Нет - это да (СИ) - Красовская Марианна - Страница 14

— А что такое любовь? Я Маркуса увидела за неделю до свадьбы. Это уже потом мы учились находить общий язык.

— Маркус — это не Таймэн. У него не было гарема и он не лез сразу в декольте, — вспыхнула Мэй, вдруг вспоминая, за что злилась на Тая.

— Ну да, он просто жрал своих любовниц, — хихикнула Иванна. — Не известно, что еще лучше. Мой отец был известным бабником. Дядя Аяз себе жену попросту украл. Раиль вон на Шессе женился, потому что спал с ней. А любил-то он другую. А мою тётю Милославу и вовсе за незнакомца в два раза старше ее выдали насильно. Ах да! Лилиана, твоя потенциальная свекровь, мужа с плахи вытащила. Так что ни у кого в моей семье не было "нормальных" отношений до брака. Все из рук вон. Даже рассказывать стыдно. А Таймэн, между прочим, Оберлинг. И немного Браенг.

— То есть у нас все было не так уж и грустно? — хмыкнула Мэй.

— У вас все было почти как положено. И предложение даже. И ухаживания… ну, с точки зрения Таймэна это так называется, наверное.

Женщины переглянулись и рассмеялись.

— Он, наверное, меня забыл, — задумчиво протянула Мэй.

— А чего ты больше боишься — что он забыл или что не забыл?

— Даже не знаю…

— Забыл — так вспомнит. А не вспомнит — значит, не любовь и была. Тем более бояться нечего. А если не забыл — посмотришь, как он вести себя будет. Все же год — порядочный срок. Ты ведь поедешь?

— Поеду. И Самюэля надо сопровождать, и вообще… я так мечтала увидеть Катай!

— Вот и увидишь. А Таймэн… ты ведь сама хочешь с ним встретиться?

— Очень хочу. Боюсь только, что он посмеется надо мной. Или вообще не заметит.

— Забавно. Год назад ты боялась совсем другого. А если…

— Я скажу ему "да", — перебила королеву Мэй. — Потому что в конце концов, мне двадцать два, а я всех мужчин сравниваю с ним. Это ненормально, Ива. Я так его ненавидела… а потом так скучала!

— Вот видишь, Мэй. Ты просто обязана развязать этот узел. Ты ведь умница. В конце концов, такая Императрица мне очень даже будет по душе.

— Ну уж нет! — жарко возмутилась Мэй. — Женой его я не буду, я не сумасшедшая!

Иванна дипломатично промолчала. Она уже видела, что Мэй во Франкию не вернётся. Таймэн ее просто не отпустит. Он ведь частично и степняк, а мужчины этого рода свое никогда не отдадут.

— Раз уж ты пришла, поможешь с бумагами? — мирно спросила Иванна. — Письма сами себя не напишут. И будь хорошей девочкой, скажи, чтобы принесли чай.

Глава 13. Новые горизонты

В Галлии Таймэн задержался до поздней весны. Во-первых, зимой через перевал идти было небезопасно. Во-вторых, домой ему не слишком хотелось. К тому же Галлия внезапно показалась ему близкой по духу: такая же унылая и заледеневшая. Холод снаружи помогал немного унять холод внутри, а тяжелая работа позволяла забываться крепким сном по вечерам.

Здесь он не был Императором. Здесь он назвался странствующим сезонным рабочим. Таких было в Галлии немало — катайцев много, они нередко уезжают искать счастья в другие страны. А Таю еще и отца нужно содержать; впрочем, отец его и сам работал наравне с сыном.

Линь Ор нагнал Таймэна на границе и предложил прокатиться по Галлии запросто, без фанфар. Тай согласился. Разумеется, у бывшего убийцы были нужные документы. Довольно быстро двое катайцев устроились на шелковую мануфактуру, где проработали пару месяцев. Неожиданно неплохой водный дар Таймэна сослужил ему добрую службу. Оказывается, с помощью воды можно не только играть в интересные игры с наложницами, но еще и управлять огромным печатным станом с водным приводом.

Тай нечасто пользовался даром всерьёз — разве что на пару с Акирой вызывал его водного дракона, но теперь радовался, что умеет управлять своими силами. Потом юноша все же заболел — с жаром и мучительным кашлем — и Линь Ор отвёз его к родне в замок Нефф. Там жил один из братьев бабушки Виктории. Оберлинги приняли новоявленного "внука" тепло, на ноги его поставили быстро, а там уж и снег на перевале сошел.

Тай вернулся домой. Шли пешком через Янгун, потом купили лошадей; пересекли Катай так же, не привлекая внимания. Ему уже было легче. Про Мэй почти не думалось, он даже пару недель провел с гаремом, отрываясь за вынужденное воздержание. К его досаде, это было куда менее интересно, чем раньше. Простой поцелуй с Мэй принес ему когда-то больше радости, чем вся неделя с женщинами. И это он тоже записал в амбарную книгу, которую, как дурак, везде таскал с собой. Если вдруг когда-нибудь им доведётся снова встретиться (не приведи дракон, конечно), он ей все припомнит. И болезнь свою, и обиды, это вот равнодушие к другим женщинам. С особым удовольствием он придумывал ей наказание, пока не понял, что так еще больше растравливает душу. Лучше не думать совсем.

— Это пройдёт, — коротко сказал Таймэну отец, который, хоть и был молчалив, слушать умел отменно.

— А если не пройдет?

— Отправим сватов.

— Она не согласна.

— Будем настаивать до тех пор, пока не согласится.

Тай ухмыльнулся. То, что родители безусловно на его стороне, немного утешало. Акира, правда, ржал над ним, как конь, и принялся выпрашивать себе близняшек из гарема — дескать, брату все равно не нужно. Разумеется, получил отказ.

Отец оказался прав. Прошло. Не то, чтобы совсем, но дикого желания, буквально потребности сесть на корабль и плыть к ней, больше не было. Таймэн научился быть (или казаться) спокойным. Холодным. Отстраненным. Так было проще всего.

Дела, которые вначале просто помогали отвлечься от глупостей, неожиданно захватили его. Тай ездил с отцом по стране, вместе с ним разрабатывал проект тоннеля через горы, слушал, учился, вникал.

— Мне нравится эта девочка уже тем, что выбила из Тая всю дурь, — заметил первый гуань Империи Шань Тайлин. — Ты зря переживаешь за сына, Лили. Мальчик повзрослел. Ему все это на пользу.

— Моему сыну плохо, — упрямо покачала головой Лилиана. — Почему я не могу приказать просто доставить эту девицу сюда? Мешок на голову… мой отец так сделал когда-то.

— Лили, это дипломатический скандал. Мы столько лет налаживаем отношения с Франкией, и испортить все ради прихоти избалованного юнца? Не смеши. К тому же это ТЫ хочешь ее украсть. Тай уже успокоился.

— Ты шутишь? Тай страдает.

— Ему полезно. В страдании очищается душа. К тому же женщина рядом делает мужчину слабым. Для Империи было бы лучше, если бы Император не был ни к кому привязан.

— Ты женщин не любишь просто, — недовольно напомнила Лилиана. — Будь твоя воля, ты бы Таю ютао подсунул.

— Ютао — это хорошо. Ютао не просто союзник, а еще и близкий друг. Ну и удовольствие, конечно. Жаль, Тай абсолютно не испытывает склонности к мужчинам. Хотя… если так дальше продолжится…

Лицо Шань Тайлина было, как всегда, невозмутимо, но он про себя откровенно забавлялся, видя, как Лилиана пылает гневом. Ему нравилась эта женщина больше других. В ней был дух воина.

Шань Тайлин был к женщинам равнодушен, считая их лишь слабым подобием мужчин, предназначенным исключительно для удовольствий. Он видел, что и Таймэн относился к своим наложницам так же. Единственная женщина, которую катаец признавал равной мужчинам, была Лилиана, но и в ней было слишком много скользкого и извилистого. Нет, он и сам не прям как бамбук, но Лилиана слишком уж непредсказуема. Возможно, если бы он встретил в юности подобную ей, жизнь его сложилась бы по-другому. Впрочем, Шань Тайлин ни о чем не жалел. У него было всё: власть, богатство и почет. Не было лишь сына, которому он мог оставить свое имя… но это лишь его выбор. Ему почти семьдесят, а женщина, в которой он мог бы увидеть мать своего ребёнка, так и не встретилась на его пути. Что ж, значит, такова его судьба.

--

Мэй сошла с корабля, кутаясь в тёплое пальто. На море еще кое-где встречался лед. В каюте было холодно. Рядом с ней топтался Самюэль, который безропотно натянул шапку и позволил завязать себе шарф. Ему тоже было холодно.