Апостол Новой Веры. Том 1 (СИ) - Малышонок Сергей Александрович "Седрик" - Страница 63

– Кхм, милорд Кусланд, можно вас отвлечь?

– Андерс? – я повернулся к целителю. – Да, что ты хотел?

– Я тут подумал… – маг опустился на колено и, протянув мне посох, зачитал слова вассальной присяги. Эффект был близок к разорвавшейся бомбе – вид того, как легендарный «Беглец» Андерс добровольно отдаёт свою свободу в руки командира Серых, поверг честную публику в глубокий шок. Приняв клятву, я мысленно довольно ухмыльнулся. Всё шло просто прекрасно.

– Ну что же, предлагаю спуститься вниз к ученикам и другим выжившим, времени осталось немного, – и народ медленно потопал вниз, по пути рассматривая изгвазданыне стены, с которых уже начали отваливаться наросты странной плоти. Не добавляли эстетики и разорванные, порубленные, сожжённые или полуразложившиеся тела.

– Ммм, Айдан, а ты ничего не забыл? – поинтересовалась Мариан.

– Хм… – неужели упустил что-то из политической программы? Или… Упс…

– А-а-а! – послышался крик у входа в зал с Каленом.

– Гра-а-а-а! – вторил крику мощный рык.

– Всем стоять! – рявкнула Солона, пресекая попытки магов начать творить волшбу, дракончики, кстати, после рыка девушки тоже резко замолчали и стали усиленно делать вид, что они белые и пушистые. Смотрелось это… странно, если учитывать, что эти «белые и пушистые», как и было приказано, сидели на храмовнике и добродушно улыбались ему на любую попытку шевелиться.

– Ч-что это? – Ирвинг неаристократично пучил глаза.

– А, – махнул рукой Андерс, – просто драконы. Милорд Кусланд провёл с ними воспитательную беседу, и теперь они на нашей стороне.

– Создатель! – простонал Старший Чародей. – Ладно… хорошо… Но что они делают с бедным Калленом?

– Высиживают, – не моргнув глазом, ответил профессиональный беглец.

– Высиживают? – Ирвинг продолжал скатываться во всё большее недоумение, но тут в разговор вмешалась Солона.

– Этот храмовник настоятельно требовал убить всех магов в Башне и вёл себя крайне неадекватно. Правда, когда мы шли вас вытаскивать, он пребывал в Барьере Крови, но смерть Ульдреда этот барьер сняла.

– И… каким образом тут участвуют драконы?

– Поставлены на случай, если Каллен будет буянить, – гордая дщерь дома Амелл вздохнула, – а мы будем не в состоянии его утихомирить.

– Ясно… Но драконы… – чародей поджал губы. – Это может вызвать серьёзные проблемы.

– Я ему то же самое говорила, – вступила в беседу и Винн, до этого лишь слушавшая пояснения молодёжи. – Бесполезно.

– Эй, не трогайте Снежка с друзьями! – защитник животных не спал.

– Снежка? – новоприбывшие маги… хм, ну что же, кажется, они потихоньку начинают понимать, в насколько необычную компанию угодили.

– Гррр? Ррваа!

– Не обращайте на него внимания, – махнул я драконам. – Никаких «Снежков» в именах, обещаю.

– Фыр! – это уже было довольно.

– Вот так и живём, – шебутной целитель явно наслаждался реакцией окружающих, заодно постигая Дзэн вслед за Алистером. Хотя то, что завернули его «прекрасное» для дракона имя, парня слегка обижало.

– Мир сошёл с ума, – подвёл итог один из спасённых магов, чьего имени я не знал.

– Кхм, милорд Кусланд, быть может, вы всё-таки снимете этих драконлингов с бедного парня? – напомнила о храмовнике Винн. Вот сдался он ей?

– Ладно, Алистер, возьми на контроль, не хватало, чтобы наш «друг» начал раскидываться Карой Создателя налево и направо.

– Хорошо, – Страж кивнул, а я просто подозвал дракончиков к себе. К счастью, предосторожности оказались излишними – придавленный отнюдь не лёгкими тушами Каллен был больше сосредоточен на восстановлении дыхания, нежели попытках прикончить пару-тройку магов. Вот только длилось это счастье недолго. Винн принялась приводить «пленного» в чувства, и первое, что этот пленный сделал – попытался шарахнуть своим искажённым Ки по целительнице. Но Алистер был быстрее.

– Тюк! – и неудачливый надсмоторщик магов вновь стал условно-безопасен.

– Нужно было скормить его драконам, – целитель с изрядным гневом смотрел на поверженного воина.

– Андерс! – вновь возмутилась Винн, а вот остальные маги особого неодобрения не высказали. Хотя, вполне возможно, что они были просто слишком заняты перевариванием свалившихся на них событий. В любом случае, долго прохлаждаться не стоило – Башня саму себя не обчистит.

– Так, хватит. Андерс, Солона, проверьте схрон, о котором упоминали встреченные нами выжившие. Возможно, там тоже кто-то остался. Алистер, ты с ними – прикроешь в случае чего, – маги и храмовник синхронно кивнули и отделились от общей делегации. – Ирвинг, подберите волшебников покрепче и пусть тащат этого болезного… и на всякий случай пусть свяжут. Впереди, к слову, будет валяться ещё один, так что на него тоже рассчитывайте.

– Хорошо, милорд Кусланд, – кивнул маг. – Гарн, Адриан, – два крепких волшебника лет тридцати на вид вздохнули и принялись освобождать воина от доспехов. Логично, вязать, а главное, таскать мужика в лишних двадцати килограммах железа действительно неудобно. Справились волшебники на удивление быстро, и делегация вновь двинулась вниз.

Внизу нас ждали обеспокоенные «юнлинги» под охраной не менее обеспокоенных «падаванов», впрочем, при появлении толпы (ну как толпы, всего двенадцать взрослых магов) знакомых наставников и просто старших товарищей молодёжь бурно обрадовалась и испытала изрядное облегчение. Правда, при виде драконов их радость несколько поумерилась, но всё же.

Пока «возвратники» обнимались и делились впечатлениями и новостями с «охраной», минуло полчаса. Я уже начал было беспокоиться за отправленную на разведку девушку, как она сама показалась, почему-то держась за правое, слегка припухшее и изрядно покрасневшее ухо. Рядом с ней шла… эльфийка. На вид что-то между двадцатью пятью и двадцатью восемью годами, значит, реальный возраст может быть уже глубоко за тридцать, если не за пятьдесят. Тем не менее, женщина выглядела весьма и весьма – тонкая талия и выделяющаяся даже сквозь бесформенный магический халат грудь, приятные и гармоничные черты лица и копна золотистых волос.

– И всё-таки мне очень интересно, а эльфийские чародейки умеют петь? – вопрос вырвался сам собой и был услышан обществом. Держащаяся за ухо Солона сделала классическую «чело-длань», а Андерс с Алистером довольно заржали и хлопнули руками.

– Я знал, что он скажет это! – ухмыльнулся храмовник.

А вот ушастую чародейку принялись сверлить три очень злобных взгляда. Ну и драконлинги стали изучать новых гостей, чем означенных гостей заставляли изрядно нервничать. Впрочем, после всего пережитого «домашние» дракончики уже не были чем-то сильно запредельным для уцелевших чародеев. Некоторые особо смелые (и безбашенные) дети даже осторожно подбирались поближе, дабы лучше разглядеть ящеров. Кстати о детях… Помимо эльфийки, наши рейдеры притащили ещё три десятка детей, пять подростков и двух взрослых волшебников. Итого, «добыча» составила трёх «титанов» – Старших Чародеев: Ирвинг, Винн и Леора – та самая эльфийка; тринадцать обычных магов, троих из которых «завербовал» я; полтора десятка «падаванов» и почти пять десятков «юнлингов». Это не считая Андерса и моих девочек. Ну и одного храмовника, куда же без него. В принципе, очень неплохо, если знать, что тут творилось, и безумно мало по сравнению с тем, что было. Ведь до всей той фигни с Ульдредом одних Старших Чародеев в круге было девять, четыре десятка магов да шесть десятков «падаванов». Только дети выжили почти что все – и на том спасибо, хотя, если смотреть на это цинично, то лучше бы выжили падаваны. Ах да, был ещё один «неучтённый» фактор. Точнее, откровенный балласт и «засланный казачок». Волшебница по имени Кейли. Тот самый случай, когда андрастианство головного мозга поражает волшебника. Она искренне считала свой дар проклятьем, ежедневно молила Создателя избавить её от этой «скверны» и была согласна с Правом Уничтожения, собственным Усмирением и прочими интересными вещами. Все мои волшебники смотрели на неё со смесью жалости и брезгливости, примерно как на Усмирённого. Но если к Усмирённым проявлялось больше жалости, всё-таки далеко не все они дали себя заклеймить добровольно, то вот на такое существо… Да чего там, у самого мелькнула мысль прибить её от греха, чтобы дальше заразу не распространяла. Но, увы, было нельзя – я стяг свободы, гуманизма и демократии в этом жестоком и тёмном мире, открыто убивать всех, кто мне не нравится – увы, никак. Оставив волшебников немного повариться в собственном соку и сформировать общее мнение, я обратился к пострадавшей чародейке.