Лягушка-принцесса (СИ) - Анфимова Анастасия Владимировна - Страница 170

— Вы стали ещё прекраснее, Орли! Я даже как-то забыл, кто передо мной на самом деле.

— А вы почаще вспоминайте, господин Птаний, — многозначительно хмыкнула беглая преступница. — И мы с вами будем добрыми друзьями.

— Разумеется, господин Орли, — понимающе кивнул собеседник. — Вы желаете погулять в саду? Тогда подождите, я отошлю куда-нибудь своих мальчиков.

— Пока не нужно, — покачала головой Ника. — Давайте не будем давать повод к подозрению в наличии тайника. А вот если меня случайно увидят дня через два или три, то пусть думают, что я просто недавно вновь заглянул к вам в гости.

— Очень предусмотрительно, господин Орли, — с видимым облегчением согласился отпущенник. — Тогда я пойду. У меня много дел.

Ещё раз глянув в ярко начищенное медное зеркало, девушка с сожалением поняла, что подобного рода макияж занимает уйму времени, и если она будет наносить его утром — то в сад выйдет только к полудню.

Возможно, стоит его не смывать, чтобы завтра посмотреть: как раскраска переживёт сегодняшнюю ночь? Если грим уцелеет, потребовав незначительного "ремонта", — это кардинально упростит дело с подготовкой к новой прогулке в садике господина Птания.

Попаданка любила спать, свернувшись калачиком или на боку, но сегодня она растянулась во весь рост, осторожно положив голову на цилиндрическую подушку, и со вздохом прикрыла глаза.

То ли из-за непривычной позы, то ли ещё по какой причине, но сон не шёл. Как правило, беглая преступница мало обращала внимания на посторонние звуки, если не чувствовала в них угрозу. Однако сегодня, ужасно раздражая, в уши навязчиво лезли пьяные крики и смех гостей, звон посуды, протяжные песни мальчиков Птания.

Мрачно сопя, девушка пыталась считать овец, потом баранов, но и эти благородные животные не смогли отвлечь её от доносившегося с низу хохота.

Отчаявшись, Ника решила занять мозги чем-нибудь полезным. Представив разложенный перед собой лист папируса, она в очередной раз попыталась сочинить послание госпоже Ирдии Корнелле и внезапно вскрикнула от поразившей её догадки.

Проблема, вот уже который день мучившая девушку, имела до безобразия простое решение. Теперь она точно знала, как дать о себе знать возможной "сестре по несчастью", вызывая минимум вопросов.

Всё дело в правилах правописания радланского языка. Их крайне мало, а по сути — нет вообще. Подавляющее большинство сложных слов пишется также, как и слышится. Но слышится-то зачастую совсем по-разному. Заглавные буквы, кавычки, тире и прочие знаки препинания отсутствуют совсем. Даже точка, как символ разделения предложений, введена только указом Ипия Курса Асербуса.

Что, если письмо Ирдии Корнелле написать по всем правилам русской грамматики? Другой-то беглая преступница всё равно не знает. Зато в тексте будут наличествовать запятые, кавычки и всё прочее, чем не пользуются ни либрийцы, ни радлане. А заглавные буквы сделать чуть выше остальных.

Ника даже захихикала от удовольствия.

Образованный человек этого мира воспримет подобные знаки либо как случайные кляксы, либо как каприз полуграмотной девицы.

Ну, а хоть сколько-нибудь знакомая с правописанием любого из европейских языков попаданка просто не сможет не обратить на них внимание, настолько этот текст будет отличаться от всего того, что та могла здесь прочитать.

Весьма довольная своим острым умом и сообразительностью, Ника наконец-то заснула, да так крепко, что в первый раз не расслышала, как хозяин публичного дома вставляет в замочную скважину ключ. Разбудил её только негромкий шёпот отпущенника.

— Вы спите, госпожа?

Моментально приходя в себя, та по-началу хотела привычно отмолчаться, но вспомнив, что в прошлый раз, окликая её ночью, владелец заведения намеревался сообщить о смерти Торины Септисы Ульды, передумала. Возможно, у него и сейчас есть какая-то срочная новость?

Рассудив подобным образом, гостья сонно пробормотала:

— В чём дело, господин Птаний?

— Так вы не спите, госпожа? — обрадовался мужчина, торопливо шлёпая босыми ступнями по гладкому деревянному полу.

Почти бегом добравшись до кровати, он наклонился к настороженно замершей собеседнице.

— Мне только что сказали, будто в Радле объявился человек, который говорит, что встречался с вами на Западном побережье!

— Что?! — встрепенулась девушка, резко садясь на кровати. — Кто?!

— Какой-то банарский купец, госпожа, — поспешно выпалил владелец заведения. — Или работорговец из укров. Вроде как он виделся с вами чуть ли не в самом Канакерне! А Флой Камис сказал, что уже пошли слухи, будто письмо оттуда фальшивое!

— Я не знаю ни одного банарца или укра, — озадаченно пробормотала Ника. — В Канакерне я вообще ни одного чернокожего не видела.

— Вот как, — мгновенно посмурнел хозяин публичного дома, всё же переспросив. — Вы уверены?

— Абсолютно, господин Птаний, — твёрдо заявила гостья, добавив, как это здесь принято. — Клянусь Анаид, я незнакома ни с одним банарцем или укром.

— Тогда, это всего лишь глупая сплетня, — печально вздохнул мужчина.

— Так оно и есть, — кивнула беглая преступница и усмехнулась. — Видимо, я ещё долго буду докучать вам своим присутствием, господин Птаний.

— Что вы, госпожа! — деланно возмутился отпущенник. — Я счастлив оказать услугу вам и его высочеству. Простите, что напрасно разбудил вас.

— Ну, что вы, господин Птаний, — вяло отмахнулась собеседница. — Вы же хотели меня обрадовать.

— Да, это так, — грустно подтвердил владелец заведения и шаркающей походкой направился к двери, возле которой его давно ждала расстеленная постель.

"Вот батман! — беззвучно, но зло фыркнула девушка, поворачиваясь на бок и плюя на сохранность макияжа. — А я-то, дура, обрадовалась. Думала, теперь оправдают, вернусь к дядюшке, спокойно выйду замуж за Вилита. Так вот на тебе: банарец! Да из тех купцов Западного побережья, кто в Империю направлялся, я помню только Канира Наша да Туна Ралия. Но ни тот, ни другой нисколько не похожи на негров".

Расстроившись, она едва не расплакалась, но всё же сумела удержаться и даже задремала, когда небо за окном уже начинало сереть.

Разумеется, после подобного разочарования утро никак не могло быть добрым.

Краска на лице размазалась, глаза покраснели, и в довершение всех несчастий, Ника умудрилась опрокинуть таз с водой для умывания.

У неё даже аппетит пропал от всех этих огорчений, так что беглая преступница смогла съесть только половину и без того мизерной порции.

Провалявшись пару часов на кровати, она всё же сумела взять себя в руки, но поскольку мозг после полубессонной ночи работал на редкость отвратительно, Ника взялась изгонять хандру физкультурой.

На двадцать девятом отжимании от пола в ворота забарабанили, и девушка ясно расслышала голос, от которого испуганно ёкнуло сердце.

— Эй, кто там, открывайте скорее! — рычал Тарберий Сциний Дуб, энергично колотя по потемневшим от времени доскам.

"Откуда он здесь взялся? — с тревогой думала беглая преступница, вскакивая и бросаясь к окну. — Принц прислал? Но почему так открыто, прямо средь бела дня? Да ещё и орёт на всю улицу. Неужели с Вилитом что-то случилось? Вот батман!"

— Ну кто там? — выходя из сарая, лениво поинтересовался Жаку, со вкусом потягиваясь на ходу. — Чего надо?

— Хозяина твоего! — отозвался из-за забора другой голос, от которого Ника испуганно прикрыла ладонью рот, гася невольно вырвавшийся крик и вытаращенными глазами уставившись в щель меж планок жалюзи. — Да поскорее, если палок не хочешь!

— Сейчас, сейчас, — отозвался невольник, бросаясь к воротам и открывая смотровое окошечко. — О, ваше…

— Молчи, дурак! — рявкнул Сциний. — Отворяй скорее!

— Открываю, открываю, господа, — засуетился привратник, лязгая засовом. — Проходите. Мой господин Птаний на кухне, но я его сейчас позову.

Оттолкнув в сторону на миг замешкавшегося невольника, во двор ворвался Вилит Тарквин Нир, тут же отыскавший взглядом окна второго этажа.