Ровно пять секунд до солнца (СИ) - "Pelageya.Parker" - Страница 6

Через час они возвращаются в студию и, немного пошатываясь, поднимаются наверх.

- Боже, что ты с ней сделала? - Спросила шокированная Полина, глядя на опухшие от слез глаза Кищук и потекшую тушь, размазанную по лицу.

- Поль, я её немного напоила.

Девушки смеются и неуклюже падают на диван. Фаворская присоединяется к ним и радуется, что ситуация начинает немного налаживаться.

- Я так понимаю, запланированное на вечер мероприятие начинается прямо сейчас?

========== Очередная игрушка? ==========

” Звонок в дверь заставил Олю резко открыть глаза и сесть на кровати. Секунда на то, чтобы прийти в себя. Девушка вскакивает на ноги и, чуть пошатываясь, идет открывать ночному гостю. Темникова стоит, облокотившись о стенку, и помутневшим взглядом смотрит на Серябкину.

- Оленька, привет. - Шепчет девушка и проводит ладонью по щеке шатенки, цепляя большим пальцем уголок нижней губы.

- Лен, что-то случилось? - Оля зевает, прикрываясь ладонью, и совершенно отсутствующе смотрит на брюнетку.

- Ничего. Я просто соскучилась и решила к тебе заглянуть. - Темникова добирается до растрепанных волос и накручивает локон себе на палец, приближаясь и касаясь носом щеки девушки.

- Ты ушла и бросила меня, разбила, растоптала и отправилась непонятно куда. Зачем ты здесь? - Серябкина хочет казаться грубой и безразличной, но где-то внутри у неё колом стоит четкое осознание, что при любых обстоятельствах не сможет она сейчас отправить Лену домой, как бы ей этого не хотелось.

- Оль. - Тянет брюнетка полушепотом полустоном и девушка сдается, притягивает её за руку ближе и закрывает дверь, позволяя самой себе в очередной раз утонуть в теплых объятиях, которых ей так чертовски не хватает.

- Ложись на кровать и попробуй уснуть. - Произносит шатенка и Лена уходит в спальню, стягивая с себя ненужную одежду, оставаясь только в белой футболке и нижнем белье, быстро залезает под одеяло и накрывается с головой, утопая в мягкости подушек, которые пахнут нежностью, пряностью и осенью. Пахнут Олей.

Серябкина сидит на кухне, глотая слезы. Для её нервной системы такие выпады Темниковой слишком непоправимы. Как бы ей не хотелось послать девушку к черту и забыть её, это оказывается невозможным, когда она так бесцеремонно появляется на её пороге.

Шатенка успокаивается и медленно возвращается в комнату, надеясь, что Лена давно видит сны и не заметит её появления. Девушка осторожно забирается под одеяло, максимально оставаясь на краю кровати, чтобы не коснуться брюнетки, не дать ей позволить себя обнять. Она хочет, но не может, просто в этом нет никакого смысла, потом будет только хуже.

Оля начинает медленно засыпать, но мысли в голове не дают ей покоя. Лена здесь, её, все ещё, родной человек. Теплый, нежный. Руки действуют быстрее, чем мозг успевает отправить стоп сигнал. Она разворачивается и обнимает брюнетку за талию, та в свою очередь притягивает Серябкину ближе и карие глаза тут же сталкиваются с жадным взглядом дьявольских омутов.

Темникова тянется ближе, полностью ведомая еще оставшимся в крови алкоголем, накрывает губы Оли и втягивает её в поцелуй. Внутри все бурлит адскими противоречиями. Она хочет её касаться и одновременно оттолкнуть и больше никогда не чувствовать вкус губ, сквозящий алкоголем и отчаянием.

Лена спускается руками ниже, царапая кожу на спине. Как ведро холодной воды. Серябкина вскакивает и, не говоря ни слова, уходит на кухню, поджигая сигарету. Она больше не поведется на это дерьмо”.

На экране телевизора играл какой-то малознакомый фильм, но никому до него совершенно не было дело. Курс на сплочение проходил на удивление мирно и спокойно. Девушки сидели на большом мягком ковре в квартире Полины и пили уже четвертую бутылку вина. Сама хозяйка чувствовала себя практически адекватно, так как в ней было меньше всего алкоголя, наученный организм Оли не давал ей быстро опьянеть, а вот Катя была совсем не в себе, при этом девушка вела себя достаточно мирно, только иногда её язык сильно заплетался, воспроизводя что-то непонятное.

- Полин, могу я выйти на балкон? - Тихо спрашивает Оля и, дождавшись положительного ответа, встает на ноги.

- А можно с тобой? - Резко спрашивает Кищук и выжидающе смотрит на шатенку.

- Конечно. - Серябкина улыбается и протягивает девушке руку, помогая встать, они выходят и закрывают за собой дверь.

Оля достает из кармана пачку, зажимает сигарету зубами и щелкает зажигалкой, отправляя едкий дым гулять по легким, потом разворачивается и смотрит в открытое окно на ночную Москву.

Катя курит тяжелые сигареты, оставляющие на языке горечь и разрывающие легкие. Шатенка курит ментоловые.

Блондинка понимает, что ей нечем поджечь гениальное орудие убийства, еле слышно чертыхается и кладет ладонь на плечо Серябкиной.

- Оль, можно, пожалуйста, взять твою зажигалку, свою я где-то оставила.

Девушка, не поворачиваясь, протягивает Кате то, что ей нужно, продолжая непрерывно изучать город. Она не могла объяснить самой себе, почему при виде блондинки у нее внутри становится тепло и даже как-то уютно, а думать об этом сейчас совершенно не хотелось, так что девушка постаралась не обращать внимания на то, как реагирует ее тело на теплую ладонь, касающуюся открытого плеча.

- Она не работает. - Тихо произносит Кищук и кладет зажигалку на подоконник. Серябкина разворачивается и забирает у Кати сигарету, обхватывая ее своими губами. Подносит свою уже почти догоревшую и резко вдыхает крепкий табачный дым, на секунду ощущая касание мягких губ на своих. Фантазия - вещь непредсказуемая.

Кищук, как завороженная, смотрит на все происходящее, замечая, как вытягиваются чуть вперед осторожные и почему-то притягательно красивые губы Серябкиной. Она старается запечатлеть каждое движение, потому что сейчас, под большим количеством алкоголя в крови все это кажется ей, не больше ни меньше, произведением искусства.

Оля протягивает подожженную сигарету обратно Кате, но девочка, почему-то, не берет её руками, а сразу обхватывает губами, еле касаясь пальцев шатенки, оставляя на них темно-фиолетовый цвет любимой помады.

Тело Серябкиной пробивает легкая волна электрического разряда, и ноги предательски подкашиваются. Невообразимо голубые глаза смотрят на нее, излучая что-то неподдающееся описанию, волшебное.

Они молчат, но не разрывают зрительный контакт. Катя чуть подрагивает, от невозможности всего происходящего. Её привычная манера поведения моментально сходит на нет, когда перед глазами появляется Оля. Резко просыпается какой-то необъяснимый трепет, теплота и уют. Она тает перед Серябкиной, становясь похожей на маленького олененка. На Бэмби.

Шатенка видит в ней свет и в секунду в голове мелькает мысль, а может быть это тот самый свет в конце тоннеля, в конце её тоннеля злости, одержимости и боли, преследующей её на протяжении двух лет? Хотя с чего бы. Так просто не бывает.

Оля выбрасывает остаток сигареты в открытое окно, но не уходит, смотрит на руки Кати, покрытые мурашками, и губы чуть трогает улыбка.

- Замерзла? - В голосе девушки слышится львиная доза заботы и Кищук не сдерживается. Ноги предательски подкашиваются, она начинает падать вперед, но Серябкина не дает ей познакомится с полом, принимая удар на себя и чувствуя, как легкое тело Кати полностью соприкасается с её собственным. Мгновенно каждый сантиметр пронизывает чувство непохожее на что-то конкретное, но приятное. Кищук выбрасывает сигарету в окно и обнимает руками шею брюнетки, зарываясь носом в волосы.

- Я держу тебя. - Шепчет Оля и прижимает её чуть ближе, чувствуя каждый доступный ей сейчас участок тела блондинки.

Они были готовы простоять так, хоть целую вечность, но идиллию нарушила Полина.

- Все в порядке или Катьку совсем унесло?

- Да вроде в порядке. Наверное, нам потихоньку пора расходиться. - Оля, медленно заходит в комнату, удостоверившись, что девочка может самостоятельно стоять и передвигаться. Серябкина приземляется на диван.