Колючий крыжовник (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 66

Калгари Полине понравился. По сравнению с Москвой, Майами, и Нью-Йорком, город был немноголюдный. Здесь отсутствовали огромные автомобильные пробки, воздух отличался кристальной свежестью и этим напоминал Санкт-Петербург. Центр города при желании можно было обойти за пару часов. Полина обратила внимание на большое количество небольших кафешек и ресторанов. Почти на каждом столбе висели корзины с цветами.

— Калгари считается центром Дикого Запада. Каждый год у нас проходит ковбойский праздник «Стампид», и, Полин, ты представляешь, на эти две недели прекращаются даже земельные торги.

Они шли по Стивен Авеню, пешеходной улочке, типа Старого Арбата.

— А ещё, несмотря на то, что столица нашей провинции — Эдмонтон, Калгари — это центр нефтегазовой промышленности.

Майкл обнял девушку за плечи, указывая другой рукой на высотные здания.

— Почти во всех этих высотках находятся нефтяные компании.

Полина с интересом слушала мужчину.

— А завтра мы поедем в одну из больниц, и ты сможешь посмотреть, как там у нас все устроено. Хочешь?

— Конечно, хочу, Крок. Очень.

Мужчина заботливо наклонился к ней, взял её ладошки в свои руки, подул на них.

— Ты совсем замёрзла. Поехали домой?

— К маме? — девушка с грустью усмехнулась.

— Обещаю, я поговорю с ней, и она оставит тебя в покое. Потерпи три недели. Я закончу дела и вернусь.

Полина вздохнула. В конце концов, три недели не такой уж большой срок.

Майкл нашёл свою мать сидящей в беседке. Она с кем-то разговаривала по телефону. Увидев идущего к ней сына, Одри нажала на кнопку сброса и положила телефон в карман.

— А где твоя невеста? — подозрительно сладким голосом спросила женщина.

— Она немного устала с дороги и прилегла отдохнуть.

— У тебя с ней действительно серьезно?

— Конечно, — Майкл присел напротив. — Она немного поживет у тебя. Мне надо отъехать по делам.

— Ну конечно, сын, я уважаю твой выбор.

— Я тебя очень прошу, сделай так, чтобы ей был комфортно.

— Разумеется, дорогой. Она довольно приятная девочка.

Майкл поднялся с кресла и, подойдя к матери, чмокнул ее в щеку.

— Я уезжаю послезавтра. Пожалуйста, будь с ней добра.

Он вышел из беседки, не обратив внимания на саркастическую усмешку матери.

Полина проснулась поздно. Попыталась рукой дотянуться до Майкла, но его место было пустым. В ужасе открыв глаза, она обнаружила, что его нет. Нигде. Он уехал и даже не разбудил ее! На глаза навернулись слезы. Три недели! Три долгие недели без Крока.

Она села на край кровати. Сегодня ей предстоит идти на «плаху», а точнее, на завтрак в столовую, одной. Хотя, надо сказать, вчерашний день прошёл спокойно, и мать Майкла была очень приветлива с ней.

Девушка приняла душ, причесалась и нанесла лёгкий макияж. Открыв шкаф, выбрала кашемировое персикового цвета платье. Туфли? На небольшом каблуке, на случай, если придётся много ходить по городу. Полина хотела прогуляться по улицам Калгари и заодно сходить в аптеку, которую она обнаружила недалёко от дома.

Одри Эверс уже сидела за столом. Перед ней стоял все тот же кофейник, чашка и сахарница. На приготовленном для Полины месте находились блюдо с булочками, свежие фрукты и стакан свежевыжатого апельсинового сока.

— Доброе утро, — Полина прошла к столу и, отодвинув стул, села.

— Доброе утро, дорогая Полин, — женщина очаровательно улыбнулась. — Майкл уехал посреди ночи.

Девушка кивнула.

— Какие-то неотложные дела в Майами.

Они помолчали. Затем Полина решила спросить женщину про такси.

— Такси? Деточка… Зачем тебе такси? Я сама тебя отвезу, куда надо. Мы можем также прогуляться по городу.

Полина согласилась. В конце концов, надо налаживать отношения с матерью Майкла.

Они провели день, бродя по магазинам и бутикам. Полина поймала себя на мысли, что эта женщина, миссис Эверс, достаточно приятна. Ей даже стало неловко за своё поведение во время их первой встречи за завтраком.

— Смотри, Полин, этот шарфик так тебе идёт, — Одри радостно улыбалась, держа в руке синий шёлковый шарфик. — Померяй.

Девушка тайком глянула на ценник и ахнула.

— Я не могу себе такое позволить. Это слишком дорого.

— Как? Майкл не оставил тебе денег? Вот разгильдяй.

— Он хотел оставить, но я отказалась.

Женщина как-то странно посмотрела на Полину. Вздохнула.

— Но не стал уговаривать… Ну да, узнаю своего сына. Весь пошёл в отца.

Одри Эверс повесила платок обратно. Они вышли из бутика.

— Сказать по правде, они и с первой женой развелись из-за его скупердяйства. Бедняжка не могла позволить себе даже лишнюю чашку кофе. Я уж не говорю про одежду. Полина промолчала. Ей не хотелось слушать про бывшую жену Майкла, тем более про их отношения.

Они шли по направлению к дому. Полина вспомнила, что собиралась зайти в аптеку.

— Если тебе надо, то я заплачу за твои лекарства.

— Спасибо, Одри, но на такие мелочи у меня деньги есть.

Под пристальным взглядом матери Майкла девушка выбрала два разных теста на беременность.

Выйдя на улицу, Одри взяла Полину под руку.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — ее голос был вкрадчивым.

— Очень хорошо.

Они подошли к дому. Женщина открыла дверь и впустила Полину внутрь.

— Ты, наверное, голодная?

Полина рассмеялась.

— Ну что вы? Кажется, мы ели без перерыва. Теперь время отдыха.

Женщина вздохнула.

— Если проголодаешься — дай знать.

Полина улыбнулась, спускаясь вниз по лестнице.

48

Сев в кресло в их с Майклом спальне, девушка взяла в руки мобильник и набрала номер своего любимого.

Его голос был тёплым, и в нем слышалась забота о Полине. На душе сразу стало легче. Так как Майкл сейчас находился на работе, то у них не было возможности говорить дольше.

Полина со вздохом закончила разговор. Достала из сумочки тесты и, прочитав инструкцию, направилась в ванную комнату. Так она и знала — тест был положительным. Девушка улыбнулась. Конечно, такую новость по телефону она говорить не будет. Полина задрала футболку. Поглядела в зеркало, представляя себя с животом. Радостно рассмеялась. Лучше пока вообще никому не говорить. Пусть пройдёт ещё недель десять.

Войдя в столовую утром следующего дня, Полина не увидела Одри Эверс на обычном месте во главе стола.

Со стороны просторного холла доносились чьи-то голоса и, Полине показалось, всхлипывания.

Девушка пожала плечами и села за стол. Стакан свежевыжатого апельсинового сока, тост с корицей и яйцо всмятку — чувствовалось, что мать Майкла заботится о своей гостье.

Полина услышала, как входная дверь закрылась, и следом раздались шаги Одри. Она, бормоча что-то себе под нос, прошла мимо Полины, не заметив её.

— Ах, ну как же так, Майкл? Как же так? — причитала она, копаясь в каком-то ящике. — Выгнать женщину с ребёнком на улицу? Какая жестокость.

Полина кашлянула. Одри обернулась к ней. В глазах ее был испуг.

— Ой, Полин, извини. Я не знала, что ты здесь…

— Что-то случилось?

Женщина вдруг опустила голову, зарыдала, прижимая ладони к лицу. Полина в растерянности смотрела на неё.

— Как же мне тебя жалко, Полин. Майкл… Майкл, он нехороший человек. Прости, он мне ведь сын. Но… не дай бог, ты действительно беременна…

— Я не совсем вас понимаю, Одри.

— Ах, деточка. Он ведь не говорил, что у него есть ребенок? Наверняка нет. Он бросил свою беременную жену и уехал туда, где тепло и много красивых женщин.

— Зачем вы мне говорите это?

Полина почувствовала, как ее сердце сжимается от нехорошего предчувствия.

Одри отняла ладони от покрасневшего лица.

— Ты хоть знаешь, зачем он поехал обратно в Майами?

— Конечно, — Полина одним залпом допила апельсиновый сок. Больше всего на свете ей хотелось находиться в своей спальне. И чтобы Крок был рядом. — Майкл уехал туда, чтобы закончить свои дела.