Хулиганка и бунтарь (СИ) - Килеева Виктория - Страница 17

— Короче, такие же, как я. Нет, Катька, без толку это. Я не могу переключиться на кого-то другого. Меня не покидает ощущение, что «я другому отдана». Хотя… кому я, к чёрту, отдана? Даже отдаться некому. Всех хахалей порастеряла — и даже Дениса…

— Он не хахаль, он трахаль.

— Какая разница?

— В твоём случае, конечно, никакой. Знаешь, Люсь, чтобы в жизни появилось что-то новое, нужно эту самую жизнь изменить. А чтобы её изменить, надо начать с себя.

— Хорошо. Тогда скажи, как мне потолстеть?

— Пей пиво со сметаной, не ведающая своего счастья, — вздохнула Катя. — Гадость редкостная, но что не сделаешь ради красоты?

На другой день Катя была весела и неожиданно приветлива.

— Люська, привет! Как делы?

— Шею продуло, настроение — дрянь.

— Кончай страдать. У моей двоюродной сестры есть подруга, а у той парень, а у него друг…

— Хетцер, стоп. Я сбилась на подруге, — оборвала Люся.

— Это, в принципе, неважно. В общем, по слухам, этот друг просто переполнен достоинствами, а главное — половозрел и одинок. Ищет девушку своей мечты.

— А при чём тут я?

— Действительно — ни при чём. Вот его фотка, сестра по тырнету прислала. — И Катя подтолкнула Люсю к компьютеру.

С экрана насмешливо смотрел без преувеличения привлекательный молодой человек. Девушка засомневалась.

— А вдруг я ему не понравлюсь? — резонно заметила Люся.

— Ну мы не будем его сразу пугать. Сначала по телефону пообщаетесь.

— Нет, по телефону я ещё больше боюсь.

— Что ты за трусиха такая? Ладно. У тебя есть хоть одна удачная фотка? Щас mms ему пошлём. Где твой агрегат?

— Вот. — Люся вверила Кате свой телефон.

— Та-ак… Ой! А сколько тебе тут лет?

— Это вчера! — оскорбилась Люся.

— Ясно, удачных фоток не имеется. Ты сегодня вечером свободна?

— Вроде да.

— Тогда сегодня же пойдёшь с ним на свидание.

— Сегодня?!

— Не боись, Хетцер с тобой!

Люся вспомнила, что на ней сегодня «честный» лифчик, а не традиционный «пуш-ап», и поняла, что ничего хорошего это не предвещает.

Вечером Люся на негнущихся ногах спустилась на улицу. Она не ждала, что произведёт на Катиного кандидата сильное впечатление, но очень этого хотела. Молодой человек с экрана материализовался у входа в здание колл-центра.

«Ниже меня», — с горечью констатировала Люся.

— Евгений. Можно просто Гений.

— Людмила, можно просто Люся, — слегка оторопев, сказала девушка.

— Это я так неумно шучу, — оскалился «Гений».

— Я заметила, — ответно улыбнулась Люся, заранее приготовившись к скучному вечеру.

— А ты ничего, хорошенькая, — мимолётом обронил Евгений.

Люсе сразу стало очень тоскливо.

— Ну как? — вместо приветствия спросила Катя.

— Ну-у… — протянула в трубку Люся. — Он мне не сразу, но понравился. Чувствуется, что он успешен, уверен в себе. Одним словом, мы расстались с очевидной симпатией друг к другу.

— Машина у него какая?

— Понятия не имею. Уж чем-чем, а машиной меня не удивишь, потому что я в них не разбираюсь.

— Кем работает?

— Он не работает — он директор.

— Надо брать!

— Катя, что за меркантильные позывы?

— Всё нормально. Красота требует. Сама ему не звони — держи «железную паузу»[20].

На другой день, когда Люся пришла на работу, Катя, как обычно, раскритиковала её внешний вид.

— Лысюк, что за старообразные джинсы?

— Между прочим, я сама их сварила, — похвасталась Люся.

— И сшила, вероятно, тоже. Из дореволюционного вельвета.

— Вообще-то я в них на свидание собралась идти.

— Знаешь, Люсь, иди-ка лучше голой.

— А я всё равно в них пойду!

В семь часов «Гений» обещал забрать Люсю с работы.

— Всё, я побежала.

— Где его машина? — спросила Катя, кидаясь к окну.

— Вроде та, чёрная.

— О, Тойота Клюгер. Неплохо.

С тех пор новый Люсин кавалер звался не иначе, как Клюгер. Персонификация наоборот. Уподобление человека неодушевлённому предмету.

— Слушай, ты случайно не немец?

— Как ты догадалась? — улыбнулся Евгений. — Я всего на восьмушку немец — неужели это так заметно?

— Просто я хороший физиономист, — сочиняла Люся.

— У меня прадед немцем был. По фамилии Клюге-Гётце.

«Точно Клюгер».

— Ты поэтому Тойоту Клюгер купил?

— Ага, чту корни.

По пути Люся узнала о нём ещё много нового и рассказала о себе много лишнего. Кавалер довёз её до дома, но поцеловать не пытался, чему она искренне удивилась. Клюгер и его целомудренность совершенно не вписывались в её статистику.

— Ну пока!

— Пока.

Следующий день не обошёлся без курьёзов. Позвонила абонентка, вместо паспортных данных высветилось кодовое слово.

— Для того чтобы мы могли определить вас как владелицу сим-карты, назовите, пожалуйста, кодовое слово, — сказала Люся.

— Оля, — ответила девушка.

Кодовым словом было «Ольга».

— Ну… почти.

— Олечка.

— Ну… не совсем.

— Ольчик.

— Нет. Это вроде бы и «Оля», но по-другому.