Шантажист (СИ) - Билык Диана - Страница 49

– Поехали домой, Тая? – мягко сказала в спину Лера. – Я помогу. Мы поможем. Квартиру тебе найдем, пойдешь на работу. Нужно жить дальше.

– Я не могу все время жить у кого-то на шее, это неправильно.

– Но здесь маленький город. Работы наверняка не найти. Нормальные садики хоть есть?

– Переполненные, я не смогла выбить место, – пришлось говорить правду. Жить эти годы было тяжело. Того, что зарабатывала на статьях в сети, едва хватало оплатить квартиру и еду. На вещи первой необходимости просто не оставалось. Не то, чтобы еще и откладывать на черный день. Черными они были стабильно. Одежду для себя и малышки я шила сама, теплые вещи вязала, выкручивалась, как могла. Кое-что даже продавала в интернете, но по мелочам – это не сильно зашивало дыры в бюджете.

– Собирайся! – засмеялась Лера и потащила меня за руку в коридор. – Я тебя здесь не оставлю. Или едешь, или будем жить большой дружной семьей, но, боюсь, Генри быстро примчится и все равно отправит нас всех домой.

– Лера, а как Артур? – вдруг вспомнила я.

– Вот своими глазами в посмотришь, как он.

Шаг 56

Город встретил знакомой суматохой. Пахло фиалками и талым снегом. Чудесное время начать новую жизнь.

Лика во все глаза разглядывала цветные высотки. Тянула ручки к ярким витринам. И все поворачивалась ко мне и обнимала, а мне отчаянно хотелось бежать назад.

Вдруг я встречу его тут? Лиманова. Хозяина моих снов. Не могла ничего с собой сделать, не выходил он из моей головы, не покидал сердце. Когда закрывала глаза видела его жесткую складку на лбу, прищуренный взгляд и сжатые губы. Губы, которые так жарко целовали и смогли раскрыть меня. Или это Ворон сделал своими играми?

Какое-то время я дергалась, оборачивалась на улице, вслушивалась в голоса. Мне казалось, что Арсен повсюду. Что в любой момент я наткнусь на него и не смогу ничего сказать.

Миллионы раз прокручивала нашу встречу, ведь этого не избежать теперь.

– Тая, ты готова? – Генри повел немного плечом, провел рукой по волосам. – Нам пора.

– Минутку, – я сжала руки перед грудью, поправила синее платье, что красиво поднимало грудь и плавно спадало на бедра, глубоко вдохнула, медленно выдохнула и кивнула. – Поехали.

– Не переживай так, – улыбнулся Генри. – Ты ведь в этом профи. Чего бояться?

– Что на открытии будет много людей. Я немного отвыкла. – Запахнув кружевное болеро, я поправила волосы и прижала к себе сумочку-клатч.

Мы спустились к машине, Генри подал мне руку и помог сесть, сам же обошел авто позади и сел рядом.

– Поехали, Егор.

В проеме появилась крупная голова водителя. Серые глаза скользнули по моему лицу.

– Отлично. Тая, – поздоровался он сдержано. – В главный офис? Ко входу? А Валерия?

– Да, к «Starbook». Лера с детьми осталась, – ответил спокойно Генри и повернулся ко мне. – Тебе дизайн нравится?

– Очень, – я смутилась.

– Ты можешь все поменять, если захочешь. Это подарок крестнице, я верю, что ты сделаешь все правильно.

– Спасибо за шанс, Генри.

– Тась, ты неисправима, – он слегка взбил свою челка и, положив затылок на изголовье, прикрыл глаза. – Ты хоть поспала сегодня?

– Да, – соврала я.

Герни приоткрыл веки, потер их и, зыркнув на меня, скептически выгнул бровь.

– Егор, заедем в аптеку, нужны капли для глаз. Кто-то тут пытается меня обмануть.

Я отвернулась, но улыбки не сдержала. Муж подруги очень проницателен, но признаваться, что проревела до утра, потому что Лиманов не шел из головы, я не буду. Вечером случайно увидела новости, где показывали, что Арсен продал журнал и занялся серьезно фотографией, решил посвятить свою жизнь семье и творчеству. Его голос до сих пор звучит во мне гудящим эхом. Почему этот мужчина так меня волнует? Столько времени прошло, а я не могу переболеть. И еще больнее было видеть радостную Лену около него. Он обнимал подругу за плечи и влюбленно смотрел в глаза. Как когда-то смотрел в мои.

Все, что сделала для меня семья Северов было неоценимо. Мне не хватало слов благодарности, а Лера злилась, когда я начинала повторять «спасибо».

Телефон запиликал входящим сообщением. Я, все еще улыбаясь, распахнула экран. От неизвестного номера.

Сердце глухо стукнуло в ребра...

Неизвестный: я знаю, что ты вернулась, Афина.

…и остановилось.

Вова все еще в больнице, я ездила, узнавала. Меня даже пустили к нему, но… Это было жутко. Он просто стал привидением: бледным, как моль, длинные темные волосы остригли, голубые глаза будто выгорели, и жизни в них просто не осталось. Мужчина смотрел в никуда. Сквозь тебя. Руки, что дарили мне ласку и рисовали шедевры, сухими палками лежали вдоль худого тела.

Я не злилась на него. Не обижалась. Он подарил мне жизнь, подарил дочь. И я приехала поблагодарить его за это, но Вова не услышал. Даже не дернулся.

Выходя из машины около офиса, я крепко вцепилась в руку Генри.

– Тая, спокойно, это всего лишь открытие. Не нервничай.

– Мне нужно воды, – хрипнула я.

– Конечно.

Меня куда-то повели, усадили. Кто-то ушел, кто-то отдавал приказы задержать начало, я почти не осознавала, что происходит вокруг. Смотрела в пол и пыталась успокоиться. Вова не мог это отправить, он практически не жив, я видела, это невозможно сыграть. Кто тогда?

– Гринёва? – знакомый голос впился между лопаток острым клинком и застыл в груди яркой болью.

Я осторожно встала и, отойдя немного от стола, плавно повернулась.

Арсен почти не поменялся. Разве что волосы стали короче и темные глаза злее.

– Лиманов…

– Рад тебя видеть, – он косо улыбнулся. – Не мог пропустить такое событие, как новое издательство в нашем городе, удивлен был, что оно твое.

– Не мое. Север…

– Ее, ее, – Генри вышел из боковой двери и подал мне воду. – Тебе лучше? Можем начинать?

Кивнула и сжала стакан, Генри быстро удалился. Я выдержу. Никто меня не сломает, нужно идти дальше, но что делать с шантажистом, который оказался умнее, чем я думала, пока не знала. Позже подумаю, как к нему подобраться.

Арсен наклонил немного голову, заулыбался сдержано, а потом откланялся:

– Я пойду к гостям, не буду мешать.

Телефон пиликнул снова, и я дрожащими руками открыла новое сообщение.

Неизвестный: новое задание, Афиночка. Если не хочешь разоблачения на старте карьеры, ты должна его окрутить и переспать с ним.

Тая: кого?

Горечь травила, голову сжимало от пульсирующей боли, а чуть не вскрикнула, когда прилетел ответ.

Неизвестный: Лиманова.

Тая: нет, я не стану этого делать.

Руки тряслись, колени подгибались. Он что совсем свихнулся?

Неизвестный: еще как станешь. Если сегодня не сделаешь, я размажу тебя. Уничтожу. Отправлю не только в полицию папочку, но в СМИ. Как тебе такое?

Тая: ненавижу! Чтоб ты сдох, тварь! Ненавижу тебя.

Неизвестный: это взаимно.

Тая: кто ты? Давай встретимся лицом к лицу!

Неизвестный: еще чего! Скажи спасибо, что дал тебе время.

Тая: для чего время?! Ты мне ничего не дал, ублюдок! Ты…

Палец дрогнул, и я написала то, что хотела сказать ему в роддоме, когда малышку положили на грудь.

Тая: но спасибо за подарок. Ради этого стоило с тобой связаться…

Он завис на несколько минут, а потом на экране появился хмурый стикер, который сводит брови.

Неизвестный: о чем ты? Что еще за подарок? Я тебе, кроме дилдо, не дарил ничего.

Тая: а как же цветы?

Неизвестный: ерунда! Ты говоришь о чем-то другом…

Прислал задумчивую мордочку, а я истерично засмеялась и отправила ему смайл с языком, хотя все тело колотило от озноба и безумно хотелось назад, в маленький город, где не было прошлого и боли.

Тая: ты никогда об этом не узнаешь...

Неизвестный: ну и пошла ты, сучка, больно надо. Задание выполни, будешь свободна. Слово даю, отпущу тебя. Подумай, стоит ли один трах твоей жизни? Ты ведь так поступала, когда разрушала семьи? А говоришь, что я шантажист! Ты шантажистка! Ты – тварь, и я тебя морально сломаю, потому что знаю о тебе все. Ты сохнешь по нему, дрожишь, вспоминая, побелела, когда его увидела.