Особенности магической любви (СИ) - Задорская Виктория - Страница 4

— Какая же ты невнимательная! В расписании четко написано «Монстрология — практическая. Занятие будет происходить в конюшнях».

— Конюшнях? — не поняла я. — Как?

— А вот так. Пойдем скорей, а то опоздаем, — нахмурилась Агата и быстро зашагала к выходу.

Я помчалась за ней. Вот так: монстрология теперь практическая, да еще и в конюшнях! Я себе сразу представила старого профессора Вирелла, который ходил с палкой и едва передвигался по лестнице. Ему, чтобы добраться до конюшен, надо было бы еще в полночь выйти — они же расположены далеко в лесу.

— Это значит, что мы весь день проведем на улице… — пробормотала я больше сама себе, чем Агате.

— К счастью, сегодня нормальная погода, не то, что вчера, — указала девушка на голубое небо и солнце, что ярко сияло, но еще не грело.

— Ветер холодный, — пожаловалась я, плотнее закутавшись в мантию.

— Если бы не витала целый день в своих мечтах, то…

На этом месте ведьма будто онемела. Она прекратила дышать и замерла, словно статуя из полуоткрытым ртом.

Я проследила за ее взглядом и увидела трех мужчин, которые разительно отличались от студентов. На них сейчас пялился каждый, кто был на университетском дворе. Возможно, дело в том, что они, углубившись в свой разговор, шли по-особенному ритмично, будто в такт музыке, которую слышали только они. Собственно, не хватало только замедленной съемки и вентилятора, чтобы развевал их волосы. Они шли прямо к нам, а я мысленно прикидывала, какой из этих красавчиков превратил Агату на высохшую мумию.

Как ни странно, каждый из них имел на это шансы. Самый высокий брюнет с волевым лицом, фарфоровой кожей и темными опасными глазами так и излучал энергию альфа-самца. Рядом шел голубоглазый шатен, который будто сошел со страницы глянца. Ну, и третий — порождение куклы Барби и Кена: голубоглазый, статный блондин, со сладкой улыбкой и розовыми губами.

— Ты чего? — дернула я Агату, когда мужчины прошли мимо и повернули к главному входу.

Она судорожно втянула носом воздух и, развернувшись ко мне, прохрипела:

— Только что мимо меня прошли братья Томнатики. Глазам своим не верю!

Щеки девушки неестественно покраснели, а в глазах появился маниакальный блеск, который можно увидеть у тех неистовых фанатов, которые выпрыгивают на сцену, чтобы прикоснуться к своему кумиру.

— И что? — не поняла я ее захвата. — Кто они такие?

— Могущественные колдуны! Их отец входит в Главный Магический Совет и представляет интересы ведьм всего мира. Старший из них — Мстислав — когда-то займет его место. А еще они имеют собственную гору, откуда черпают силу. Говорят, что где-то в их владениях цветет цветок папоротника, — восторженно ворковала девушка.

— Мстислав — это тот темненький? — уточнила я.

— Ага, — закивала Агата, которая вела себя все еще не совсем адекватно.

— А других как зовут?

— Средний — Бром, а самый младший — Свя-я-ят…

Сказав последнее имя, девушка снова расплылась в дурацкой улыбке, и я поняла, кто был главной причиной ее состояния.

— Интересно, что они здесь делают? — пролепетала Агата.

— Не знаю, — равнодушно пожала я плечами, — но думаю, что скоро узнаем.

После этого уже я схватила ее за руку и поволокла в сторону леса, по дороге расспрашивая об этих харизматичных красавцах.

Позади конюшен у подножия холма расположилось небольшое пастбище, огороженное деревянным частоколом. Там и собрался весь поток второкурсников. На этот раз народу было много — явно не только меня заинтриговала перспектива увидеть профессора Вирелла верхом на каком-то Пегасе.

Однако, как только мы с Агатой подошли к воротам, среди пастбища увидели три немалые клетки. В каждой из них бесился и рычал какой-то монстр. А сверху на самой клетке сидел, широко улыбаясь, мужчина. Когда все собрались вокруг, он заговорил, громко и четко:

— Монстры — это те существа, которыми обычно пугают детей, чтобы они ночью не вставали с кроватей. Но правда в том, что не все чудовища — ночные создания, большинству из них безразлично, когда убивать. Все что их интересует — это ваша плоть и кровь, свеженькие мозги и еще теплые сердца.

В этом году Совет задумался о том, что недостаточно изучать монстров только из учебников. Для того, чтобы научиться с ними бороться, надо видеть их пасти. Нужно почувствовать страх на своей шкуре, нужно заглянуть в глаза смерти. Именно поэтому я здесь. Сталкер в отставке, Дарий Калидонский. Называйте меня просто Дарий.

Структуру обучения мы построим так: уроки всегда будут проходить на свежем воздухе. Не всегда в конюшнях, возможно, мы будем ездить в отдаленные места, чтобы поймать особенно хитрых чудищ. Но вы должны забыть о тупом конспектировании и сидении за партами. Также помните о правилах безопасности: без моего контроля и надзора никто к клеткам не подходит, никто с монстрами не борется. Понятно?

— Да, — одобрительно загудела толпа.

— Теперь по экзамену. Он в конце года, и будет происходить так: вы окажетесь лицом к лицу с одним из чудовищ, которых мы будем изучать в течение занятий. Кстати, оценок во время учебы я ставить не буду, но лучших студентов возьму с собой в несколько поездок. С общей информацией закончили, — спрыгнул с клетки мужчина, подходя ближе к нам.

С виду ему было где-то сорок лет. Среди черных волос уже густо пробивалась седина, лицо покрыто шрамами и рубцами, а из правого уха висела серебряная серьга. Один глаз имел голубой цвет, а другой — коричневый, что придавало ему какого-то странного свирепого вида. Из одежды — военные ботинки, темные джинсы и просторная коричневая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, которые открывали неплохой вид на широкую крепкую грудь и куст темных волос. Хотя мне и не нравились чрезмерно волосатые тела, но Дарию это чертовски подходило…

Кажется, занятие обещало быть увлекательным.

Глава 5. «Практика»

— Итак, позади вас три клетки. В первой сидит песиголовец, во второй — ехидна, в третьей — стимфалийские птицы. Кто-то может рассказать о них?

— Да, — сразу подняла я руку.

Ведь хоть и скучала на парах монстрологии, но все же их не пропускала и добросовестно все конспектировала.

— Песиголовцы — это люди-великаны, одни из самых жестоких существ в мире. Они, словно вурдалаки, пьют человеческую кровь, а самки в период спаривания пожирают тела девственниц. Выглядят так: высокие, с кожей медведя, одним глазом посередине и одним рогом. По некоторым источникам известно, что также имеют одну руку и одну ногу и передвигаются по двое, держась друг за друга. Преимущественно имеют собачью голову, отчего и получили свое название, — закончила я ответ.

— Как их одолеть? — спросил преподаватель.

— Отрезать рог, — ответила не задумываясь.

— Прекрасно! — похвалил меня Дарий. — Как тебя зовут?

— Злата Октябрь.

— Что же, Злата, готова ли ты встретиться лицом к лицу с песиголовцем?

Вот здесь я и замолчала. Ответ застрял клубком в горле, но рядом уже начали смеяться сокурсники, поэтому я глубоко вдохнула и твердо ответила:

— Да, я готова.

В конце концов не может преподаватель подвергать студента реальной смертельной опасности.

— Ладно, тогда прошу, — жестом пригласил он меня на пастбище.

Я перелезла через забор и остановилась возле мужчины, ожидая указаний.

— Подходи к клетке, — улыбнулся Дарий, и я заметила, что один из его зубов — золотой (экстравагантное украшение, не так ли?).

Я медленно зашагала навстречу монстру. Как только подошла достаточно близко, чтобы разглядеть кроваво-красный глаз, острые, как бритва, резцы и слюну, которая капала из пасти, засов дважды щелкнул, и ворота клетки открылись. Песиголовец вырвался из заточения и одним мощным прыжком оказался возле меня.

Вот тут я поняла, что учебники, описывая этого монстра, сильно его недооценили: существо имело два метра ростом, а еще у него были две мощные, покрытые напряженными мускулами, ноги и руки, кое-где покрытые шерстью и с длинными желтыми когтями. Рог был грозно изогнутый и оказался значительно больше, чем изображался в иллюстрациях.