Тень разрастается (СИ) - Крейн Антонина - Страница 105

Я Прыгнула к учителю, ласково прижав искорку-Лиса к себе. Она грела и щекоталась, неунывающая.

— Ты тут? Умница. Ускоряй меня, — кивнул Карл, когда я очутилась подле него.

Я исполнила этот приказ. Руки сами знали, что и как плести.

— Почему я это могу? — спросила я, не отрываясь от колдовства. Из-под моих пальцев вырывались миражные галактики, мириады громко тикающих часов, вихри песка времени, растворялись в заклинаниях Карла…

— Теперь ты вместо Теннета.

— Почему?

— Кто-то должен был — баланс. Нэт не мог — он убийца, — обрывочно объяснял Карл.

— Почему я? Из-за крови?

— Кровь — глупость. Крохотная фора. Первый из тысячи шагов. Ты — из-за твоей практики. Из-за того, что ты в курсе. Из-за того, что ты здесь сейчас. Из-за того, что веришь во все это. Тысяча причин. Всегда есть тысяча причин.

— И что теперь?

— Боремся до конца.

— А потом?

Карл скосил на меня грустные глаза. Поджал губы:

— И поэтому тоже ты. Из-за надежды… Потом будет потом. Ускоряй.

Я повиновалась.

Прошла, наверное, тысяча лет. Или всего лишь несколько секунд. Черт его знает. В смысле, прах. Прах его знает — что еще за новые слова беспрестанно лезут в голову? Чертово… прахово наследие Теннета!

Мы с Карлом были сосредоточены на западном секторе кромена, когда в восточном что-то пошло не так.

— Хэппи энда не будет… — тихо буркнул хранитель, всем корпусом развернувшись туда.

Я невольно прижала руку ко рту.

Одна из трещин кромена разорвалась, брызнув во все стороны осколками, будто ее снесло тараном. Сквозь образовавшееся окно — за ним, дикое дело, виделось нормальное синее небо, правда, всего мгновение — к нам полезла сама смерть.

Огромная. Подрагивающая. Хлюпающая. Причмокивающая. Заполненная роем мух — миллиардами, триллиардами мух. Гадина.

Мухи жужжали, скучивались, даря несчастному зрителю очертания узко посаженных глаз, толстого носа, кривого рта Зверя. Короткие, жирные руки, массивные ноги — каждая размером с гору. Отсутствующая шея. Красный огонь горел в груди черного Зверя, где-то там, за непробиваемым слоем мошек… Целая мушиная страна нависла над нами в облике Зверя. Целая прорва ненависти и безнадеги. Мигающая, режущая глаза. В мозгу мелькнула очередное приобретенное воспоминание — Гойя, «Великан» и «Сатурн». Только перерисованные больным сюрреалистом.

— Дану, Селеста, уводим драконов в другой мир, — скомандовала Авена, снова превосходно слышимая. Тонкие настройки божественного эквалайзера. — Карл, Тинави, дождитесь конца.

— Есть, — хором ответили мы.

Богини-хранительницы исчезли вместе с частью драконов. Оставшиеся ящеры трогательно столпились в западной части плато, прикрывая друг друга кожистыми крыльями. Бурундук на руках у Дахху была в авангарде. Остальные мои друзья и Теннет прибежали туда же.

Хорошо, что они вместе. Не так страшно.

— Карл, давай их накроем щитом? — предложила я.

Зверь сделал исполинский шаг, одним махом перешагнув далекий гребень Звездных гор. Я поперхнулась, осознав, как быстро он преодолеет расстояние в сотню километров… Голова монстра упиралась в купол. Ноги монстра врастали в бедные земли Лайонассы. Красный маяк в корпусной черноте змеился раскаленным оком.

— А лучше переведем их в другой мир, вслед за драконами… — передумала я. — Мы можем эвакуировать всю Лайонассу? Карл? Карл?

Карл застыл, глядя на Зверя, под чьими исполинскими ступнями крошились тысячелетние горы моего мира. Старшие приспешники рванули к своему хозяину лебезящей, шуршащей и стрекочащей свитой, оставив нас в покое. Временно.

Я посмотрела на Карла. Глаза хранителя были полны слез. Россыпь родинок-созвездий на носу горела, как августовский Млечный путь.

— Это я виноват, Тинави, — грустно сказал он. — Я его пробудил.

— Вот уж точно не время для скорби! — я задохнулась возмущением.

Зверь сделал еще один шаг. Надеюсь, это не старинный Асулен превратился в труху под его левой ступней… Я всё пыталась замедлить Зверя. Безуспешно. Он продолжал стирать из бытия дальние горы и приближался, неумолимо приближался. Его разраставшаяся тень черным покрывалом укрыла весь север Лайонассы.

Карл повернул ко мне свое детское лицо:

— Тинави. Убей меня.

Я сбилась с заклинаний и моргнула:

— Что?!

— Убей меня, — хранитель вложил мне в руку ученический меч, изъятый из ножен. Видимо, один из атрибутов его «мальчишечей» ипостаси, ранее мне неизвестный.

Я вяло попыталась вернуть оружие.

— Убей — и сразу Прыгай в Зверя. Прямо в него. В ту красную точку. Это квинтэссенция его бытия. Небытия… Блин. Неважно. Туда прыгай. И держись за нее. Она материальна, в отличие от всего остального.

— П-почему бы нам просто не зарядить т-туда заклятьем? — от волнения я стала заикаться.

— Мы с Авеной уже пробовали в другой битве. Он сильнее нас. Он как Отец. Соответственно, нужен Отец, молния Отца, — торопливо объяснял Карл.

— Но ты все равно оживешь? — подозрительно уточнила я.

— Да, — кивнул Карл.

— А почему, — возмутилась я, — А почему вы не провернули этот хитрый план в каком-то другом мире?! Почему у нас?!

— Потому что это очень грустный план, — тихо сказал Карл, — Убивший меня погибнет, помнишь правило Отца? Я не хотел никого просить об этом. Но придется. Тебя.

— Я погибну? — глаза у меня расширились.

— Да, — подтвердил Карл. — Тебе дали магию Теннета, но бессмертье — нет. Тинави, я бы не стал тебя просить, но я не вижу других вариантов, — он обвел взглядом пустоту вокруг нас с ним.

— Прощай, Карл, — не дослушив, я кивнула. И замахнулась клинком.

К праху разговоры.

У нас уже было одно красивое прощанье.

Но в высшей точке размаха — то есть где-то у меня за левым плечом — меч вдруг исчез из руки.

Я обернулась. Мой изумленным вскрик слился с карловым судорожным выдохом.

Меч из моей руки, как оказалось, вырвал Полынь. Прыгнувший к нам от толпы драконов вместе с Теннетом.

Секунду спустя куратор твердой рукой воткнул меч в самое сердце Теннета. Хранитель-отступник осел на землю.

— Проверим, — еле слышно сказал маньяк, — Будет ли Отец мстить за меня…

Глаза Теннета закатились.

Убивший его Полынь исчез.

Я оцепенело перевела взгляд на страшную фигуру Зверя, уже почти нависшую над нами, скрывшую и землю, и небо. Там, где у Зверя горел красный уголек, за толстой стеной мух мелькнуло что-то живое.

Полынь из Дома Внемлющих нырнул внутрь страшного повелителя Небытия и крепко обнял сжал искру исполина.

И тотчас с неба в куратора полетела молния, прямо сквозь один из немногих сохранившихся в целости кусочков кромена. Ветвясь, шипя и раздирая реальность, она вонзилась в багряную цель.

Вся огромная, нереальная фигура Зверя задергалась, заколотилась в приступе агонии. Где-то там, в самом сердце, еще большие муки встретила крохотная фигурка Ловчего.

Душа Лиса затрепыхалась у меня на шее, как птенец.

— Нет… — застонала я и закрыла глаза.

— Все хорошо, — сказал Карл, кладя руку мне на плечо.

С неба полетела вторая молния.

— Смотри! — хранитель толкнул меня. — Он успел отпрыгнуть, молния не попала. А теперь опять вернулся к красной точке! — воодушевленно продолжил Карл. Его пальцы сжались, ощутимые даже сквозь пальто.

И снова — Зверя затрясло, зашатало. Мухи начали разлетаться прочь, недовольные такими жилищно-коммунальными условиями.

Зрелище с молниями повторилось несколько раз. Полынь снова и снова успевал увернуться от разящего небесного электричества. Мы этого не видели, но логика не оставляла других версий происходившего.

— А Отец когда-нибудь успокоится? — спросила я минуту спустя. Пересохший язык не хотел ворочаться.

— Не знаю… — признал Карл. — Виновники моих смертей еще никогда не пытались избежать кары.

В этот момент огромная, страшная фигура Зверя вдруг начала медленно, очень медленно заваливаться вбок и вперед.