Демоница & Праведник (СИ) - Ши Марел - Страница 8

— А ты уверена, что он свет?.. Какой-то он совсем уж не светлый…

— Он ведь, всё же, наполовину демон, но сердце у него доброе и душа светлая. Сейчас он раздражен и грустен. — Она наклонилась к самому уху парня. — Кажется, в нас он видит родителей, любви которых он никогда не знал. — Мэри сжала ладонь Елисея.

Елисей кивнул и отвёл от парня взгляд, решив, наконец, изучить еду. Нет, есть ему не хотелось, но, всё же, подкрепиться стоило.

— Я пойду дров наколю! — Аметист встал, и крылья сразу же исчезли. Он стал обычным и нейтральным. — А ещё, Мария, как накормишь парня, выйди ко мне, хочу научить тебя одной вещи!

Мэри и Елисей вместе поели, весело разговаривая, как тогда, когда шли вместе. Убрав все и вымыв посуду, девушка вышла во двор. Ей было неловко.

— Ты извини, мы добавляем тебе проблем, наверное. Ты ведь не привык, что в твоем доме посторонние.

— Вовсе нет! — Аметист улыбнулся. — С вами этот дом живой какой-то, а потом вы опять уйдёте, и я буду тут снова один, целую вечность. — Он замахнулся и с лёгкостью расколол брёвнышко на несколько частей. — Иногда ведь и поговорить не с кем! Приёмные родители меня боялись, мои силы начали пробуждаться уже с трёх лет, и они счастливы были, когда я ушёл. Люди зовут меня колдуном и обращаются только в самом крайнем случае.

— Знаешь, Елисея ведь тоже не принимают, считают чудным юродивым, я видела это. Ему тоже одиноко. Я ведь знаю, что будущего у нас нет. А ему нужен будет кто-то рядом, кто поймет… Быть может, вы подружитесь, и вам будет легче обоим. — Мэри улыбнулась.

— Подружимся? — Аметист взглянул на девушку с сомнением. Он не верил в эту странную дружбу, парень был слишком светлым и слишком непонятным для него, хотя, обычные люди ему были ничуть не ближе. — Быть может и подружимся. Знаешь, есть один интересный фокус, это позволит тебе скрывать свою ауру и оставаться нейтральной, вот так! — Он закрыл глаза на миг, а потом открыл, и теперь он был как будто бы простым человеком, не чувствовалось его силы, его света и тьмы. Аметист улыбнулся и протянул Марии маленький фиолетовый камешек. — Вот, возьми! Заставь мысленно свет внутри него погаснуть, и он погасит в тебе тьму. Это и есть аметист. Но сразу у тебя вряд ли получится, так что, пробуй, привыкай к нему, а он привыкнет к тебе!

Девушка с интересом заглянула на парня. У него были пронзительные голубые глаза, как у Елисея, но, все же, парни были такими разными — у Елисея столько тепла в глазах, радости и веры, а у Аметиста холодный, колючий взгляд, хотя, улыбка оставалась мягкой и доброй.

Мэри приняла камень из рук парня и улыбнулась, потом сделала так, как он советовал. Камешек будто нагрелся в её руке, но скрыться ей все же удалось, чем она немало удивила Аметиста.

— Ну что, вышло?

— Шикарно! — Парень улыбнулся. — Ещё как вышло! А ты весьма способная девушка, Мария. Хотя, этого следовало ожидать, мир ты тоже погубила весьма талантливо! — И красный огонёк в глазах, но, тут же, словно опомнившись, парень вздрогнул, глаза приобрели ясный чисто-голубой цвет, и он уже тише добавил: — Извини, я не хотел тебя обидеть!.. — Аметист был вечным противоречием и от ангела к демону и наоборот переключался едва ли не каждую минуту, даже сам не в силах разобраться в себе.

— Не стоит извиняться. Я такая, какая есть и на моей совести, множество душ. Это было, и обижаться на это я не имею права. Я сама погубила себя, сама отдала душу. Всё остальное теперь неважно. — Она заметила эту странную особенность парня. Он был особенным, и свет и тьма извечно боролись в нем. В нем было поровну от обоих родителей.

Мэри задумалась о ребёнке, которого носила сама, понимая, что он тоже не будет никем принят.

Будет ли он счастлив? Что подумает, узнав, кто была его мать. Аметист явно был могущественным существом, и, выбрав одну из сторон, он мог, как окончательно всё погубить, так и спасти.

Аметист улыбнулся тепло и светло. Он быстро сложил дрова в кучу, под навес у дома, а потом, сказав, что ему нужно собрать кое-какие лечебные травы и снадобья, направился в лес, попросив Марию присматривать за Елисеем и не позволять парню подниматься с постели.

Лес. Лес всегда дарил ему чувство приятного спокойствия и лёгкости. Лес не был добрым, лес не был злым, и сам Аметист в такие моменты растворялся в тишине и спокойствии леса, становясь его частью и отдыхая от всех мыслей, всех терзаний и сомнений. Просто тишина, полумрак и бесконечная зелень природы.

Девушка сжимала в руке фиолетовый камень, рассматривая и изучая. Он переливался, и Мэри любовалась множеством граней. Камешек был оформлен, и ей вдруг захотелось сделать из него украшение. На её шее всегда висела цепочка из белого золота, а на ней рубин. Камень был подарком Умберту, но она даже забыла о нём, таких безделушек у неё была куча. Сняв подвеску с шеи, она выкинула её куда подальше, не глядя, а на цепочку повесила аметист.

Потом Мари вернулась к Елисею, несколько раз попробовав спрятать и вернуть ауру, и в конце убрала её, чтобы тьма, живущая в ней, не беспокоила парня.

Елисей удивлённо поднял на Марию глаза.

— Мне кажется, что раньше я ощущал тебя совсем иначе… — В его глазах возник интерес. — Что случилось, чему Аметист хотел тебя научить, и куда делся он сам?

— Парень ушел в лес. А перед этим он научил меня скрывать ауру. Теперь даже сам Люциус не в силах отыскать меня, даже если я буду рядом с ним. Я видела здесь книги, те книги, что были раньше. Если хочешь, я почитаю тебе. Ведь подниматься тебе нельзя, а просто так лежать совсем тоскливо.

Книги? В глазах парня вспыхнул восторг.

— Хочу, конечно, хочу! Я так давно не читал нормальных книг… — Он вспомнил последнюю прочитанную им книгу, и на щеках вспыхнул румянец смущения. Он как-то растерянно улыбнулся, глядя Марии в глаза.

Мария взяла несколько книг в библиотеке, и они с Елисеем провели этот день за чтением и обсуждением прочитанного, а вечер наступил совсем незаметно.

Аметист вернулся, когда уже стало абсолютно темно. Он сначала как-то растерянно замер у своей двери, не решаясь войти, а потом постучался и переступил порог. Двое сидели с книгой в руках, и это выглядело как-то так уютно и мило, что он невольно фыркнул, а потом улыбнулся и сказал:

— Извините, я что-то слишком уж задержался! Вы, должно быть, голодны.

— О, да не беспокойся, мы уже перекусить, там и тебе осталось, только уже остыло наверное, я не знала когда ты вернёшься. — Девушка мягко улыбнулась, а потом ужасно смутилась — ведь получается, она хозяйничала в чужом доме.

— Ну и хорошо, а то я беспокоился! И не переживай — вы можете брать всё, что вам необходимо. Мой дом — ваш дом! — Улыбка. Аметист впервые принимал гостей, и это было как-то до странности приятно. Он подумал, что подружиться с ними было бы совсем неплохо, вот только как это — подружиться?.. — Понятия не имею! — Как-то привычно сказал он сам себе, отвечая на свой мысленный вопрос, а потом смутился — ведь сейчас в доме он был не один.

Мэри, кажется, прочла его мысли. От чего-то ей было легко понять его, и она улыбнулась ему в ответ.

— У тебя отличная библиотека и вообще… А какие книги ты любишь? И знаешь, будь собой, это ведь твой дом и так жить легче.

Он растерялся и впервые в жизни покраснел, так, будто бы его застали врасплох.

— Я предпочитаю поэзию… — Тихо ответил он. — Это тоже своего рода магия. Я сам пишу как стихи-заговоры, так и обычные… Вы извините, что я такой — я слишком редко общаюсь с людьми, а если и общаюсь — то исключительно по делу.

— Может, покажешь как-нибудь? — Глаза Марии загорелись неподдельным восторгом. — Мы ведь не тоже не совсем люди, и не в деревне сейчас. Так что, всё хорошо.

— Если интересно — можешь прочесть — ряд чёрных тетрадей на верхней полке шкафа. Но ничего там выдающегося нет, сразу говорю, хотя, все заговоры работают… — Аметист смотрел в пол. Пол был деревянный и сколочен весьма неплохо, дом вообще выглядел всегда так, словно бы был только что построен, дом никогда не старел и не ветшал, это тоже была своего рода магия.