокгольм — Мариехамн меня пошатывало и знобило. Обычно от аэрофобии помогает стаканчик спиртного, но в этот раз я не могла позволить себе выпить. Работа. На работе я не пью — это требование безопасности.

Пока таксист грузил в багажник наши тяжёлые чемоданы, — всё-таки четыре дня, три ночи, — Вика закурила. Я стояла рядом, разглядывая пассажиров. Никто никуда не спешил. Народ тащил свои чемоданчики к остановке, смеялись дети, щебетали птицы. Пахло самолётами — немного керосином, немного горячей резиной. Асфальтом. Прошла компания парней — все в мятых шортах, мятых футболках и с рюкзаками. Студенты, наверное. Словно по команде они уставились на нас. Ну ещё бы, такая красавица в их заштатном городишке. Вика сделала вид, что не замечает заинтересованных взглядов (или правда не замечала), а я улыбнулась парням.

Может быть, когда-нибудь у меня появится парень.

Может быть, когда-нибудь я влюблюсь.

Степан выглядел хуже, чем на фотографиях с Каннского кинофестиваля: ниже ростом, толще и морщинистей. Он невнятно нас поприветствовал и схватился за поручень. Его протеже — богатырского телосложения блондин с внешностью голливудской кинозвезды — тоже шатался из стороны в сторону. Небольшую яхту под названием «Оскар» ощутимо покачивало, но эти двое шатались не поэтому. Они были абсолютно, беспробудно, вдребезги пьяны.

Зачем мы им понадобились? Они и без нас замечательно проводят время.

2. Арендованные люди

Молодой матрос с загорелым лицом провёл нас в каюту. Сказал на русском:

— Вам придётся спать в одной каюте, она двухместная. Душ-туалет есть. Бельё, туалетные принадлежности — я всё для вас приготовил. Будут какие-то вопросы — обращайтесь. Я наверху.

— Как тебя зовут? — спросила Вика.

— Антон.

— Спасибо большое, Антон.

Даже у меня от её мурлыкающего тембра побежали мурашки. Антон смутился, кивнул и вышел. Надо взять у Вики парочку уроков по вокальному соблазнению.

Я плюхнулась на свою койку. Колени больно упёрлись в матрас Викиной постели. Хорошо, что мы обе худые, иначе в этом гробике мы бы не разминулись. Слиплись бы как две половинки пирожного «буше».

— Они бухие, — сказала я, наблюдая, как Вика распаковывает чемодан и достаёт купальник. Не микроскопический от Версаче, а спортивный и по виду очень удобный. — Слышишь? Наши клиенты в хлам.

— Какая разница? Пускай, — спокойно ответила она. — Люди отдыхают, расслабляются. Чего сидишь? Переодевайся и пойдём проводить рекогносцировку местности.

— Чего проводить?!

— Вечером мы будем изображать хозяек этой чудесной яхты. Поэтому надо выяснить, что где находится, кто тут живет и как кого зовут. Заодно проверим, как движется подготовка к вечеринке. Живо! Мы не отдыхать приехали.

«Оскар» готовился к приёму гостей. Один матрос убирался на главной палубе, где располагался просторный салон с белыми кожаными диванами и обеденным столом. Загорелый Антон возился на кухне. Он пересчитывал ящики со спиртным, фруктами и деликатесами, ставя галочки в длинном списке. Наверное, доставили из города. Я увидела стеклянные банки с фуа гра, контейнер с икрой, головки сыра. Антон посмотрел на меня, сказал:

— Вечером приедут официанты из кейтеринговой компании. Они всё приготовят — закуски, ужин, десерт. Пива хочешь?

— Нет, спасибо, я не пью… — и проглотила окончание фразы: «на работе».

Притворяться перед ним, что мы знакомые Степана, не получится. Он наверняка в курсе, кто мы, откуда и зачем. Я подошла к столу, положила ладони на прохладную столешницу:

— Ты давно у Степана работаешь?

Разузнать бы что-нибудь о нашем клиенте. В интернете информации много, но как знать, насколько она правдива?

— А я не у него работаю. Я работаю на фирму, которая сдаёт в аренду яхты.

— А, так яхта арендованная?

Он поднял на меня глаза:

— Так тут всё арендованное. Включая людей. Разве нет?

Какой проницательный юноша. Я хмыкнула и пошла знакомиться с яхтой дальше. Зашла в рулевую рубку, расположенную тут же на главной палубе, поздоровалась с капитаном. Рядом с ним сидела Вика и выспрашивала о предстоящей морской прогулке. Кэп, седой бородач в шортах и майке, сказал, что после посадки гостей на борт мы отчалим и пойдём на север, в пролив между Аландом и Эккерё, а оттуда двинемся в Ботнический залив. Там, вдали от берегов и чужих любопытных глаз, гости провеселятся до утра. После рассвета — возвращение в гавань. Те из гостей, кто будут в состоянии покинуть судно на своих двоих, — уедут отдыхать в гостиницу. Те же, кто будут нетранспортабельны, — а такие непременно будут, судя по богатому опыту капитана, — останутся здесь. Есть ещё две свободные каюты, да и на диванах в случае необходимости можно поспать.

Я оставила Вику в рубке и поднялась на флайбридж — верхнюю палубу. Маленькая, затянутая от солнца сине-белым полосатым тентом, с диванами и креслами, она была самым уютным местечком на яхте. Я сделала два шага и увидела, что на диване спят Степан и его протеже. Я на цыпочках развернулась и собиралась тихо уйти, как Степан прокашлялся и сказал:

— Стой. Иди сюда. Как тебя зовут?

Я повернулась:

— Диана.

— Да, точно, я вспомнил… — Он взял со столика длинную трубку с непропорционально маленькой головкой, вытряс на ладонь пепел, зачем-то понюхал его и вытер руку о штаны. — Милый псевдоним, тебе идёт.

— Это моё настоящее имя, — соврала я.

Он прищурился и ехидно улыбнулся. Вот так, прищуренным, он был больше похож на свои журнальные отфотошопленные портреты. Даже одутловатость и мешки под глазами куда-то делись. Выспался, что ли?

— Да ладно, кто сейчас называет дочерей этим именем? «Венец творенья ди-и-ивная Диана», — пропел он весьма мелодично. — Или ты с Кавказа? Там Диан много.

— Я из Карелии. — Я поколебалась, но решила рассказать легенду: — Я родилась осенью девяносто седьмого года…

— Ну и что? — не понял Степан.

— Леди Диана разбилась той осенью. Мама её любила и назвала меня в честь неё.

— Дура она была, твоя леди Диана, вот и разбилась. Впрочем, цветы у ограды Кенсингтонского дворца я положил. Я тоже её любил… — Он вздохнул и пихнул в бок спящего блондина. — Макс, вставай, я познакомлю тебя со своей девушкой.

Вечером приехали гости. Я думала, это будет какая-то светская вечеринка, да и в изложении Василия Ивановича это так звучало, но из женщин приехала только известная блогерша-сплетница по имени Жанна и какая-то странная тетёнька, похожая на пожилую секретаршу. Остальные — мужчины. Пятеро человек. Возраст — от двадцати пяти до семидесяти, по виду — представители бизнеса, золотой молодёжи и пенсионеры. В общем, сборная солянка. Все они были знакомы между собой, общались по-приятельски и свободно, но было видно, что они не друзья и встречаются редко. Некоторые обращались друг к другу по имени-отчеству, а «секретаршу» все вежливо называли «мэм».