Rarely Pure and Never Simple (ЛП) - "motleygrrrl" - Страница 56

– Как ты сексуален, Драко, – тихо сказал он, – Боже, как мне нравится, как ты выглядишь сейчас. И не смогу забыть твоё признание, что я по-настоящему дорог тебе.

Драко безмолвно вскрикнул, когда Гарри надавил сильнее, и двинулся навстречу, сжимая бёдра Гарри в ответ и пытаясь притянуть его ближе.

– Чёрт возьми, Гарри! – выдохнул он, молясь, чтобы его заглушающие чары всё ещё действовали, – Сильнее!

Поттер прикусил мышцу между шеей и плечом Драко, навалился на блондина ещё сильнее, практически расплющив Драко на матрасе, но Драко совершенно не возражал, будучи согласным исполнить любую прихоть своего парня.

– Не могу поверить, что я действительно в твоей постели, – простонал Поттер, – Я даже не смел думать, что когда-нибудь окажусь здесь.

– Ты часто думал о том, чтобы оказаться в моей постели, да? – задыхаясь, спросил Драко, прижимаясь к Поттеру и обхватывая ногами его бёдра.

– Всего лишь каждый божий день с начала этого года, – тяжело дыша, ответил Гарри, – Господи, я и раньше думал, что ты привлекателен, но, увидев тебя вновь в первый день в школе… чёрт, я думал, что моё сердце вот-вот остановится.

Драко не смог сдержать улыбки.

– Ты тогда возбудился, Поттер? – прошептал он, подталкиваемый алкоголем, который всё ещё бурлил в его венах, – Ты думал обо мне, когда трогал себя? Ты представлял, каково это – трахать меня? Лёжа один в своей кровати, представляешь ли ты меня рядом с собой, полностью обнажённого?

– О, чёрт, – простонал Поттер, его движения стали бешеными, – Да, Драко! Да на все твои вопросы!

– Мой Герой, – прорычал Драко, приподнимаясь и прижимаясь губами к губам Гарри и неистово их целуя, пока Поттер продолжал дико тереться о его пах. Мгновение спустя всё тело Гарри напряглось, его движения стали хаотичными и отрывистыми, он крепко вцепился в Драко, и тот почувствовал, как между ними разливается тепло. Не прерывая поцелуя, он потянулся, чтобы оторвать одну из рук Поттера от своей талии, направил её вниз и позволил ему обхватить пальцами свой, всё ещё твёрдый, член.

К счастью, Поттер всё понял сам, издал мягкий хриплый звук удовольствия, и начал гладить Драко, быстро и уверенно, на что блондин раздвинул ноги шире в знак одобрения, выгибаясь вверх, через полминуты кончая в руку Гарри.

– Ммм, – тихо простонал он Поттеру в рот, проводя кончиками пальцев щекочущую дорожку по его спине, – Это было хорошо, Поттер, – Гарри улыбнулся в знак согласия и устроился рядом с ним, – Но наложи на нас очищающее и натяни пижамы, м?

– Почему я? – он вытаращил глаза, – Почему бы тебе нас не очистить?

– Потому что я устал, – Драко изобразил широкий зевок, просто чтобы доказать свою точку зрения, – Будь добр, Гарри, дорогой, – он довольно усмехнулся про себя, когда Поттер потянулся за своей палочкой, ворча и накладывая очищающие чары на них обоих.

– А теперь пижама, – напомнил ему Драко, – Поверь мне. Если Блэйз проснётся раньше нас, то первое, что он сделает, это сунет свой любопытный нос к нам. Если он увидит наш задёрнутый полог, то не сможет удержаться от желания застать нас в компрометирующем положении.

– Он как-то уж слишком одержим нашей сексуальной жизнью, – проворчал Гарри, натягивая сначала свою, а потом и пижаму Драко, – Особенно твоей. Слишком много о том, как ты кому-то отсасываешь, или отсасывают тебе. Он слишком много говорит о твоём члене. И он целовал тебя! И спит в десяти сантиметрах от тебя каждую ночь!

Драко усмехнулся, натягивая на них одеяло и зарываясь в тёплое тело Гарри.

– Я оценил твою ревность, Поттер.

– Я вовсе не ревную!

Драко засмеялся.

– Нет, конечно же, нет, – сказал он, забавляясь, – Но Блэйз так разговаривает со всеми, поверь мне. Просто ты акцентируешь внимание на его разговорах обо мне, потому что ты одержим мной.

– Я не… – возмущённо начал Гарри, но Драко оборвал его.

– Даже не думай отрицать! А мне даже нравится это в тебе, – усмехнулся он, – Кто же знал, что чья-то ревность может так возбуждать? – Гарри фыркнул и отвернулся, – Я серьёзно, Поттер, – мягко продолжил Драко, целуя Гарри куда-то ниже шеи, – Мне действительно нравится, что ты хочешь, чтобы я принадлежал только тебе. Но ты должен знать, что идиот Блэйз на самом деле просто шутит. Он дурак, Поттер, не обращай на него внимания. Он родился с отклонением, к сожалению, и лекарство всё ещё не найдено. Но мы с его матерью очень надеемся, что однажды произойдёт чудо, и он просто в один день проснётся здоровым.

– Я просто… не понимаю, почему твои друзья ко мне так хорошо относятся, – неловко сказал Гарри, – Если честно, я думал, что всё будет наоборот: мои друзья будут приглашать тебя на совместные тусовки, а твои друзья желать мне смерти.

Драко замер, вновь почувствовав знакомую волну вины. Он не мог раскрыть Поттеру истинных причин, по которым Пэнси и Блэйз так хорошо с самого начала отнеслись к отношениям двух парней; он не мог признаться Гарри, что именно они подтолкнули его к гриффиндорцу с далеко не высокоморальными целями. Он никогда не сможет признаться Гарри, насколько манипулятивны и эгоистичны он и его друзья, несмотря на то, что все они, в конце концов, искренне полюбили Поттера; даже Уизли перестал быть главной занозой в заднице.

Но, возможно, именно водка помогла насчёт последнего, признал Драко.

– Но вышло совсем иначе, да? – пробормотал он, уткнувшись Гарри в грудь, – Конечно, твои друзья не одобряют наши отношения, но лично я и не ожидал ничего другого. А Пэнси и Блэйз ничего не теряют, а только выигрывают от дружбы с тобой.

– Так ты хочешь сказать, что они терпят меня только из-за моего имени? – тихо спросил Гарри, и он неожиданно весь подобрался.

– Нет, – Драко покачал головой, – ты им действительно нравишься, Поттер. Иначе они бы не стали так над тобой смеяться.

– Они смеются над всеми, Драко, – сказал Гарри, и Драко практически слышал, как тот закатил глаза, – Навряд ли найдётся кто-то или что-то, что они ещё не успели обсмеять.

– Да, но над тобой они шутят с любовью, – поправил Драко, – Поверь мне, Пэнси не улыбается людям, которые ей не нравятся. И Блэйз никогда бы не посвятил тебя в нашу систему баллов, если бы он действительно не считал тебя достойным. Знаешь, он очень серьёзно относится к шуткам на личные темы.

– Значит… – начал Гарри, явно довольный, – хочешь сказать, что теперь я один из слизеринцев?

– Если ты этого хочешь, – усмехнулся Драко, удивлённый реакцией Гарри. Неужели он действительно хочет стать членом банды Драко?

– А почему бы и нет? – ответил Гарри, крепко прижимая Драко к себе, – Это ведь самый эксклюзивный клуб во всём Хогвартсе.

Драко не смог сдержать улыбки.

– И не смей забывать это, чёрт возьми.

***

Драко проснулся от солнечного света, резко ударившего ему в глаза.

– Блэйз, ублюдок, задёрни полог! – он застонал, уткнувшись лицом в подушку, и натянул одеяло на себя и Гарри.

– Они даже не дрочат друг другу, Пэнс, – удручённо вздохнул Блэйз, – Боюсь, сегодня у нас нет материала для отменного шантажа. Хотя они, кажется, не одеты, ну хоть что-то.

– На нас пижамные штаны, идиот! – рявкнул Драко, стараясь не обращать внимания на настойчивый стук в голове, – Какого хрена ты такой бодрый, злобное бездушное отродье Сатаны?

В ответ Блэйз откинул полог ещё больше.

– Должно быть, у тебя жуткое похмелье, раз ты разбрасываешься оскорблениями с самого утра, – протянул он, – Злобное бездушное отродье Сатаны? Разве отпрыск Сатаны по умолчанию не является одновременно злым и бездушным?

– Ты ещё более бездушен, – сонно пробормотал Гарри, – Поздравляю, Сатана-младший, ты превзошёл своего отца.

Блэйз фыркнул.

– Отца не знаю, так что готов с тобой поспорить.

– Да, но мы все знаем твою маму, так что ты не можешь, – пробормотал Драко.

– Только за это я не помогу тебе избавиться от похмелья, – фыркнул Блэйз, – Наслаждайтесь своими страданиями, придурки.

– Гарри? – пробурчал голос откуда-то с пола, – Что происходит? Почему все разговаривают в полный голос? Фу, я чувствую себя ужасно. Чёрт, лучше бы я умер, – Уизли медленно приподнялся и осторожно сел, не спеша оглядываясь в поисках Поттера, и Драко поймал тот самый момент, когда рыжий наконец заметил брюнета, лежащего без рубашки рядом с Драко. Его веснушчатое лицо позеленело, а всё тело напряглось, – Да, – сказал он слабым голосом, – Я определённо хотел бы умереть.