Та, которую я люблю (СИ) - Кальк Салма - Страница 30

И сейчас, когда Вероника открыла глаза и посмотрела на себя в зеркало, то сначала ничего не поняла. Это что, она? Ничего себе у неё глаза-то! Умело накрашенные из множества баночек, они выглядели больше и зеленее, чем обычно. И ещё по центру каждого века что-то поблёскивало.

- Маргарита Романовна, вы волшебница! Знаете, если контора прогорит и вылетит в трубу, вы точно без работы не останетесь! Спасибо огромное!

- Огромное пожалуйста, всегда рада помочь. Идите и покажите там всем, что вы не только деньги добывать и с банками договариваться умеете, а ещё и красавица, каких поискать.

- Да вместе пойдём, - Веронике было немного не по себе от получившегося образа.

- Отворачивайтесь от зеркала, берите сумочку или что там у вас, берите вот эту коробку - Маргарита сунула ей в руки прозрачный ящичек с парой десятков маленьких баночек, - и идём ко мне, сложим это всё. А потом в зал, уже без десяти!

В зал они вошли даже не последние, за ними ещё тянулись. Ну да, весь цвет конторы. На подиуме с микрофоном - Марина Бойко, в синем платье до пят, и оно было бы даже ничего, если бы не было всё улеплено пайетками, что сразу визуально удешевляло конструкцию.

- А Марина-то решила, видимо, всех сразить неземной красотой, не иначе, - сдавленно пробормотала рядом Маргарита Романовна.

Марина повернулась боком… и они узрели охренительный, иначе не скажешь, разрез почти во всё бедро, в который было видно какой-то фрагмент кружевных трусов в тон.

- Наверное, её мужу так нравится, - фыркнула Вероника.

 - Было бы терпимо, если бы она надела под него приличный лифчик. Интересно, мужикам правда нравится висящая грудь хорошего размера? По мне так если уж есть, что показать, так подними и показывай, - продолжала бурчать Маргарита.

И впрямь, лифчик мог быть поудачнее. Зато лямки от него гордо сверкали силиконом в свете ламп.

Конструкцию дополняли босоножки на толстой подошве и огромной шпильке. Из-под ремешков сияли блёстками ярко-алые ногти. Ногти на руках тоже чем-то сияли.

- Пойдёмте, найдём наши места, - Вероника подёргала зама за рукав.

Их столик был прямо перед сценой - начальство, как-никак. В списке за него ещё должны были сесть Паша Демьянов и Дэн Висюков. Паша вскоре появился. Но Дэн не пришёл, а пришла Наталья Синяева.

- Мы поменялись с Дэном по обоюдному согласию. Я упиваться не собираюсь, а они там пусть себе, - сообщила она

«Они» - это, видимо, Висюков, Померанцев, зам по АХЧ Матвеев и  кто-то ещё. Ну да, все выпить не дураки ни разу. Вот и пусть пьют.

Наталья поставила на стол бутылку коньяка рядом с уже имеющейся.

– Мы же не будем размениваться, так?

Вероника и Маргарита заверили, что не будут. Паша сообщил, что он сегодня трезвенник – мало ли что, не хочется ударить в грязь лицом. Тогда Наталья взяла стоящие на столе две бутылки водки и унесла на соседний стол, в обмен на принесённый коньяк. Так же ещё один коньяк выменяли на три бутылки вина за столом бухгалтерии.

А в зал торжественно заходило начальство – довольный, как слон, Недолюбов, ох, век бы его не видать, и Ледяные. Их Ледяной - Вик, не их Ледяной - Михаил. Идут, оглядывают всех, чему-то смеются. Виктор оглядывал зал, кивал, здоровался. Увидел её, улыбнулся до ушей, поднял большой палец.

- Хороши, черти, - вздохнула Маргарита Романовна. - Эх, где мои хотя бы сорок лет?

И правда, хороши. Оба. В смокингах, белоснежных рубашках и лаковых туфлях. Галстуки-бабочки, жилетки, цепочки от часов, ещё какие-то примочки, каких в обычной жизни у мужиков не бывает.

- Ой, смотрите, - прошептала Наталья.

В зал вошёл самый главный Ледяной под руку с изящной стройной дамой. Дама была бледнолицей брюнеткой с глазами в пол-лица, её тоже зелёное платье подчёркивало отличную фигуру – никаких вам пайеток, разрезов и висящей груди, а на голове была выстроена сложносочинённая конструкция из кос, локонов и чего-то ещё, чему в обычной жизни тоже не было названия. В причёске посверкивали камни. В скромном декольте дамы лежало колье - ну, Вероника такие видела главным образом в интернете на картинках, когда подбирала что-нибудь к своему вот этому платью, и там говорилось, что это либо музейные экспонаты, либо чьи-то фамильные, а то и вовсе коронные драгоценности. Серьги явно были от этого колье. Руки дама прикрыла шалью с вытканной декоративной каймой, тоже в зелёных тонах. Ног видно не было - платье сшили по-настоящему в пол. Может, пару сантиметров оно до пола не доставало, но не более. Двигалась дама в этом всём с невероятной лёгкостью и изяществом. Она дружелюбно улыбалась всем в зале и молчала.

- Вот теперь я верю, что она итальянская графиня, - сказала Маргарита Романовна. - Наши не умеют так, чтобы и запредельно дорого, и с огромным вкусом.

- Что итальянской графине понадобилось в Иркутске?  - не поверил Паша. - Итальянская графиня должна сидеть в своей Италии. И мужа себе найти там же. Ледяной крут, конечно, но я в графиню не верю.

- Ты просто не умеешь посмотреть и оценить, - усмехнулась Наталья.

А Вероника просто тупо таращилась вслед прошедшим и думала - ну да, если у него такая мама, то нахрена ему и Алёна, и Марина, и все прочие, оптом и в розницу.

Она очнулась от знакомого голоса.

- Дамы и господа, добрый вечер, - Вик Ледяной стоял рядом и улыбался. - Позвольте представить вам душу и сердце нашего холдинга, мою матушку Полину Николаевну. А это самые надёжные сотрудники нашей транспортной компании, - и он перечислил их всех, начиная с Маргариты и заканчивая Вероникой.

И впрямь, итальянская графиня стояла рядом и опиралась на его руку. Улыбалась по-доброму, сказала каждому несколько слов. Нормальным русским языком без малейшего акцента. Оказывается, обо всех, то есть, об их работе она что-то да слышала. После многочисленных «благодарю вас, очень приятно» Ледяные перешли к соседнему столу с остальными замами. Поздоровались и пообщались там, потом где-то ещё.

- Не, я верю, что большая шишка, но в итальянскую графиню - не верю, - мотал головой Паша.

А Маргарита и Наталья только качали головами, и бормотали что-то вроде «Какие твои годы, Паша».

Ледяные и Недолюбов уселись за центральный стол, сияющая Марина вышла на сцену с микрофоном, и торжественная часть началась.

29. Вик

Но я увидел вальс в твоих глазах, и нет опаснее свидетеля

Олег Медведев

К счастью, программу вечера должен был вести специально приглашённый ведущий, а не Марина Бойко. Если б Марина, подумал Вик, то он уволил бы её вот прямо сейчас. О нет, формально у него не было повода задать ей вопрос про её внешний вид. Но если тётка сама не понимает, что, гм, выглядит в этом всём неудачно, то такой тётке ничем уже не поможешь. Наверное, она думает, что её стремноватые голые ноги и огромные каблуки должны кого-то привлечь. Во всяком случае, знакомить Марину с Полинькой Вик не стал. Незачем.

Тем временем ведущий поздравил всех с праздником, дальше на сцену вылез Недолюбов и принялся вещать. О том, как он рад всех видеть и что-то там ещё.

Вик не очень знал, как именно познакомились отец и Недолюбов. Но дело было давнее, ещё из прошлого века. Что-то там они делали вместе в девяностых, к чему Вик тогда не особо приглядывался, глупый был. У Недолюбова была семья, жена и две дочери. Жена умерла от рака года три назад, а дочери жили в Москве и разве что регулярно просили у отца денег, по крайней мере, Вик об этом слышал – от собственного отца. В этом смысле ему было самое то сделать компанию сверхприбыльной, возможности были, лес в их регионе всегда дело горячее и очень выгодное, чего не возить? Да и не лесом единым, как говорится. Почему же он терпел всякую хрень? Теперь зато доволен, может что-то там крупное сделать для детей и внуков. Надо ещё подумать, крутится какая-то мысль, никак её не ухватить. А ещё мысли в разговоре здорово структурируются. Разговаривать по делу Вику проще всего с Майком, и вот ещё с Вероникой, но не здесь же, тьфу. Пусть Недолюбов уже заканчивает говорить, хватит, сколько же можно?