Гречишный мёд (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 31

Зарылся лицом в мои волосы. Я ощущала дрожь его тела, чувствовала его губы у себя на виске, на волосах. Макс потянул вниз воротник моей сорочки, обнажая плечо. Снова жгущие губы, заставлявшие меня трепетать. Я должна немедленно уйти, но сил нет. Низ живота наполнился тяжестью.

— Ты сладкая. Сладкая, как мёд...

Он скользил губами, языком, словно пробуя лакомство. А я горела мотыльком в жарком пламени своей страсти, задыхалась от доселе неизведанных чувств.

— Максим…

Я должна остановить это, пока не поздно. Попыталась оттолкнуть, высвободится из его объятий.

— Ещё чуть-чуть. Подожди… — его шёпот смешивался с поцелуями. Казалось, он готов был покрыть ими каждый сантиметр моей кожи. — Я хочу чувствовать. Черт! — он резко оттолкнул меня, закрыл лицо руками.

Воспользовавшись моментом, я отбежала к двери. Стояла растрепанная, разметанная, не в силах уйти и не в силах остаться.

— Что мне делать? Как я буду жить? Я только одно умею — воевать. Я солдат, черт побери! Нахрена мне нужны руки, если я ничего ими не могу делать? Даже обнять девушку...

В этот момент я поняла, что сделаю это для Максима. Отдам ему свою Родовую Силу. А она вернётся ко мне — я знала. Чувствовала это, когда он целовал меня. Макс полюбит меня.

Глава 10

  Макс долго не выходил из своей комнаты. Лежал, прислушиваясь к звукам, доносившимся с кухни: звяканье тарелок, шум льющейся воды, хлопанье дверцы шкафа. Ему было стыдно. Какой бес попутал его наброситься на девушку? Она совсем юная и неискушенная. Молодой человек сразу понял это. Целоваться не умеет, да и руки не знает куда девать.

Прерывисто вздохнул, вспоминая ее испуганные глаза. Хотя нет, ещё что-то другое было в выражении лица девушки. Макс зажмурился, повернулся на живот. Непослушный и независимый от него член упёрся в матрас. Молодой человек стиснул зубы — ещё не хватало, чтобы у него возникал стояк при каждом взгляде на Ульяну.

Макс практически не спал этой ночью — не мог перестать думать об этой девушке: какая она смелая, находчивая, добрая... Мысленно приписывал и пересчитывал необыкновенные качества ее характера, но перед глазами назойливо мелькал образ Ульяны с чуть приоткрытыми сочными губами, упругой грудью с бутончиками сосков, шелковистыми волосами, рассыпанными по плечам. И вкус... вкус ее кожи — слегка солоноватый, пряный как луговые цветы. Если бы не случившееся с его руками, Макс никогда не изведал бы такого наслаждения — прикасаться к женщине губами, исследовать ее. И ему хотелось делать это ещё и ещё.

Господи, когда же прекратится это напряжение в трусах? Макс не мог припомнить, чтобы такое с ним происходило в подростковом возрасте. Он снова перевернулся в кровати. Надо вставать.

Одевшись в свои все те же спортивные брюки и рубашку, которую дала ему Ульяна, он вышел в кухню. Ульяна сидела к нему спиной, разглядывала что-то в окне. На звук открывшейся двери девушка повернулась. Улыбнулась, и тот час же у Макса отлегло от сердца — она не сердилась. В глазах плясали золотистые искорки.

— Доброе утро, соня, — сказала она. — Иди скорей умывайся. Завтрак готов.

С облегчением вздохнув, молодой человек направился в ванную. К его возвращению на столе уже находилась миска с пшённой кашей, стопка блинов высилась на тарелке рядом, стояла баночка с мёдом. Макс бросил быстрый взгляд на Ульяну, сидевшую напротив.

— Ты сама готовила?

Она незлобиво ухмыльнулась.

— Ну а кто же ещё, как ты думаешь?

Макс рассмеялся. Похоже, эта девушка отняла у него разум — что за глупые вопросы задаёт ей?

Он с аппетитом ел, чувствуя, как Ульяна смотрит на него.

— Почему сказал, что ты солдат? — неожиданно спросила.

Макс исподлобья глянул на неё, слегка наморщив лоб.

— Потому что я учился этому, участвовал в военных операциях. Это все, что я умею.

Она покачала головой.

— Не-а, у тебя совсем другой путь.

— Ага, погадай, гадалочка. Не верю я всему этому, — выпалил он. Ульяна пожала плечами. — Откуда ты можешь знать? Ты вообще ничего не знаешь обо мне, кроме имени. Может быть, я мерзавец.

Девушка рассмеялась.

— Давай ешь.

— Ты очень странная...

Макс встал из-за стола и подошёл к девушке сзади, положил руки на плечи. Наклонился, вдыхая носом запах волос.

— …Я вообще не понимаю, почему мы встретились с тобой? Здесь, в этой глуши. И не знаю, хорошо это или нет. Потому что ты в той части моей жизни, которую я хочу вырезать…

Она замерла и не двигалась, словно боялась спугнуть его.

— Расскажи мне о себе, Ульяна. Я хочу знать, кто ты…

Она почувствовала горячее дыхание на макушке.

— …Ты сладкая и терпкая. Как мёд.

Повернул ее лицом к себе. Взгляд опустился на ее чуть приоткрытые губы.

— Я тоже хочу больше узнать о тебе, — еле слышно сказала она. — Тоже хочу попробовать тебя на вкус.

Черт! Да он ни минуту не выдержит. Ещё что-то подобное из ее уст, и  Макс за себя не ручается.

Резко выдохнув, он отпрянул от девушки.

— Извини, наверное мы не должны… я не должен. Черт!

Парень схватил свою опустевшую тарелку, заметался по кухне.

— Завтрак был просто супер. Спасибо. Давай я помогу тебе убрать посуду.

Макс боялся взглянуть на Ульяну, потому как знал — не найдёт сил сопротивляться своему похотливому желанию.

 Я поймала удивлённый взгляд Максима, когда вышла из своей комнаты, одетая в скромное платье тёмного цвета и с учебниками под мышкой. Предупреждая его вопрос, коротко бросила:

— В школу.

Похоже, он так и остался стоять с открытым ртом.

Я тем временем втиснула ноги в сапоги, накинула парку и повязала на голову платок.

— Погоди, Ульян, ты что, училка в школе?

Больше не в силах сдерживать смех, я повернулась к парню.

— А что, похожа? — Макс как-то странно на меня смотрел. — Нет, Максим, я ученица. Ученица одиннадцатого класса.

Увидела, как у парня вытянулось лицо, и постаралась поскорее выскочить за дверь. Я догадывалась, что он думал — я несовершеннолетняя и от меня надо держаться подальше. Только одного Максим не учёл — я уже все для себя решила: он будет моим первым мужчиной. Ему просто невдомек, что для него это важнее всего на свете. Я отдам ему не только свою невинность, но и свою Родовую Силу. Он снова будет здоров.

Я вздохнула. К сожалению, через три дня после этого все мои предыдущие заклинания потеряют своё воздействие. Макс вспомнит все, что произошло с ним в тот день. Бедняга. Оставалась надежда, что мой подарок защитит его от бед и несчастий.

Сама не заметила как дошла до школы. Настроение было отличное. Знала, что все  получится по-моему, и в конце концов я и Максим будем вместе.

Радужные мечты были грубо прерваны твёрдым снежком, со всей силы брошенным одним из одноклассников.

— Эй, гляньте, ведьма приперлась! Сколько лет сколько зим!

Гогоча, Кирилл, забежал впереди меня и начал кривляться. Я попыталась не обращать внимания на очередного дурака, но он протянул руку и стянул платок с моей головы. К парню уже бежали его друзья-приятели, словно шакалы, завидевшие добычу.

Я напряглась — неужели придётся защищаться?

— Колдушка, что же ты не наколдуешь себе пятёрок в четверти?

Они хохотали. Кто-то достал зажигалку «Zippo».

— Давайте-ка ведьму на костёр!

Растеряно оглядела хохотавшую кучку парней.

 За что они так ненавидят меня? Разве я когда-либо делала им что-то плохое? Наоборот — матери и отцы этих живодеров с радостью употребляли приготовленные мной отвары и настойки.

— Молчит, молчит, тварь!

Боковым зрением я увидела, как кто-то бежит сюда со всех ног. Ромка! Только его ещё здесь не хватало. Сейчас яд и злоба выделятся в двойном количестве.

— Ребят, а слышали, ветврачиха из соседнего села из-за неё померла. И лесник наш тоже, — вдруг резануло слух, и в это же время кто-то ударил меня по спине портфелем, набитым книгами.