Седьмой округ (СИ) - Далинская Олеся - Страница 16

В тот же вечер, урвавшая немного внимания от вечно занятого Рогатого, раскрасневшаяся Таня щебетала без умолку. Блондинка снова вернулась в их общую комнату, заскучав с вечно ворчащей и чем-то недовольной Хельгой. Жалуясь на повариху и кратко пересказывая все нравоучения, что ей пришлось выслушать, она раскладывала немногочисленные вещи по полкам старой тумбы у кровати.

— Через два дня вечеринка в колизее. Ты мне заплетешь волосы?

— Да, конечно, — ответила Зои и отвернулась от окна, взгляд неконтролируемо выцеплял высокую фигуру главного, а Таня с ее новостями отвлекала от пугающих, ненужных мыслей.

— Я дам тебе накраситься, — и взяв с постели тканевый мешок, стянутый простим шнурком, вывалила на одеяло содержимое, — карандаш достала. Глянь.

Блондинка тут же присела перед стареньким тусклым зеркалом, висевшим на стене над тумбой, и принялась с усердием подкрашивать глаза.

— Опять бои будут? — поинтересовалась Зои, улыбаясь смешно высунутому кончику языка Тани.

— Ну да. Мужики есть мужики, выясняют кто круче, ну и того, измеряют — она выразительно подняла глаза к потолку и опустила вниз, намекая, что друг у друга измеряют.

Сравнивая, как накрашены глаза, спросила.

— Пойдешь?

— Да, наверное. Музыка нравится. — И немного помолчав, Зои поинтересовалась у блондинки, — Таня, скажи…за два года, что ты здесь, с тобой обращались…с жестокостью? — и в ответ на недоуменный взгляд блондинки, пояснила, — ну наказывали что-ли?

На мгновение Таня, недовольная вопросом, нахмурилась, но пожав плечами, все-таки ответила.

— Да было дело…Лекс не любит неподчинение, просто помешан на контроле, можно сказать звереет и на расправу скор. Я честно говоря думала прибьют. Что сделала говорить не буду… Ну, вообщем, посадили в зиндан.

— Зиндан?

— Яма, — пояснила Таня, — тебе еще никто не рассказывал?! Да ладно бы яма, так в лесу, представляешь. Хоть и не далеко. Два дня просидела, это что-то, до сих пор жутко вспоминать.

Таня передернула плечами и в глазах промелькнули отголоски того ужаса, что она испытала, слушая шорохи ночного леса и каждую секунду ожидая, что к решетке прильнет гаки, капая черной слюной и кровью. Этого с лихвой хватило, чтобы Таня отучилась даже косо смотреть в сторону мутантов, не говоря уже о большем.

Охающая Хельга вошла в комнату и прервала разговор, переводя его на обсуждение ее больной спины.

Народу в колизее в этот раз ощутимо меньше, но это нисколько не портило вечер, в основном все местные. Работники шахт, бойцы Лекса, обслуживающий персонал. Много женщин: к местным приехали из других земель их заскучавшие подруги. Все прекрасно друг друга знали, и в зале царила расслабленная, веселая обстановка.

Даже Таня с Зои, в сопровождении Макса, который восхищенно поглядывал на девушек, решили в этот вечер расположиться на пролете перед трубой. Как и обещала, Зои заплела блондинке косу и та светилась, довольная своим внешним видом. В порыве благодарности Таня убрала теперь блестящие гладкие волосы Зои в высокий хвост и уговорила, не смотря на вялое сопротивление, подкрасить глаза. Зои, глядя на себя в зеркало, чувствовала себя противоречиво. Вроде и она, черты лица, все как прежде — но внешность стала другой. В лице словно включилась подсветка, как будто проснулись краски, искрящиеся глаза, ровный, здоровый тон кожи. С губ ушла сероватая синева, из-за которой Зои не раз задумывалась, не больное ли сердце. Волосы, да…холодный блеск просто завораживал приятно удивленную Зои. Склонялась к тому, что это еда была причиной изменений. Здесь мясо и рыба не были дефицитом, как в ее родном городе, там приходилось довольствоваться в основном кукурузой, капустой да картошкой. Да, на малом континенте лучше приспособились к новым реалиям, люди проигрывали мутантам по всем фронтам.

Разглядывая сейчас бойцов на ринге и вспоминая прошлый бой Лекса с гостем из округа Дорна — их нечеловеческая сила, их скорость и выносливость…да, люди уже им проиграли. Вирус, практически уничтоживший человечество, неожиданно породил новую расу, и ее абсолютное господство на обоих материках только вопрос времени.

Размышляя о будущем, Зои неосознанно остановила взгляд на блондине, и тот, отметив на себе внимание, не упустил шанс этим воспользоваться. Гарт все испортил. Блондин с Лексом налегали на алкоголь возле ринга, музыка не перекрывала лязг мечей. Бой был между своими, и, заскучавший Гарт, двинулся в сторону лестницы, на которой они сидели. Зои, с досадой наблюдая за блондином, обратилась к Тане.

— Сюда Гарт идет.

— Да, брось… — беспечно махнула та рукой, — потрепится и уйдет. Зои сомневалась, но осталась сидеть, бегать от него вечно не получится.

По ржавой лестнице прошла легкая дрожь, Гарт поднимался к ним. Прогрохотав, присел на корточки за спиной Зои и, низко наклонившись, прошептал на ухо, заставив ее дернуться в сторону от теплого дыхания на шее.

— Ну без обид, детка…Потрясно выглядишь, поговорим?

— Гарт, давай в следующий раз. — От него несло алкоголем и он явно был в настроении кого-нибудь хорошенько достать.

— Нет, сейчас.

Не желая привлекать лишнее внимание, видя как Макс нахмурился — еще не хватало стычки между ним и блондином, все-таки встала, улыбнулась Максу, мол, все в порядке и повернулась к ухмыляющемуся Гарту. Лестничный пролет небольшой и вынуждал стоять к блондину слишком близко, а это нежелательно. Зои одной рукой вцепилась в край трубы, черт с ним, если что уйду.

— Не хочешь со мной выпить?

— Нет, спасибо.

— А почему? — даже сделал вид, что удивлен.

Получилось вполне даже искренне.

— Я не хочу Гарт. Ты что-то еще спросить хотел?

— Да, детка, ты сегодня прямо милашка. — Щерился блондин и с многозначительным видом липким взглядом ощупал напряженную фигуру Зои.

— Спасибо, — еле выдавила и задохнулась в панике, Гарт мгновенно завелся, это уже знакомый масляный блеск карих глаз не обманывал. Быстрым движением обвил талию и, придвинув к себе, проскрипел на ухо

— Что ты заладила «спасибо»…ну что дурой прикидываешься? Ты не пожалеешь.

Отпрянув насколько это было возможно, скривившись, выпалила в раскрасневшееся лицо блондина. Не сдержалась.

— Да на хрена ты мне нужен? Вокруг куча баб, все будут в восторге о тебя, красавца. Иди к любой, Гарт, только от меня отстань.

— Ты забываешься, блядь.

Макс было дернувшийся с места, остановился. Гарт боковым зрением учуявший движение, в долю секунды выхватил нож и приставил к его лицу. Второй рукой, чтобы не думала сбежать, схватил Зои за подбородок и больно сжав, процедил Максу, не отрывая взгляда от искаженного лица Зои

— Ты сиди, — и уже повернувшись к нему, добавил, — Ты. Не. Лезешь.

Скривился в улыбке, и вновь вернулся к Зои. Теперь закипает и она. Внутри запульсировала и устремилась вверх, к голове, где взорвалась красным дымом, неконтролируемая ярость. Мир вокруг приобрел все оттенки красным и лицо блондина, стало целью, ориентиром для выброса этого пульсирующего кома агрессии. Звуки проникали, как сквозь вату, что-то говорил Макс, блондин оскалился на его слова. В нос ударил запах крови и Зои с рыком, через стиснутые зубы, вцепилась в мощную шею мутанта. Гарт не ожидавший нападения, инстинктивно отпрянул назад, забыв, что стоит на краю пролета, потерял равновесие и начал заваливаться назад. Зои он не отпустил и потянул ее за собой. С рычанием на весь колизей, Гарт приземлился спиной на твердый бетонный пол. Зои оказалась на мутанте, вцепившись в ненавистное лицо. Дезориентированный болезненным падением, блондин некоторое время не сопротивлялся. Его нож, звякнув пару раз о бетон, сверкал лезвием рядом, и разъяренная Зои, привлеченная блеском металла кинулась к кинжалу. Взрыв боли от удара в живот, на миг ослепил. Ее, достаточно бесцеремонным пинком, сорвал с орущего благим матом Гарта, подскочивший Лекс. Зои пару метров пролетела в воздухе и еще столько же прокатилась по жесткому полу, сдирая кожу на руках и ногах. Подняла гудящую до тошноты голову, то ли от боли, то ли от клокочущей внутри ярости, и с безумными глазами улыбнулась, скорее оскалилась, Лексу. Все-таки она расцарапала ненавистную рожу мутанта. Блондин уже вскочил на ноги и, проведя ладонями по лицу, удивленно смотрел на окровавленные пальцы. История повторялась, живо напоминая, чем закончились домогательства блондина в душевых.