Гречишный мёд (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 83

— Я даже не знал, что у тебя есть собака.

— Ты много чего не знаешь обо мне, — я потрепала подбежавшую Весну по холке и боковым зрением увидела Максима, выходящего из дверей.

Твою мать!

Весна вдруг резко подняла морду и стремглав бросилась к нему. Пашка моментально выхватил пистолет.

— Стой! — крикнула, хватая его за руку.

 Словно в замедленной съемке видела, как собака бросилась на грудь Максиму, но он удержался на ногах. Мой напарник попытался вырваться из моей хватки, но я отбросила его назад, взмыла по ступенькам и, схватив Весну, оттащила от охраняемого объекта.

— Черт... Мать вашу... — глухо пробормотал Макс, утирая тыльной стороной ладони мокрое от слюней лицо.

Его брови сошлись на переносице, но мне показалось, на миг в его глазах мелькнули смешливые искорки. Я не стала всматриваться, склонилась к собаке, выговаривая ей. Пашка недовольно бубнил ругательства в мой адрес, потирая вывихнутую руку.

— Ульяна, зайдите ко мне, — строго и холодно сказал Макс. Я подняла взгляд и утонула в его глазах. Словно не было всех этих прошедших лет. — Вы слушаете меня?

— А, да, Максим Викторович.

Я поднялась, отряхнула руки. Вдруг почувствовала себя нерадивой ученицей. Надо срочно приводить себя в порядок — ненавижу чувствовать себя виноватой.

Он уже повернулся и вошёл внутрь дома.

— Пашк, последи за Весной, — коротко бросила парню.

Макс стоял в кабинете у окна спиной ко мне. Как только я вошла, обернулся. Его лицо абсолютно ничего не выражало, словно было неподвижной маской.

— Что это было? — тихо спросил он.

Я развела руками, вздохнула, но, вспомнив, что не собиралась извиняться, вскинула подбородок.

— Это не что, а кто. Моя собака. Я привезла ее, потому что мне не с кем ее оставить. Вы же сами хотели, чтобы я круглосуточно была при вас. Собака уже старая, ей почти тринадцать лет, и она достаточно спокойная. Я имею в виду, что она не доставит вам хлопот.

— Вы не поняли, — теперь я слышала злые нотки в его голосе. — Вы подвергли животное ненужному риску. Ваш коллега запросто мог пристрелить пса. Вы об этом подумали? Где вас учили просчитывать ситуации?

Я хотела возразить, но так и осталась стоять с открытым ртом.

Просчитывать ситуации!

Почувствовала, как жаром полыхнули мои щёки.

   А Макс тем временем насмешливо продолжал:

— Да и сотрудника чуть не отправили на больничный. Минус вам в зачётку, Ульяна. Научитесь держать свои эмоции в узде. — Я стояла, не в силах двинуться с места. — Вы свободны.

     Словно не на своих ногах, а на каких-то негнущихся столбах, я заставила себя выйти из его кабинета.

Так, немедленно успокоиться! Глубокий вдох, выдох, ещё вдох... Приложила прохладные ладони к горящим щекам. Как стыдно! Не помню, когда последний раз меня так отчитывали.

Чисто автоматически начала разгружать свою машину, вытащила на траву сумки. Пашка был далеко, играл с собакой. Я подхватила багаж и потащила к лестнице. Вздрогнула от неожиданности, когда сумка вдруг резко взмыла вверх. Подняла глаза — опять он, недовольный.

— Дайте сюда.

Выхватив из моих рук вещи, Макс пошел по лестнице. Я шла сзади, ловя еле слышный запах его тела, от которого у меня снова затвердели соски, как тогда в машине. Макс повернул в сторону от спальни, в которой я ночевала в свои смены.

— Постойте, Максим Викторович... — неожиданно мой голос сорвался на писк. — Моя комната в другой части дома.

— Была, — он открыл дверь в одну из гостевых спальней рядом с его. — Теперь вашей комнатой, Ульяна, будет эта.

Он вошёл внутрь, поставил сумки на пол, посмотрел на свои руки.

— Разве нельзя было попросить прислугу принести ваш багаж? Что там у вас, гири?

— Одежда и... оружие.

Макс хмыкнул, покачал головой и, больше не сказав ни слова, вышел.

В растерянности я осталась стоять посреди комнаты. Затем в сердцах пнула сумку. Черт. Самую жесткую, с оружием.

Огляделась вокруг. Комната была просторной и светлой. На огромных панорамных окнах — тяжёлые белые шторы. Стены приятного мятного цвета.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Время, пока я разбирала сумки и развешивала в шкаф одежду, пролетело незаметно. Мне надо прекращать заниматься личными делами, и приступать к своим прямым обязанностям.

Я хотела пройтись вокруг дома и лично проверить камеры видеонаблюдения. Кроме того я заметила несколько новых людей среди обслуживающего персонала, и это мне совсем не понравилось. Именно поэтому решила привезти некоторые из необходимых для работы приборов.

Я не знала, какие отношения связывали Максима с его отцом и остальной семьёй, и мне необходимо было это выяснить, чтобы продумать дальнейшие действия. В моей работе очень важно знать детали. Малейший недочёт может стоить жизни клиенту и мне.

Переодевшись в лёгкий спортивный костюм и кроссовки, я прихватила детектор. Была уверена, что дом и сад набиты жучками. Сниму их и, если будет надо, поставлю свои.

Сначала прошлась вдоль забора, дойдя до оранжереи, остановилась. Этот чудесный всесезонный сад был настоящей гордостью Виктора Круглова. Когда я впервые его увидела, не могла поверить глазам — чего там только не было! И орхидеи, и магнолии, огромное апельсиновое дерево с пусть и мелкими плодами. Какие-то тропические лианы змеями свисали с потолка. Конечно, и воздух был тропическим — душным и влажным. Кто бы мог подумать, что у такого жесткого бизнесмена такое увлечение — цветоводство?!

Дверь была приоткрыта, я вошла и услышала голос. Замерла, прислушиваясь.

— …Состарилась совсем, подружка, — его голос. — На, Весна, на ешь ещё... Ишь, набросилась — чуть с ног не сбила, обслюнявила совсем. — Макс тихо смеялся. — Вспомнила, а?

Макс говорил с моей собакой! Он помнил ее! А значит — и меня!

Виски вновь прорезала резкая боль. Стараясь не шуметь, я отступила назад и, выйдя, прикрыла за собой дверь.

Игорь Круглов приземлился в аэропорту Калгари — города на западе Канады. Задница болела от долгого сиденья, но если бы он не дул джин в течение восьми часов, то было бы и хуже. Пройдя таможенный и иммиграционный контроль, молодой человек вышел на улицу. Ряд уберов застыл в ожидании пассажиров.

Гостиница, в которой Игорь забронировал номер, находилась в центре города. Он не намерен был там останавливаться надолго. После того как решит важные вопросы, тут же улетит обратно в Торонто, где его ждали апартаменты класса «люкс» и знакомые девочки. 

Глянув на часы, мужчина заторопился. Встреча с человеком назначена на восемь часов вечера и до неё осталось меньше двух часов. Игорь хотел привести себя в порядок, освежиться после долгого пути в душе. Надо произвести на этого мужика достойное впечатление, иначе тот не согласится иметь с ним дела.

Отель произвёл на него гнетущее впечатление. Слишком аляповатый, с претензией на роскошь. Напомнил ему гостиницу «Москва». Да и этот затхлый запах старости, напоминающий о темницах и существовании привидений, наводил тоску.

Номер оказался просторным и имел отдельный кабинет, огромную ванную с вместительной душевой кабиной. Игорь освободился от одежды и шагнул на прохладный кафель. Долго стоял с закрытыми глазами, наслаждаясь горячей водой, так приятно расслабляющей занемевшие от долгого сидения мышцы. Его последний шанс расслабиться — потом ему уже будет не до этого. Вряд ли он сможет спокойно спать, пока исполнитель не сделает своё дело. Пора брать бразды правления в свои руки и избавляться от стоящих у него на пути.

Максим вышел из оранжереи, огляделся по сторонам. Увидев Ульяну, идущую вдоль забора, остановился. Сейчас она выглядела по-другому — в светло-сером спортивном костюме, в кроссовках и все с тем же чопорным пучком на затылке. Он догадался, что девушка узнала его. Только вот почему разговаривает с ним с подчёркнуто вежливо-холодными интонациями? Только лишь потому, что он теперь богатый наследник и ее клиент или же она не забыла ту обиду, которую он нанёс ей много лет назад? Но разве он был не прав? Эта девушка-ведьма околдовала его, опоила своими зельями. Так, что он забыл все на свете — свою мать, отчаянно разыскивавшую его, и то, что ему надо найти убийцу друга и его невесты...