Плохой, жестокий волк (СИ) - Ладыгина Наталия - Страница 8

А мне удалось его удивить, неприятно удивить. Он занервничал. Это заметно даже мне, как он весь напрягся.

Он не хочет, чтобы я сбегала.

Так может не врет, что ему понравился мой запах настолько, что он не готов так просто отпустить меня с миром?

— Не делай этого, — медленно покачал головой из стороны в сторону. — Не стоит.

Не хочу выступать в роли провокаторши. Я совершенно не знакома с психологией оборотней, и лучше бы мне сбавить обороты.

— Я не стану убегать, — пообещала я. — Просто, привела пример, как бы все могло быть. Я… я не такая. Подло не сбегу.

Только напряжения в его взгляде не убавилось.

— Хорошо, если так, — как-то сухо прозвучало.

— У меня есть еще вопрос, — сделала шаг к нему. — С какого момента ты собирался предложить мне это? Остаться, я имею в виду. С самого начала или…

— Мой ответ ничего не изменит. Это не так важно, Лори.

Странно, но мне нравится, когда он называет меня по имени. Как оно звучит именно из его уст.

— Если у тебя нет для меня ответов, то оставь меня. Я устала. Хочу спать, — нагло солгала, потому как не могу больше выдерживать это напряжение. У меня ноги дрожат, глядишь свалюсь.

— Конечно, — понимающе кивнул волк. — Если вдруг передумаешь, и не захочешь становиться независимой женщиной, то приходи ко мне, мы это обсудим, — попятился к двери, после чего скрылся за ней, аккуратно закрыв ее за собой.

Глава 12. Забудем?

Я не передумаю становиться независимой женщиной. Это как раз то, что мне нужно, чтобы выжить и не стать добычей волка. Я бы конечно могла принять предложение волка, что гораздо проще для меня. Никакого тернистого пути, лишь мое согласие. Но нет…

Мысли о еде испарились. Аппетита никакого, только жуткое волнение где-то глубоко у меня в душе. Я действительно волнуюсь, ведь его реакция на меня и мой запах, не может не внушать страха.

Все было бы гораздо проще, если мне было бы плевать на него и на его помощь. В таком случае, я сделала бы то, что так красноречиво поведала оборотню в качестве примера. Дождалась его ухода и сразу за порог. Вещи при мне, преград особых не вижу. Но… я не стану с ним так поступать. Он этого не заслуживает.

Чувство стыда за вчерашнее, стало пожирать меня с новой силой, с первыми лучами солнца. Мне не хотелось подниматься с постели и спускаться вниз. Ведь мы обязательно пересечемся. А это… опасно.

Собственно… за что мне должно быть стыдно? Это он пришел ко мне, он же поцеловал и предложил то, чего я не ожидала услышать даже во сне.

А я… все это приняла. Не помню, чтобы я рьяно сопротивлялась его прикосновениям. Такое чувство, что все это до сих пор на мне. Я по-прежнему чувствую его пальцы на моей талии, губы и дыхание, которое обжигало мою кожу. Ох, нужно было принять душ сразу же, как только он ушел.

После контрастного душа, от которого не то чтобы сильно, но стало легче, я спустилась вниз. Где на кухне, на подоконнике, сидел волк и курил. Он, наверняка, почувствовал мое присутствие, но даже не повернул ко мне голову. Продолжал смотреть в окно, пуская серый дым.

— Здравствуй, — не своим голосом вымолвила я.

Он просил меня вести себя естественно и не скрываться от него по углам — так я и сделаю. Направилась к плите, чтобы сварить кофе, и теперь, с помощью бокового зрения я была полностью уверена, что он смотрит на меня. Ох, главное, чтобы сейчас ничего не выпало из рук.

— Как спалось?

Мои руки задрожали. Он, однако, умеет задавать вопросы «в точку». Отвратительно я спала. Отвратительно!

— Нормально. Спасибо, что интересуешься, — так, нужно прекращать этот цирк.

Сейчас, как та самая независимая женщина, я попрошу его забыть о вчерашнем. Банально, да? Будет только не хватать добавить, что я его недостойна. Уж тогда он точно убедится, какой я ребенок.

— Слушай, — продолжила, но взглянуть на него не рискнула. Взялась за нож, решив занять руки нарезкой хлеба. — Давай забудем о том…

— О чем?

— О том, что было вчера, — кинула на него короткий взгляд. — Просто забудем, хорошо? — рука, в которой нож, ужасно дрожит. Я не могу это остановить. Дико нервничаю.

Это все последствие нервного срыва, за который можно «поблагодарить» моего отца. Я только сейчас начинаю осознавать, насколько отец загубил мою жизнь.

— Это так по-взрослому, Лори, — послышался смешок, волк спрыгнул с подоконника. — Ты хочешь забыть? — подошел ко мне сзади, в то время, когда я застыла с ножом в руке, смотря перед собой в одну точку.

Его рука скользнула по моему плечу, затем по предплечью и, наконец, достигла кисти руки, в которой у меня нож.

— У тебя руки дрожат. Помочь?

Нет, не нужно мне помогать! Бросила нож на стол. А вот повернуться к нему лицом, или попросить его не прижиматься к моему мягкому месту — у меня смелости не хватило.

— Хочешь прогуляться? — неожиданно произнес мне в макушку. — Тебе же плохо взаперти.

Плохо, но…

— Нет. Не хочу, — все-таки повернулась к нему, опершись поясницей в столешницу. — Лучше мне не объявляться на улице. Не хочу рисковать, — отрицательно качнула головой.

— Я же буду с тобой, — это надо слышать, как это прозвучало, что я еле сдерживаюсь сказать «да». — Согласна? — приблизился к моему лицу.

— Лучше будь здесь рядом. Выходить я боюсь, — выдохнула я, опустив глаза вниз.

— Буду рядом, — склонив голову чуть набок резко подался ко мне, впившись в мои потрескавшиеся губы. Его руки рывком оторвали меня от столешницы, и я врезалась в его тело. Как-будто с камнем столкнулась. — Но гулять надо, Лори. Ты так с ума сойдешь, в четырех стенах.

Глава 13. Судьба?

А он умеет настаивать на своем. К тому же, он прав. Сидеть в четырех стенах должно быть очень мучительно. Только он еще не знает, что я так просидела целых три года. Для меня это норма жизни. Более того, я перестала на это жаловаться еще два года назад.

Заметила, что каждый раз, когда я упоминаю своего отца, он кривит свое лицо. Такое чувство, что он готов прямо сейчас броситься и наказать его за то, что он делал с моей жизнью. Боюсь, скоро моего одобрения и не понадобится. Поэтому, я больше не стану говорить об отце и о своей жизни в его доме.

— Дарен, я правда очень боюсь. Для меня лучше в четырех стенах сидеть. Зато спокойно, — поджала губы от смущения, он ведь на них сейчас смотрит.

Кстати, он полностью проигнорировал мои слова, относительно забыть о вчерашнем. Он наоборот, решился повторить, и я снова поддалась ему.

— Даже не знаю, что еще могу для тебя сделать…

— Ничего не нужно! — завертела головой. — Ты и так много сделал для меня.

— Я о том, что мне сделать такого, чтобы ты захотела остаться здесь, — он так с ума меня сведет. Он так и пытается соблазнить меня во всех смыслах этого слова. Черт, я могу и сдаться за эти два дня.

— Я не могу… С чего ты взял, что я этого хочу? — прямо в лоб самый главный вопрос.

— А почему бы тебе не хотеть? — задал провокационный вопрос. — Может это судьба.

— Судьба?

— Наша встреча, — возможно. — Скажи «да», и я решу твои проблемы. Все другие забудут о тебе. Тебе не придется прятаться. Ты будешь жить полной жизнью, но рядом со мной, — последние слова он отметил гораздо громче.

Как соблазнительно. Только цена за это слишком высокая — моя жизнь. Боюсь, если я соглашусь остаться, и ему каким-то чудесным образом удастся все уладить с моим отцом и Алексом, то у меня потом уже не будет выбора, какой он у меня есть сейчас.

— Но взамен ты хочешь, чтобы я осталась здесь… с тобой. Насколько?

— Мне бы не хотелось тебя отпускать. Никогда, — значит, верно я подумала. — Считай, что я влюбился, — двинулся ко мне, опершись ладонями об столешницу. Так, что мне пришлось наклониться назад.

Возможно, что я тоже начинаю что-то испытывать к нему. От симпатии до влюбленности совсем немного нужно пройти. Особенно, когда мы двигаемся в таком темпе.