Rarely Pure and Never Simple (ЛП) - "motleygrrrl" - Страница 64

– Поттер, что происходит? – вопрос Блэйза прорезался сквозь нарастающую истерику Драко, лопнув удушливый пузырь тревоги, окружающий парня, и позволив ему снова вдохнуть свежий воздух.

– Вот что, – просто сказал Гарри, кладя экземпляр «Ежедневного пророка» на стол перед всеми. Прямо на главной странице была большая движущаяся фотография Гарри и Драко, держащихся за руки, когда они шли вниз по склону холма, а большое озеро подмигивало читателям на заднем плане. Драко почувствовал, как его сердце сковал ужас, когда крошечный Гарри на фотографии остановил Драко, широко улыбаясь, и притянул блондина ближе для поцелуя. Ужас нарастал, Драко наблюдал, как он сделал вид, что сопротивляется на мгновение, прежде чем сдаться с улыбкой. Мерлин и Моргана, представьте себе – Драко даже покраснел! Блять, нет! Нет, выставить это на всеобщее обозрение было просто низко!

– Кто, чёрт возьми, сделал этот снимок? – сказал Драко низким, угрожающим голосом, просматривая страницу в поисках намёка на имя фотографа, но ничего не нашёл.

– Думаю, кто-то в этой школе заработал много золота, продавая этот материал газете, – сказал Блйэз, пододвигая прессу к себе, чтобы получше рассмотреть, – Честно говоря, я удивлён, что Пророк не пронюхал раньше. Вы ведь совершенно не скрываете свою необузданную страсть. Вся школа уже давно знает о ваших, далеко не платонических, отношениях. Не думаю, что доказательства в виде фото много кого удивили.

– Чёрт, – выругался Драко, пытаясь успокоить дыхание, – Как вы думаете, каков тираж этой газетёнки? Нам нужно немедленно связаться с Пророком и заставить их прекратить печатать этот номер! А потом обойдём каждого человека в этом чёртовом замке и силой отберём эту гадость. И наложим Обливиэйт на каждого, – друзья уставились на него, – Что? – нетерпеливо спросил он, – Чего ждёте? У нас впереди много работы, поехали! Разбираем столы и начинаем всем стирать память. Я начну со Слизерина, а вы займитесь другими факультетами.

– Драко, ты хоть читал эту статью? – вздохнул Блэйз.

– Конечно, нет, – Драко уставился на газету на столе, – Эта газета и все её статьи – зло. И клевета. И гнусность.

Блэйз снова вздохнул и взял газету.

– Они описывают тебя как новоиспечённого Пожирателя смерти, приложившего руку к победе над Сам-знаешь-кем.

– Ничего подобного там нет, – автоматически спорил Драко.

Блэйз продолжал, как будто блондин ничего не говорил.

– В статье прямым текстом говорится о том, как Гарри прикончил его с помощью твоей палочки.

– Нет там такого.

– И потом, – Блэйз заговорил громче, – здесь утверждается, как вам повезло, что вы оба смогли подняться над трагедией прошлого и найти друг друга среди затянувшегося горя и отчаяния приходящей в себя нации, и что тебя должны перестать гнобить за преступления твоего отца.

Драко отчаянно замотал головой.

– Не может быть! – Блэйз, должно быть, врёт. Не может быть, чтобы кто-то сознательно писал о Драко такие хорошие вещи!

– Здесь также сказано, что вы с Поттером были романтически связаны ещё до окончания войны.

– Нет, не были! – по крайней мере, нашлась ложь, с которой Драко мог поспорить.

– Ну конечно же, нет, – вздохнул Блэйз, – Мы это знаем. Я просто говорю тебе, что написано в статье.

– Нет, здесь ничего такого не сказано. Они ненавидят меня! – драматично напомнил им Драко, – Ты лжёшь, чтобы мне стало легче. Статья, скорее всего, о том, какой я злой, жалкий и бездушный, и как я заслуживаю быть растоптанным до смерти злыми людьми, которые ненавидят меня и хотят моей смерти. И ещё там наверняка упоминается, что я всё это заслужил!

– Прочти сам, – пожал плечами Блэйз, бросая газету на стол.

– Знаешь, тут действительно так всё и сказано, – тихо сказал Гарри, – Блэйз не врёт.

– Но все ненавидят меня, – слабо возразил Драко, – Газеты никогда не печатали ничего даже отдалённо доброго обо мне. А потом, вдруг, они печатают всю эту нелепую и милую ерунду?

– Ну, – неловко начал Гарри, – откровенно говоря, появились и менее лестные статьи, но ни одна – на главной странице. Все они где-то в районе третьей страницы…

– Дай угадаю, – саркастически начал Драко, – они утверждают, что я второй Тёмный Лорд и жду расправы над их Спасителем при помощи своего проклятого члена зла, я прав?

– Вроде того, – сказал Поттер и неожиданно рассмеялся, – В основном, они просто делятся домыслами, что ты меня опоил или заколдовал, чисто по-слизерински, – он снова засмеялся, – Придурки, – он весело покачал головой, очевидно, не замечая, как внутренности Драко скручиваются всё туже и туже в запутанные узлы, и как каждый из слизеринцев пытается избежать смотреть Гарри в глаза.

– Эй, смотрите! – воскликнул Блэйз, и Драко решил отложить на потом свои невесёлые мысли, – На четвёртой странице есть ещё одна фотография, и мы с Пэнси на ней! – он с волнением ткнул пальцем в газету, показывая Драко движущуюся фотографию (которая могла бы быть неподвижной из-за того, насколько скучной она была – и зачем её печатали?). На фото отважный гриффиндорец сидел за одним столом с тремя слизеринцами в библиотеке. Гарри смеялся над какой-то шуткой, и Драко уставился на представшую взору непринуждённую картину – он как будто впервые заметил, насколько комфортно брюнет чувствовал себя в их компании. Будет ли Поттер скучать по Пэнси и Блэйзу, когда узнает об обмане Драко, и вычеркнет ли полностью их из своей жизни? Возненавидит ли он их?

– Смотрите! – продолжал Блэйз, с энтузиазмом указывая на статью под фотографией, – Здесь даже не говорится ничего плохого обо мне или Пэнси!

– Чёрт возьми, Поттер, только лишь общение с тобой может изменить чьё угодно мнение о ком угодно, не так ли? – удивлённо произнесла Пэнси, тоже вглядываясь в фотографию, – Драко, есть реальный шанс, что все письма с порчей от твоих недоброжелателей теперь прекратятся!

– Что? – Гарри с беспокойством повернулся к блондину, – Ты ведь не получаешь про́клятую почту, правда?

– Нет! – решительно возразил Драко, затем делая паузу, – Ну, иногда, не часто. Очень редко. Тут не о чем беспокоиться.

– Ага, – сухо ответила Пэнси, – я ведь просто так сразу подумала о них. Не слушай его, Поттер. Из нас троих Драко получает больше всего унизительных писем с угрозами и, что страшнее, с чарами порчи всех видов.

– Вам всем такие приходят? – Гарри казался озадаченным, в его глазах светились недоверие и отчаяние.

– Иногда, – Блэйз небрежно пожал плечами, хотя Драко-то знал, как болезненно его друг относился к таким письмам, – Не так часто, как Драко.

– Я бы уточнила, что я получаю их раз или два в месяц, – Пэнси тоже пожала плечами, – Блэйз всё же больше получает недобрые взгляды и злобное бормотание за спиной в жизни, а не почтой. Ему мстят за преданность и дружбу с такими злодеями, как я и Драко.

– Почему тебе пишут недоброжелатели? – спросил Поттер у Пэнси, сморщив нос в замешательстве. Атмосфера беспокойства за новоиспечённых друзей, нависшая над ним, становилась всё более осязаемой.

Она удивлённо подняла бровь.

– Разве ты забыл ту мою маленькую оплошность, когда я потребовала отдать тебя в лапы красноглазого маньяка?

– О… точно, – задумчиво произнёс Гарри, – Это и вправду случилось.

Пэнси бросила на него унылый взгляд.

– Да, отчего-то это не сделало меня самым популярным человеком в стране. На тот момент я искренне полагала, что так мы сможем спасти свои жизни, но меня почему-то никто не поддержал.

– Ну, а что насчёт тебя, Драко? – Поттер повернулся к нему, беспокойство на его лице достигло пика, – Как часто ты получаешь письма с угрозами?

– Никогда! – немедленно ответил Драко, тяжело вздохнув, когда Блэйз и Пэнси подняли брови в знак несогласия, – Почти никогда, – проворчал он, – Иногда, но не так уж часто.

Блэйз со вздохом покачал головой.

– Ты даже не представляешь, сколько вопиллеров Драко пришлось уничтожить в этом году, Поттер. Разве в твоём послужном списке не рекорд в сорок один конверт со сглазом за один месяц, Драко?