Другие: Она чужая (СИ) - Мэйз Евгения - Страница 75

— Ты остаешься в машине и ждешь меня тут. Я приехала в гости, будет нехорошо, если ты начнешь прыгать на хозяйку — допрыгалась уже.

Сказав все это собаке, Кэш закрыла дверь пикапа и отправилась к дому, ступая по узкой тропинке, стремясь идти по ней и не заходить за край, чтобы не нарушить очарование от почти что зимней картинки. Дом волчицы не был большим, скорее маленьким, простым, из необработанной, не пропитанной ничем древесины, которая местами начала темнеть от сырости, но при всей своей простоте он был двухэтажным с широкой крышей, нависающей над землей. Архитектура не совсем в духе этих мест, но в этом была своя прелесть. Странно только, что она не заметила нигде ее машины, даже следов от нее. На стоянке возле бара ее тоже не было.

Кэш постучалась в дверь, поиски дверного звонка так ни к чему и не привели. Ей никто не отвечал, на уши давила звенящая тишина леса вокруг. Кэш уже собралась уходить, ей долго никто не открывал, как дверь все-таки распахнулась, на пороге стояла знакомая ей девушка в домашнем, светлом-сером костюме, сильно бледная (хотя куда уж бледнее?), взлохмаченная, с покрасневшими от сна глазами.

— Извини, не думала, что разбужу.

Кэш быстро взглянула на часы — день в самом разгаре. Три часа дня.

— Что тебе нужно?

— Поговорить. Я с дарами, подумала пить вино с утра моветон. Может поговорим нормально? Без клыков, зубов, мечей и собак.

Кэш протянула ей кофе в стаканчике, который захватила в баре, попросив Сэма «завернуть» с собой, как знала, что пригодится!

— А она?

Кэш обернулась на разрывающуюся в лае, запертую в машине, Лили.

— К ветеринару возила. Так пропустишь меня в дом? Или мне топать восвояси?

Хлоя посмотрела на протянутый ей кофе, медленно кивнула и посторонилась, пропуская ее в дом.

— Проходи.

Кэш повела плечами, стряхивая неприятное ощущение вдруг навалившегося напряжения. Она очень беспечна или самонадеянна, по сути плохо знает эту девушку и с той может статься, что она нападет на гостью со спины. Они прошли на кухню, которая остро нуждались в прикосновении тряпки, хорошего моющего средства и мешка для мусора.

— Извини за бардак, сегодня как-то не до уборки было.

— Ничего. Моя кухня тоже повидала всякое.

Девушка выудила невесть откуда взявшийся мешок для мусора, одним махом сгребла все со стола, а затем протерла мокрой тряпкой и бумажным полотенцем. Кэш поставила стаканчики на стол, один придвинув к девушке, до этого она рассматривала простенькую кухню, с деревянными шкафчиками, узкую мойку с несколькими тарелками в ней и сушилкой, доверху забитой разнокалиберной посудой: от тарелок и кружек — до пластиковых контейнеров, эмалированных чашек, крышек от кастрюль и одним дуршлагом сверху. Она и сама так делает, сначала создает такие башни из посуды, а потом разбирает их, дожидаясь, когда ее «блоки» полностью высохнут.

— Ты я смотрю не побоялась прийти ко мне, — проговорила Хлоя, — даже спиной повернулась. Одно движение, и я бы сыграла твоей головой в регби.

Кэш покрутила стаканчик на месте, затем отломила крышечку и сделала небольшой глоток кофе, от которого честно говоря начинало уже подташнивать. То ли кофе был особенно дрянной сегодня, то ли она перепила его, то ли организм намекает, что хватит и надо бы нормально поспать, а не пичкать его энергетиками.

— Ты тоже.

Кэш не стала уточнять, что стала бы делать с ее головой, она не заходила так далеко в своих размышлениях и фантазиях.

— Не буду делать вид, что совсем ничего не знаю. Мне кратко обрисовали суть происходящего, но я хочу услышать нормальный рассказ от тебя. У мужчин свое видение ситуации, а у девочек свое.

— Дэн?

Кэш покачала головой, правильно истолковав ее вопрос.

— Нет, Пэйн.

Хлоя усмехнулась и, как показалось Кэш, презрительно покривила губами. Вряд ли эта улыбка предназначалась Алексу, скорее всего Дэну.

— Как он?

Кэш пожала плечами.

— В порядке, когда уходил, было именно так. Голова, руки, ноги — все было на месте.

Хлоя отпила кофе, вопросительно приподняв брови.

— Его подружка от меня забирала, может, она уже выпотрошила его в приступе ревности, но это уже не мое дело.

— А до этого момента было твое? От тебя кстати пахнет им.

Кэш отставила от себя кофейный стаканчик, выругавшись про себя. Он это точно нарочно сделал, она совсем забыла о тонком нюхе оборотней. Кэш не уверенна, что он забыл об этом. Как его называть после этого? Сволочь он и есть.

— Тебе виднее. До этого было мое дело, мы были знакомы с ним в прошлой жизни.

Ограничилась Кэш кратким объяснением, вчера, она быть может пооткровенничала, поболтала бы с ней по-женски, но не сегодня, ситуация в корне изменилась. Кто знает для чего она дружбу с ней водила? Причин для недоверия у нее более чем достаточно, одна из них — ее собственный печальный опыт с Эмили.

— Понятно.

Хлоя помолчала еще немного, затем начала говорить. Много, даже то, что совсем не рассчитывала услышать Кэш.

— Моя родная стая, наше поселение волков находится далеко на севере, восточнее Крейга, в трех днях пути, если передвигаться на своих четверых. Я действительно родилась в этом городе, у меня здесь семья, но в силу определенных причин я теперь живу отдельно. Родители у меня нормальные, все нормальные в какую сторону не кинь.

— Кроме Дэна. Или вы все-таки не родственники?

Хлоя покрутила стаканчик на месте, вновь сделав небольшую паузу.

— Родственники. Но очень дальние, он ведь куда старше меня, приходится ровесником моему деду, он ему брат выходит, четвероюродный или даже больше. Когда искали общих родственников нашли одного дальнего, там уж не поймешь, кто мы друг другу. Не поймешь кто и с кем согрешил тогда, но что-то такое определенно было с нашей стороны, чья-то жена сходила на сторону.

Хлоя усмехнулась.

— Я впервые увидела его, когда была совсем маленькой, он тогда был здесь проездом, остановился ненадолго, чтобы повидать родню. Представь, приезжает легенда — в эту байку об оборотнях, что могут родиться в нашей семье никто уже и не верил, а тут он, красивый, сильный, мудрый и опасный. Я сразу почувствовала это. Такое трудное для описания чувство что-то среднее между восторгом, трепетом и опаской. Сколько ни думала об этом, все никак не могла понять, почему так решила? Списала все на детские страхи и восторги. На него все смотрели так, кто с восторгом, а кто с опаской, а я была ребенком, так что не мудрено. Пять лет назад он вернулся в Крейг, решил обосноваться здесь ненадолго. А у меня через два года наступило совершеннолетие, а через месяц первый зов зверя. Я-то наивная думала, что это всегда с тобой, что с самого начала понятно оборотень ты или нет. Никто не рождается с хвостом и только в стае, среди себе подобных дети могут оборачиваться в волков чуть ли не с пяти лет, а по-другому, не в своей среде, нет. Я жутко перепугалась в первые минуты, это как первые месячные, но все гораздо хуже, как будто амфетамина наглоталась и боль несусветная, выворачивает изнутри. Все смешивается запахи, картинки, звуки. Особенно меня выводили запахи. Я все поняла, тут уже не пошла к маме — это знание просто пришло ко мне и все тут. Ничего умнее не придумала, пошла к нему. Дура.

Хлоя поднялась, подходя к столу и выуживая оттуда смятую пачку сигарет, закуривая и выдыхая густую струю дыма.

— С точки зрения оборотней я все правильно сделала, пошла к более опытному, главному и сильному. С точки зрения людей, наверное, тоже, хотя теперь я так не считаю. Думаю, что этот момент повлиял на все случившееся после, с моей стороны определенно. Понимаешь, я еще человеком была, телом так точно, а уже мыслила, как волк. Моя волчица решила, что Дэн главный и надо идти к нему. Надо отдать ему должное, он сразу все понял, не стал задавать идиотских вопросов из разряда: что случилось Хлоя? Что ты делаешь здесь в столь поздний час? Он возился со мной, когда меня рвало и на части тоже. Первый оборот он мучительный, болезненный, сводящий с ума. Тебе это знать не обязательно, но среди своих все происходит куда проще, вроде как коллективное сознание помогает. Все чушь про полную Луну.