Fair Play (СИ) - Пожидаева Ольга - Страница 46

Он догнал меня в спальне, завалив на кровать.

— И далеко мы собрались в таком виде? — поинтересовался Майк игривым голосом, придавливая меня своим телом к матрасу.

На перепады в его настроении у меня выработалась аллергия.

— Кашку тебе доваривать, придурок, — огрызнулась я, дёрнувшись под ним. Эту бы кашку да ему на яйца, прям горяченькую.

Попытка освободиться привела к тому, что Майк удобно устроился между моих бёдер, и я почувствовала, как его член поцеловался с моей промежностью. От этого контакта из горла невольно вырвался протяжный стон.

— Да чёрт с ней, — буркнул он, накрыв мой рот поцелуем.

Вот и все. Я снова, как кисель. Кто дал этому мужчине такую власть надо мной? Кто бы ты ни был — спасибо.

Майк водил руками по моему телу, не прекращая целовать. Я кусала его губы, дёргала волосы и крутила бёдрами, побуждая не медлить.

— Кажется, мы наконец добрались до правильного места, — улыбнулся он, слегка приподнимаясь, и спросил. — Сейчас?

Я кивнула, трепеща от волнения. Майк провёл головкой по моим складочкам, и я задрожала сильнее, инстинктивно сжимаясь. Он простонал и далеко не от удовольствия.

— Расслабься, малыш, — шепнул он, водя головкой по клитору.

Наверное, мне должно было это понравиться или отвлечь, но я уже поняла: что-то не так, именно поэтому все ощущения были отравлены глупой паникой. Я вся буквально истекала, я жаждала его, но при этом не могла пустить внутрь то, чего так хотела.

Майк снова попытался попасть внутрь, и я опять сжалась, даже вжалась в матрас, не позволяя ему давить сильнее.

Наши глаза встретились, и тут до меня дошло…

— Майк, — пискнула я в отчаянии. — Я боюсь.

Да, знаю, это чертовски нелепо — домогаться парня, а потом заявить ему такое. Но кто же знал, что у меня в подсознании остались какие-то пунктики.

— Боишься, что будет больно? — уточнил он, прекратив атаковать.

Я покивала и тут же крепко обняла его, не желая мириться с собственной глупостью и отказываться от того, чего на самом деле безумно хотела.

— Давай ещё раз, пожалуйста. Я буду стараться… — заскулила я, словно маленькая девочка, выпрашивающая мороженое.

Майк ничего не ответил, он просто начал все заново. Он целовал и ласкал меня, шептал какие-то милые пошлости, пытаясь отвлечь. Его руки и рот все так же безошибочно находили мои ключевые точки удовольствия. Я расслаблялась, растекалась, раскрывалась перед ним. Но как только головка члена касалась входа, у меня в голове словно щелкал предательский выключатель, и я, сжимая ноги, истерично отползала вверх на подушки.

Наверное, он возился со мной уже час или около того. Это был третий заход, и снова я не смогла. Устав от шуток собственного кривого разума, я развела ноги в стороны, истерично крикнув:

— Господи, просто трахни меня. Прижми покрепче и сделай это! — не знаю, чего я пыталась этим добиться. Скорее всего, у него просто упадёт, и мы, как восьмидесятилетние неудачники, пойдём на кухню жевать проклятую овсянку.

Майк только покачал головой и процедил сквозь зубы:

— Не проси меня об этом. Тебе будет больно, а я больше никогда не хочу причинять тебе боль, Мел.

Я ничего не могла с собой поделать. Его слова были полны горечи, чувства вины и… нежности. Я зажмурилась. Одинокая слезинка собралась в уголке глаза, прокатилась по щеке. Майк поймал её губами, покрывая моё лицо поцелуями. Он перекатился на спину, потянув меня за собой, и приподнялся вместе со мной, чтобы сесть. Вчера я точно так же сидела на нем сверху, но настроение было в разы бодрее.

— И я уже просил тебя не плакать из-за меня, — напомнил Майк, не преставая целовать.

Каким-то чудом его член все ещё оставался в эрегированном состоянии. Учитывая, что он такой практически двенадцать часов, не считая пробежки, то и правда может отвалиться. У меня начала просыпаться совесть.

Я же просто издеваюсь над ним. Над ними обоими. Кто, кроме Сторма, пошёл бы на такие подвиги ради девки, которая методично портила ему жизнь. Может, это было частью прелюдии, может, он так же, как и я, испытывал извращённое удовольствие от всех наших стычек, но, по факту, я — гадина и продолжаю ею быть. Пора бы уже и мне делать шаги навстречу. Он заслужил. Я начала тихонько, а потом все увереннее раскачиваться, скользя по его члену, отчего тот стал ещё более жёстким. Набравшись смелости и спрятав глаза, я промямлила:

— Можно ведь и ртом…

Майк, кажется, не расслышал моего предложения, и я уже собиралась повторить его погромче, когда он сказал:

— Попробуй сама…

Майк наблюдал, как я скольжу по нему, как член становится блестящим от смазки. Я не очень верила, что смогу это сделать. Как ни хорохорься, а опыта у меня ноль. Хотя чего может быть проще — просто сесть на него, а дальше природа и Майк подскажут. Я облизала губы и прижала головку к клитору, смещая ниже. Никаких щелчков. Никакого страха. Немного волнения и адреналина, и много возбуждения. Мысль о том, что сейчас я могу сама поиметь Майкла Сторма, показалась мне чертовски привлекательной.

Головка легко проскользнула внутрь, и я вздохнула с облегчением. Не больно.

Осторожно опустившись, я вобрала в себя все остальное и гордо взглянула на Майка. Сейчас его эмоции меня интересовали гораздо больше, чем свои. Да, было очень приятно ощущать эту наполненность, но, как я и думала, мгновенного щенячьего восторга не последовало. А вот Сторм выглядел немного странно. Он весь напрягся, сжал губы и тяжело дышал.

Я слегка приподнялась и снова опустилась, вырвав из его рта стон.

— Так хорошо? — спросила я, опираясь о его плечи и снова отталкиваясь. — Тебе нравится?

— Да, черт, да, — проскулил он, сжимая мой зад и подбрасывая меня вверх.

Я подстроилась под его темп и старательно двигала бёдрами, не сводя глаз с лица Майка. Его приоткрытый рот, напряжённые челюсти, прикрытые от удовольствия глаза и гуляющий по горлу кадык — все это приводило меня в восторг и порождало какую-то нелепую гордость. Я понимала, что он долго не протянет, но все же решила уделить немного внимания и своим ощущениям. Удовольствие мягким теплом крутилось где-то внизу живота, но я была так поглощена Майком, что просто не могла сосредоточиться на себе.

Вспомнив истории о кегле и мифической точке джи, я приподнялась и, опускаясь, попробовала сжать внутренние мышцы. Я хныкнула от неожиданной вспышки наслаждения, которая добавилась к и без того приятным ощущениям.

— Мел, — отчаянно простонал Майк, и я повторила этот трюк, потому что ему это понравилось не меньше. — Ох, нет! Черт!

Майк сильно впечатал меня в себя раз, другой, третий, прижался лбом к моей груди и замер, подавившись последним стоном.

— Господи, — Сторм аккуратно ссадил меня с себя, а сам упал на подушки, выглядя при этом совершенно растерянным. — Прости… Это чёртово проклятие.

Я почувствовала, как по бёдрам стекает тёплая жидкость и улыбнулась. Он кончил. Я заставила Майка кончить. И была весьма довольна собой, в отличие от некоторых.

Убрав влажную прядь волос с его лба, я подкатилась и устроилась у Майка под мышкой. Он стащил резинку с моих волос, растрепав хвостик, и утопил пальцы в моих непослушных кудрях.

— Я кончил в тебя, — Майк сглотнул. — Снова… Проклятье.

— Я проверилась и сделала укол. Расслабься, все в порядке.

— Проверялась, а? — поддел он.

— Это стандартный осмотр, — я закатила глаза. — Рассказать в подробностях?

— Нет, нет. Обойдусь, — он хихикнул, но сразу помрачнел. — Как впечатления?

— Рассказать в подробностях? — повторила я, не собираясь мрачнеть вместе с ним.

— Да брось, какие тут подробности. Подружкам расскажешь — раз, два и он кончил.

У него была такая кислая физиономия, что я сначала растерялась, а потом поняла, что это чудо сейчас казнит себя за то, что не довёл меня до оргазма. Нормально, да? Даже если отбросить вчерашний вечер, он промаялся стояком все утро, а потом ещё вытерпел мои заскоки. И после этого нашёл причину поубиваться. Ну и чудо.