Светлая Капелька в тёмной душе (СИ) - Вариун Юлия - Страница 41

Голос его источал искреннее удивление и тревогу. Но подумать плохого на друга он не смог.

— Кирилл, ты меня не слышишь? — Привлёк к себе внимание Антон, — Лилия считает меня убийцей!

— Ты заставил меня это сказать, — вновь повторила я, впрочем не показываясь из-за широкой спины босса.

— Нет, Кирилл, я её заставил сказать правду, а уж какая правда вырвалась… не моя вина, — развёл руками гад и подмигнул мне, прячущейся за Кирком. — Выходи, мелкая и поведай, кого я по твоему мнению убил? Ведь твои слова не были чисто риторическим предположением, ты уверена в своих суждениях! Так поведай нам…

— Успокойся, Антон, я понял тебя, — вдруг прервал Чернов друга. — Я сам поговорю с Лилией. Ты ждёшь здесь. И … Прайдон! — Уже уводя меня в кабинет, оглянулся он, — чтоб больше не применял этот трюк с принуждением воли к Лиле. Останешься без зубов.

— Идите уже, — отмахнулся Антон, совершенно не испугавшись и не устыдившись своего поступка. Краем глаза, я успела увидеть, как он начал снова собирать папки с пола, прежде чем в приёмную закрылась дверь и весь белый свет мне загородила мощная фигура босса. Кирилл очень хмурился и казалось, готов взорваться от сдерживаемых эмоций и слов. Как же я ему наверное надоела. Сплошная проблема, а не девушка. И вместо того, чтобы как-то сгладить непонятную ситуацию, я лишь глупо ляпнула:

— Быстро ты, пришел в себя, — и небрежно кивнула в район его недавней проблемы в штанах. — Справился, значит…

Кирилл застонал и впился себе в волосы руками, ожесточенно почесался и вдруг… рассмеялся самым настоящим демонических смехом.

— Ты невозможная личность, кукла. Просто невозможная! — Отсмеявшись, выдал мужчина и приблизился, небрежно усаживаясь на кожаный диван. Мне досталось место у него на коленях.

— Рассказывай, лучик. Что за дурь ты себе придумала… будем разбираться…

Я не хотела признаваться. Но перспектива разговора напрямую с начальником его охраны меня впечатлила. Поэтому пришлось колоться…

Я просто уже устал удивляться, чему бы то ни было связанному с Лилией. Это не девушка, это ходячий закон Мерфи в действии. Сплошное бедствие. И при этом, она самое настоящее чудо! Моё чудо!

Стою в дверях своего кабинета и вижу взлетевшие ввысь стройные ножки, под аккомпанемент удивлённого визга. Туфли в разные стороны полетели, один чуть Антону в голову не попал. Сверху херакнулось кресло и стопка папок. Ну, что за горе луковое? Каждый шаг — какая-то катастрофа. Понятно, что не буду её упрекать в очередном стечение обстоятельств, но внутренне сокрушаться мне никто не мешает.

Антон еще, мудак, зачем спрашивается пугает её?! И так бедная себя поедом съедает. А его боится, как огня. Но по зелом размышления, пришлось согласиться с Прайдоном. Действительно стоит прояснить с Лилией некоторые вопросы, раз уж наши судьбы и души тесно переплетены… нельзя, что бы у капельки были какие-то недомолвки и недопонимания со мной. Как нельзя и чтобы она панически боялась своего охранника.

— Ну, что ж ты такая плакса, лучик? — Спрашиваю я, утирая очередные следы мокрого дела с очаровательного лица. Девушка вся скуксилась и не отвечает. — Лилия, ну даже если напугал кто или обидел, чего реветь то? Пришла ко мне, рассказала, а дальше, это уже моя забота. Чего сидеть и плакать в уголочке? Словно за тебя некому заступиться…

Молчит. Как на допросе. Пуговичку на моём пиджаке неловко ковыряет наманикюренным ноготком.

— Ладно, ты еще привыкнешь, что теперь не одна и о тебе есть, кому заботиться. Сейчас о другом. Что это за глупости ты придумала про Антона?

— Ты сам говорил, что он убийца… — пытается перевести стрелки Лиля. Фигушки! У меня так просто с допроса не соскочишь.

— Лучик… я говорил, что за просто так, без повода, он не убьёт. Это разные вещи. Кого по твоему мнению, он убил?

Молчит… Вот когда надо промолчать, она дерзит. А когда надо говорить, как воды в рот набрала.

— Капелька, — решаю я сменить тактику и прижимаю девушку к себе, словно ребёнка. Успокаивающе глажу по светлой, но такой упёртой головке, прижатой к моей груди, — маленькая моя, ну меня-то ты можешь не бояться. Рассказать, что случилось. Может, ты действительно знаешь то, чего не знаю я? Может быть мне стоит разобраться, почему он кого-то зачистил без моего распоряжения? Последнее время таких дел точно не было. Расскажи мне, лучик. Заметь, я не собираюсь применять к тебе магию и насильно вырывать признания. Я тебе верю, и ты мне верь… я честное слово, не давал уже очень давно никаких распоряжений на зачистку. Ну кроме твоего похитителя, но там Антона и рядом не стояло…рассказывай, я хочу знать, где он оступился или ты не так поняла…

Девушка упёрто ковыряет мне пуговицу и поджав губы молчит. Чувствую её волнение. Ну, ребёнок, ей богу!

— Лиля! — прикрикнул я негромко, но веско. Пуговица не выдержала и оторвалась. Капелька дёрнулась. — Говори! — сурово повысил я голос, а сам думаю «ну надо ж быть такой криворукой» Чтоб скрасить пилюлю, поцеловал нашкодившую руку и снова сурово добавил, — я жду!

— Лену, — тяжело вздохнула капелька, и выдала всю информацию, что сложилась в её головушке. Выходит, что мою бывшую жену, наломавшую нам романтический вечер, Лилия приняла за одну из докучавших мне любовниц, с которой уже к утру и расправился мой кровожадный начальник охраны. Она сама слышала, как он мне утром докладывался о проделанной работе, а я еще идиот такой уточнил, не сильно ли она сопротивлялась…

Слов нет. Одни мысли. И все нецензурные.

Я устало потёр глаза, переваривая информацию. Какие же мы идиоты! Мы, я имею в виду мужчин. Как это так не предусмотрели, что женская логика порой может такого нагородить, что никакие следователи не разберутся в мотивах, причинах и следствиях… Надо будет или говорить с капелькой совершенно откровенно обо всём, чтоб больше не было таких недопониманий, или очень следить за языком. Но это потом. Сейчас надо объяснить ей, в чём её заблуждение и при этом не смеяться слишком уж откровенно. Хотя, что ж тут смешного? Лена ведь действительно мертва. Правда не от моих рук. Но сути это не меняет.

— Лучик, я так понимаю, ты помнишь, что предшествовало твоему похищению?

Чувствую, что на мои слова, девушка отзывается напряжением. Я её так и не отпустил — всё еще держу, как ребёнка на руках и прижимаю к груди. Кожаный диван с глубокой посадкой позволил мне с комфортом развалиться и устроить на коленях аппетитную юную попку в узкой юбке. Но мне сейчас не до этих крамольных мыслей.

— Твою жену похитили… — несколько неуверенно отвечает лучик, — мне жаль, что ты не успел спасти её…

— Суть не в том, лучик, — перебиваю я, — ты знаешь, как её звали?

— Я только фамилию слышала…

— Отож! — я поучительно щёлкаю по носу свою плаксу. — Её звали Елена. Та Лена, которую ты видела и есть моя бывшая жена Красницкая Елена. Поэтому той ночью Антон ну никак не мог её убить. Я сказал её выселить из города к чёрту на рога, потому что надоела она со своими претензиями и истериками. Я её изгнал. Но убивать…

— Прости, — робко шепчет мне капелька, пытаясь оторвать вторую пуговицу.

— Да ладно, сами виноваты, — вздохнул я. — Только давай договоримся. Если у тебя возникают вопросы, сомнения, подозрения или просто дурные мысли, ты приходишь ко мне и мы вместе выясняем обстоятельства. Как показала практика, мышление у тебя совсем нестандартное, а логика убийственная. Поэтому давай все возможные недопонимания решать сразу. Есть проблема или вопрос? Я дам тебе решение или ответ, соответственно. Поняла меня?

— Угу. — хмурый ответ. Чувствую, врёт. И еще не один вопрос у нее в голове остался нерешенным.

— Лилия Николаевна, — я взял девушку за плечики и оторвал от своей груди. В хрупкой ручке осталась вторая пуговица, от чего бедняжка совсем скисла. — Я чувствую ложь за километр. Не смей мне врать! — Чётко разделяя слова, приказал я. — Поняла?

Угрюмый кивок.

— Посмотри на меня, Лиля!