Идеальный хозяин (СИ) - Володина Таня - Страница 37

«Стрельбы на острове не будет». Женя тут же вспомнила, что где-то здесь — в доме или во дворе — были убиты Потапов-старший и прелестная, ни в чём не повинная борзая Люси. Страшно было представить, что творилось в душе Сергея. Возможно, ему казалось, что он видит кошмарный сон.

Влад резко вложил пистолет в кобуру и шагнул к окну. Рванул шторы, впустив солнечный свет, на миг ослепивший всех вокруг, и вышел из комнаты. Левент вместо оружия достал телефон и начал набирать номер. Сергей отвернулся от Яна и наклонился к Жене:

— А я развяжу Лулу.

Он снял с неё маску и прошептал на ухо:

— Не бойся, ты в безопасности.

Как ни банально прозвучали эти слова, ей немного полегчало. Сергей расстегнул лапы-перчатки. Отщёлкнул карабины, и Женины ступни, как безвольные деревяшки, упали на пуфик. Она застонала от боли, когда в ногах начало восстанавливаться кровообращение. Сергей снял наколенники и остановился в нерешительности:

— Ты позволишь? — он коснулся хвостика.

Что за удивительный характер! Ему хватало терпения и человеколюбия возиться с ней после того, как выяснилась правда о шпионаже. Другой бы на его месте возненавидел проныру-журнашлюшку, а он даже глазом не моргнул.

Женя подставила ему попу, и он аккуратно вынул пробку. Женя охнула, Ян вполголоса ругнулся, а Сергей сделал вид, что ничего не услышал. Он посмотрел Жене в глаза. Последнее, что на ней оставалось, — хозяйский ошейник. Она подняла подбородок, подставляя шею. Сергей взялся за пряжку. Через секунду ошейник присоединился к кучке собачьих вещей.

Ну вот и всё. Она больше не Лулу.

— Тебе не обязательно уезжать с ним, — сказал Сергей, делая незаметный и якобы случайный шаг на линию огня.

— В смысле? — спросила Женя.

— Если хочешь, можешь остаться. Я о тебе позабочусь.

— Она здесь не останется! — воскликнул Ян. — Она поедет со мной, хочет она того или нет! Я не оставлю её с тобой!

Пистолет заплясал в его руках.

— Ты не выстрелишь, — сказал Сергей и выпрямился во весь рост.

Теперь он закрывал Женю от предполагаемой траектории пули. Ян сделал шаг влево, потом вправо, но Сергей надёжно блокировал Женю. Сбоку к нему пристроился крупный Левент. Ян разозлился:

— Отойдите от неё!

— Пусть она сама решит.

— Нечего тут решать! Она моя невеста, даже если ты её трахнул. Это ничего не меняет, это была маленькая глупая месть обиженной женщины. Я её прощаю!

Женя не удержалась от истерического смешка.

— Успокойся, парень, — добродушно сказал Левент, — пусть девушка сама выберет: уезжать неизвестно куда с человеком, который находится под следствием и живёт по фальшивым документам, или остаться в безопасности с людьми, которые не сделали ей ничего плохого.

Пока не сделали! А если узнают, что она сфотографировала документ из сейфа, то быстро переменят своё мнение. На самом деле у Жени не было выбора. Она должна уехать с Яном. Но как же согревала мысль, что хозяин готов ей помочь! И как жаль, что она не могла поговорить с Сергеем открыто.

Разве что… остаться и уничтожить фотографию? Забыть о ней, словно её глаза никогда не видели никакого постановления? Повиниться за нечестную игру и попробовать начать всё сначала?

— Не надо меня успокаивать! — рявкнул Ян.

— Опусти пистолет, — сказал Сергей. — Ты всё равно не выстрелишь, к чему эта показуха? Понтоваться будешь перед своими зрителями.

Ян демонстративно взвёл курок:

— Да мои зрители будут счастливы, если я тебя застрелю! Все пять миллионов. Ты думаешь, ваша власть никогда не кончится? Думаешь, президент передаст тебе полномочия и будет править из премьерского кресла ещё десять лет? Не будет этого! Мы не позволим! Я — этого не позволю!

— Ну, разумеется, этого не будет. Сегодня воскресенье — срок подачи заявлений для участия в выборах закончился. Я повторяю: я не собираюсь баллотироваться.

На мгновение Ян опешил, словно забыл, что срок подачи документов истёк.

— Неважно! Не в этот раз, так в следующий — ты обязательно выставишь свою кандидатуру. С такой-то поддержкой! Иначе зачем ты столько лет страхуешь его задницу? Тебя называют его правой рукой. Его преемником! Все знают, что он доверяет тебе больше всех и готовит на своё место.

— Ты слишком долго живёшь за границей и слишком много фантазируешь, — устало сказал Сергей. — Иначе ты бы знал, почему он мне доверяет.

— И почему же? — Ян ненатурально рассмеялся. — Скажи ещё, что ты его любовник!

— Я его сын.

49. Обломки и осколки

Ян в шоке уставился на Сергея, а Женя ощутила, что её мозг взрывается. Вот это сенсация! Она сразу же поверила в то, что Сергей — сын президента. Внебрачный и тайный — ребёнок, рождённый замужней женщиной от высокопоставленного любовника. Это всё объясняло: близость Сергея к Самому, его таинственное влияние, несменяемость на посту помощника. Да и внешнее сходство теперь казалось несомненным: в молодости президент тоже был кудряв и темноволос, а ростом всегда отличался выше среднего.

Но как же постановление?

Президент двадцать лет покрывал убийц отчима своего сына? Или, может быть, сам его и заказал — из ревности к матери ребёнка или по другой «уважительной» причине? Тут было где разгуляться с версиями! Какую скандальную историю можно состряпать на этом материале, сколько грязного белья перетряхнуть, сколько свидетелей опросить! Мозг, заточенный на вынюхивание (а то и раздувание) сенсаций, заработал в турбо-режиме.

И в то же время Женя понимала, что не станет копать эту золотую жилу. Она засыпет её пустой породой, накидает сверху веток для маскировки и забудет о месторождении. Не потому, что она внезапно прониклась к президенту тёплыми чувствами или поверила, что он благо для народа, а потому, что он был отцом Сергея. А причинить вред отцу Сергея она не могла — любой, кто был ему дорог, автоматически становился табу для журналистских стрел Жени Тихомировой. Она была не из тех, кто ради красного словца не пожалеет и отца, — в отличие от Яна Новика у неё существовали границы. Может, поэтому её видеоблоги смотрели пятнадцать человек, а выпуски Яна собирали миллионную аудиторию.

Компромат, за которым она охотилась, оказался бесполезен! Она им не воспользуется. Почему президент закрыл дело об убийстве, почему Сергей хранил это постановление в сейфе вместе с «береттой», что на самом деле случилось в Тихой Гавани в далёком двухтысячном году — всё это останется для неё загадкой. Она никогда и ни при каких обстоятельствах не посягнёт на отца своего любимого.

— И ты так просто говоришь мне, что он твой отец? — прервал её размышления голос Яна. — А если я обнародую эту секретную информацию?

— Обнародуй. И не забудь добавить, что у президента трое детей от Дженнифер Лопес, а его бастард трахает собак. Твой рейтинг взлетит до небес.

Ян громко скрипнул зубами.

В гостиную зашёл Влад. Профессиональным взглядом оценил диспозицию, понял, что градус напряжённости понизился (никто никого не собирался расстреливать прямо сейчас) и поставил чемоданчик у ног Сергея. Тот повернулся к Жене:

— Ты приняла решение?

— Какое? — растерянно спросила она.

— Ты уходишь с ним или остаёшься со мной?

О, это прозвучало немного иначе, чем десять минут назад. Тогда ей предлагали заботу и безопасность, а сейчас… Что предлагали ей сейчас? Что подразумевал Сергей под фразой «остаёшься со мной»? Искушение одолевало Женю. Теперь, когда компромат можно выбросить в помойку, она могла бы… Она бы хотела…

Женя обвела взглядом всех вокруг и осознала, что сидит абсолютно голая — на кожаном пуфике посреди комнаты, облитая солнечным светом. Шестеро мужчин и одна женщина смотрели на неё и ждали ответа. Стыд жаркой волной окатил Женю с головы до ног. За последние дни она привыкла разгуливать голой и изображать собаку, но игра закончилась. Она больше не Лулу! Она — журналистка Женя Тихомирова. С ней разговаривали как с человеком, от неё ждали нормального человеческого поведения, а не собачьего скулежа. Женя прикрыла грудь и рванулась к чемодану, чтобы достать какую-нибудь одежду. Сомлевшие от долгой неподвижности ноги подломились, и Женя упала бы, если бы Сергей её не поймал.