Новая попаданка. Между золотом и серебром (СИ) - Ранимая Мария - Страница 5

— Что ж, пусть артефакт решат куда тебя определить — вынес свой приговор ректор и отодвинув гобелен, который изображал его семью, двоих детей и жену в которой я узнала прекрасную красноволосую секретаршу из приёмной.

За гобеленом обнаружилась дверь, открыв, которую мужчина пригласил меня и Соню войти, мы послушно выполнили его просьбу и как только сам ректор зашёл и закрыл дверь, в помещении загорелся магический свет. Я наконец поняла работу здешних люстр, как наступает темнота, в том месте где в моём мире вкручивают лампочку, живёт магический световой шарик и когда надо он вылезает и светит, естественно он делает это по требованию.

— Свет — приказал ректор и вся комната тут же осветилась, и я увидела, что по середине помещения стоит стол, а на нём ваза с узким горлом.

Мы приблизились к столу, и ректор начал объяснять:

— Это артефакт, который распределяет по факультетам, нужно всего лишь капнуть своей крови в отверстие — указав пальцем на узкое горлышко сосуда, сказал ректор и достал из-за пояса кинжал.

Я, поняв, что меня сейчас будут резать в ужасе уставилась на холодное оружие и отступила на шаг назад, но Соня попыталась меня успокоить просто, поймав мою руку и сжав её, погладив большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Это помогло, и я подошла к ректору и протянула к нему дрожащую руку, так же зажмурив при этом глаза. Никогда не любила сдавать анализы в больнице, в детстве мама постоянно долго уговаривала меня прежде чем со слезами завести в кабинет, где злая тётка, протыкала мне палец и долго давила на него выцеживая по капельке алой крови в какую-то трубочку, а я при этом обливалась слезами и слушала утешения мамы. Вот бы её сейчас сюда, но у меня сейчас другая «мама», которая правда выглядит моложе меня, но это не беда главное она помогает и поддерживает. Сделав мне небольшой надрез на пальце, ректор поднёс мою руку к горлышку кувшина и капнул в него капельку выделившейся крови, и мы все уставились на сосуд ожидая, что будет дальше. И тут кувшин затрясло, как будто при землетрясении и из его горлышка, вышел чёрный дымок. А я честно даже и не поняла, почему ректор сразу нахмурился и выдал: «Не может быть», а что касается Сони, так она улыбалась во все тридцать два зуба, но томить меня долго никто не стал и объяснили:

— Видишь ли Вероника, у нас факультеты делятся по цветам, где красный это бытовые маги, синий, маги артефакторы, зелёный, маги целители, а чёрный, маги боевики. Судя из чего, ты Вероника идёшь к боевым магам — ещё больше хмурясь говорил ректор, а я недоумевая смотрела, то на улыбающуюся Соню, то на хмурого ректора.

— А это хорошо, или плохо? — решила спросить я.

— Хорошо — воскликнула Соня.

— Плохо, — а это уже Лавуш и крикнули они это одновременно.

— И почему же Тар, Вероника не может учиться на боевого мага? — похоже Соне тоже, как и мне было любопытно, послушать объяснения ректора.

— Во-первых она девушка, а во-вторых на боевом факультете у нас только мужчины, ведь за сто лет артефакт ни разу не распределил туда женщин — вполне ясно разъяснил ректор Лавуш, и я была с ним полностью согласна. Вот только судя по выражению лица Сони, она была явно возмущена его объяснением.

— Что это ещё за дискриминация Тар? Ну и что, что Вероника девушка, если артефакт распределил её туда, то пусть учится — высказалась моя подруга по несчастью, я это к тому, что мы с ней вместе попали в этот мир и застряли теперь здесь на долго.

— Ладно, не будем спорить, пусть идёт на боевой факультет, вот только долго она там не продержится и быстро прибежит проситься на другой, вот увидишь — это что получается, он сейчас сомневается во мне что ли. Пфу, да этот мужчинка ещё плохо знает Веронику Грубую, хотя я сама ещё себя плохо знаю, может зря я так храбрюсь.

— Мы можем идти, или ещё что-то будет? — спросила Соня у задумавшегося ректора.

— Надо ещё проверить какими способностями и даром владеет эта девушка — сказал Лавуш и подошёл ещё к одной двери, которую я не сразу заметила, так как она была почти одного цвета со стеной.

Открыв эту дверь, ректор пригласил сначала войти нас, а потом вошёл сам. «Вот это да, живут же некоторые» была моя первая мысль, когда я увидела золотой, огромный шкаф, украшенный разными самоцветами.

— Блин, точно, ещё ведь шкаф остался. Надеюсь у тебя Никуша нет клаустрофобии? — ласково поинтересовалась Соня и назвала она меня прямо как мама, когда была жива.

Шмыгнула носом, сдержав порыв, разрыдаться на плече у Сони.

— Это не шкаф, а кабинка, определения потенциала силы — исправил богиню ректор.

— Блин, какая разница кабинка, шкаф — махнув на ректора рукой сказала Соня.

Мне разъяснили, что нужно делать и заперли в кабинке. Конечно же про клаустрофобию я соврала, и как только золотая махина загудела, моё сердце стартануло куда-то и исчезло в неизвестном направлении, а из моих рук вдруг стали вылетать молнии и конечно же от испуга, я выскочила из кабинки и устремилась к единственному человеку в этой комнате, которому уже доверяла, это была Соня. Девушка мигом среагировала и огородила нас каким-то полем с зеркальной поверхностью, от которого мои молнии отскочили и врезались в стену оставив на ней чёрный следы и выбоины. Ректор, который тоже скрывался за защитой поля, недовольно посмотрел на последствия и промолчал, но зато богиня спасшая всех нас, не стала молчать и высказалась:

— Что это за дичь такая? –

— Похоже, что у Вероники был эмоциональный выброс магии. У тебя же тоже такое бывало Соня, когда ты на тренировочном поле сначала поразила Дария, от чего он чуть не умер, а потом промахнулась, выстрелив молнией в Рейнила и спалила дерево — подойдя к шкафу объяснил ректор, припомнив Сонины прошлые косяки, про которые кстати богиня умолчала, когда рассказывала мне свою историю. По лицу родственницы я поняла, что это не очень приятные воспоминания.

— Мог бы и не напоминать — буркнула Соня и надула по-детски губу.

— Так, так, что нам тут удалось выяснить — подойдя к кабинке, не обратив внимание на замечание богини, говорил ректор — стихийная магия и дар никромантии — и всю эту информацию, мужчина извлёк из поверхности шкафа, на котором все самоцветы были выстроены в замысловатые символы.

— Очень хороший и полезный дар, так что можно идти и устраиваться в башню, а то уже поздно и завтра ещё к балу готовиться. Тар скажи уже башню, и мы пойдём — похоже Соня устала, и я кстати тоже, не против была бы уже отдохнуть у себя в комнате, которую, как мне уже поведала «мама», я могу придумать себе сама, с полным шкафом вещей и ванной, где я хотела спокойно полежать и расслабиться.

— Третья башня — выдохнул Лавуш, который тоже выглядел не краше загнанной лошади.

— Отлично, пошли Вероника, я вижу, что ты тоже уже устала — раскусили меня и потянули прочь из кабинета.

До нужной башни, мы конечно же не дошли. Соню окликнул какой-то парнишка и сообщил ей, что по академии разгуливает обнажённый Аргентум, причём не очень трезвый.

— Так Ясони, спасибо за информацию, проводи Веронику к декану третьей башни — и не дождавшись ответа от парня, рванула прочь от нас.

Но дорогой от кабинета ректора к башне, Соня успела рассказать мне, как живут адепты всех факультетов, у каждого своё солнце подобное здание, в котором проживают в отдельной башне группы, состоящие из 30 человек или нелюдей. Обучаются тоже каждый в своём здании, где есть аудитории и своя столовая, где адепты тоже готовят сами по очереди, дежуря башнями. Следит за всем декан и старосты, у каждой башни свой староста. Чистоту с порядком тоже адепты поддерживают сами, причём без магии, так сказать кроме знаний, тут ещё прививают ученикам самостоятельность. Я конечно же самостоятельности не боялась, но вот, что касается готовки то я умею лишь заварить Доширак и заказать по телефону пиццу, но в этом мире нет не того, не другого, так что придётся просить помощи у своей новой «мамы», надеюсь она умеет готовить и меня научит. Так же я узнала, что всем адептам выдаётся особая волшебная форма, которая делится по цвету у боевиков чёрная, у целителей зелёная, у артефакторов синяя, а у бытовых магов красная. Судя по парням, которые мне попадались, когда мы шли по зданию, которое принадлежит боевикам, форма у них очень я бы даже сказала вызывающая, чёрные кожаные штаны и такая же жилетка, которая одевается на чёрную рубашку. У меня честно признаться капала слюна на пол, когда я видела мускулистых, красивых юношей, попадающимся нам на пути в чёрных одеяниях. И это с ними мне учиться четыре года, да я с ума сойду от такого соблазна вокруг.